Фандом: Ведьмак. Когда Беренгар идёт по следам остатков Саламандр, то решает, что скоя'таэли тоже заинтересованы в их уничтожении…
Добавить в моё избранное
17 мин, 52 сек 2177
— Если такая возможность подвернётся. Но что в этом тебе? Хочешь отомстить за унижения? — она смотрела на ведьмака заинтересованно, терпеливо ожидая ответа.
— Скорее довести дело до логического конца, — Беренгар снова неосторожно дёрнул больным плечом. — Я всю сознательную жизнь бросал дела незавершёнными: решил не идти ведьмачьим путём, когда уже почти стал ведьмаком, не смог стать обычным наёмником, потом всё равно по сути жил как ведьмак — только бежал от трудностей и впутывался всё глубже… А затем понял, что так больше нельзя, и решил довести до конца хотя бы свои дела с Саламандрами и их хозяевами. Как видишь, осталось немного — впрочем, — Беренгар горько ухмыльнулся, — нельзя сказать, что это в первую очередь моя заслуга.
— Душещипательные истории про поиск собственного пути можешь не рассказывать, — несколько грубо прервала его Торувьель, — а вот про Саламандр уже интереснее. Я, допустим, не знаю, кто стоял за ними — только какие-то слухи, которые до нас, скоя'талэей, доходят медленно и не все.
— А что рассказывать? Кто стоял, того уже нет, — ведьмак только фыркнул. — Конкретно Саламандрами управлял Азар Явед, колдун из Зеррикании, был изгнан из Бан Арда, ему подчинялись ещё пара ренегатов, несколько главарей разбойничьих шаек… Все остальные — сброд, набранный из кого попало. И конкретно моей заслуги в их уничтожении практически нет, — признался он. — на чистую воду их вывел Геральт, его же клинок убил Азара Яведа, а я… так, помог немного под конец, — Беренгар издал смешок.
— Геральт из Ривии? Белый Волк? — уточнила, насторожившись, Торувьель.
— … или Мясник из Блавикена, как его прозвал простой люд, в благодарность за всё хорошее, — он снова рассмеялся, хрипло и зло. — В общем, он бы, наверное, и дальше справился бы без меня, но я просто не стал задерживаться, когда выяснил, кто же стоял за всем и довёл ситуацию до вызимской резни.
— Кто-то из Ордена, верно же? — спросила эльфка.
— Кто-то… — Беренгар опять фыркнул. — Сам великий магистр Яков, ха! Ну, и ещё несколько людей из руководства Ордена знали о сотрудничестве с Саламандрами, и кое-кто даже успел сбежать. За ними я, в общем, и иду, — признался он. — Остались немногие, и надо бы довести всё до конца.
— Ты помог нам в Темноводье, так что мы посмотрим, что можно сделать. Пока что мы просто рады видеть тебя здесь, — Торувьель улыбнулась. — И кстати, ты так и не рассказал, что в итоге произошло с этим Яковом и почему он сделал… то, что сделал.
— Потому что он рехнулся. Ну, сошёл с ума. Впрочем, — он махнул правой, здоровой рукой, — ладно…
До цели оставалось совсем немного: всего-то спуститься, открыть одну дверь — и там должен быть великий магистр. И именно сейчас надо было подготовиться и выпить необходимые эликсиры. Пились декокты залпом и с зажатым носом — тогда они не казались настолько отвратительными и можно было избежать рвотного рефлекса. После же того, как они начинали действовать, главным было уложиться во временные рамки, пока ещё не произошёл откат, но задерживаться в замке Беренгар не собирался.
Великий магистр и вправду обнаружился в следующей за дверью комнате. Сама дверь оказалась не особенно прочной, и поддалась аарду, пропуская ведьмака внутрь. Как оказалось, магистр уже ожидал его, и с его рук грозило сорваться неизвестное заклинание — так что Беренгар рванулся в сторону и… оказался по щиколотку в снегу. Снег был кругом — только снег и лёд, и вместе это образовывало скалы и фигуры невиданных форм.
— Раз уж ты дошёл сюда, глупо было бы не показать то, к чему я стремился, — раздался сзади голос великого магистра. — Стоит признать, что я тебя недооценивал, и возможно, ты ещё можешь быть полезен.
— Ну и где мы? Где замок, и что с ним? — спросил, развернувшись, Беренгар. Разговоров с противником он не планировал, но ситуация изменилась.
— В замке всё нормально: чернь пирует и ожидает грядущего Исхода, рыцари на своих постах… — отвечал тот спокойным голосом, но в интонациях явственно прослеживалась издёвка. — А это… это Вызима, какой она будет через столетия, — он показал на глыбу льда за собой, в которой явственно угадывались очертания вызимской ратуши. — Придёт Белый Хлад, и единственная надежда человечества — в объединении и Исходе.
— Под твоим руководством, если я правильно понимаю, — уточнил ведьмак, выгадывая момент для рывка и удара.
— Конечно, для выполнения Плана нужен некто, кому ведомо будущее…
— То есть ты, — перебил его Беренгар.
— То есть я, — подтвердил Яков. — И воины, которые поведут за собой люд, воины, которые не испытывали бы сомнений, подобно тебе, — пояснил он с насмешкой, — но с возможностями ведьмаков. Абсолютные ведьмаки, как я бы их назвал. И в-третьих, следует избавиться от остальных народов — это если вкратце.
— А подробно рассказывать ты не горишь желанием, да? — выплюнул Беренгар.
— Скорее довести дело до логического конца, — Беренгар снова неосторожно дёрнул больным плечом. — Я всю сознательную жизнь бросал дела незавершёнными: решил не идти ведьмачьим путём, когда уже почти стал ведьмаком, не смог стать обычным наёмником, потом всё равно по сути жил как ведьмак — только бежал от трудностей и впутывался всё глубже… А затем понял, что так больше нельзя, и решил довести до конца хотя бы свои дела с Саламандрами и их хозяевами. Как видишь, осталось немного — впрочем, — Беренгар горько ухмыльнулся, — нельзя сказать, что это в первую очередь моя заслуга.
— Душещипательные истории про поиск собственного пути можешь не рассказывать, — несколько грубо прервала его Торувьель, — а вот про Саламандр уже интереснее. Я, допустим, не знаю, кто стоял за ними — только какие-то слухи, которые до нас, скоя'талэей, доходят медленно и не все.
— А что рассказывать? Кто стоял, того уже нет, — ведьмак только фыркнул. — Конкретно Саламандрами управлял Азар Явед, колдун из Зеррикании, был изгнан из Бан Арда, ему подчинялись ещё пара ренегатов, несколько главарей разбойничьих шаек… Все остальные — сброд, набранный из кого попало. И конкретно моей заслуги в их уничтожении практически нет, — признался он. — на чистую воду их вывел Геральт, его же клинок убил Азара Яведа, а я… так, помог немного под конец, — Беренгар издал смешок.
— Геральт из Ривии? Белый Волк? — уточнила, насторожившись, Торувьель.
— … или Мясник из Блавикена, как его прозвал простой люд, в благодарность за всё хорошее, — он снова рассмеялся, хрипло и зло. — В общем, он бы, наверное, и дальше справился бы без меня, но я просто не стал задерживаться, когда выяснил, кто же стоял за всем и довёл ситуацию до вызимской резни.
— Кто-то из Ордена, верно же? — спросила эльфка.
— Кто-то… — Беренгар опять фыркнул. — Сам великий магистр Яков, ха! Ну, и ещё несколько людей из руководства Ордена знали о сотрудничестве с Саламандрами, и кое-кто даже успел сбежать. За ними я, в общем, и иду, — признался он. — Остались немногие, и надо бы довести всё до конца.
— Ты помог нам в Темноводье, так что мы посмотрим, что можно сделать. Пока что мы просто рады видеть тебя здесь, — Торувьель улыбнулась. — И кстати, ты так и не рассказал, что в итоге произошло с этим Яковом и почему он сделал… то, что сделал.
— Потому что он рехнулся. Ну, сошёл с ума. Впрочем, — он махнул правой, здоровой рукой, — ладно…
До цели оставалось совсем немного: всего-то спуститься, открыть одну дверь — и там должен быть великий магистр. И именно сейчас надо было подготовиться и выпить необходимые эликсиры. Пились декокты залпом и с зажатым носом — тогда они не казались настолько отвратительными и можно было избежать рвотного рефлекса. После же того, как они начинали действовать, главным было уложиться во временные рамки, пока ещё не произошёл откат, но задерживаться в замке Беренгар не собирался.
Великий магистр и вправду обнаружился в следующей за дверью комнате. Сама дверь оказалась не особенно прочной, и поддалась аарду, пропуская ведьмака внутрь. Как оказалось, магистр уже ожидал его, и с его рук грозило сорваться неизвестное заклинание — так что Беренгар рванулся в сторону и… оказался по щиколотку в снегу. Снег был кругом — только снег и лёд, и вместе это образовывало скалы и фигуры невиданных форм.
— Раз уж ты дошёл сюда, глупо было бы не показать то, к чему я стремился, — раздался сзади голос великого магистра. — Стоит признать, что я тебя недооценивал, и возможно, ты ещё можешь быть полезен.
— Ну и где мы? Где замок, и что с ним? — спросил, развернувшись, Беренгар. Разговоров с противником он не планировал, но ситуация изменилась.
— В замке всё нормально: чернь пирует и ожидает грядущего Исхода, рыцари на своих постах… — отвечал тот спокойным голосом, но в интонациях явственно прослеживалась издёвка. — А это… это Вызима, какой она будет через столетия, — он показал на глыбу льда за собой, в которой явственно угадывались очертания вызимской ратуши. — Придёт Белый Хлад, и единственная надежда человечества — в объединении и Исходе.
— Под твоим руководством, если я правильно понимаю, — уточнил ведьмак, выгадывая момент для рывка и удара.
— Конечно, для выполнения Плана нужен некто, кому ведомо будущее…
— То есть ты, — перебил его Беренгар.
— То есть я, — подтвердил Яков. — И воины, которые поведут за собой люд, воины, которые не испытывали бы сомнений, подобно тебе, — пояснил он с насмешкой, — но с возможностями ведьмаков. Абсолютные ведьмаки, как я бы их назвал. И в-третьих, следует избавиться от остальных народов — это если вкратце.
— А подробно рассказывать ты не горишь желанием, да? — выплюнул Беренгар.
Страница 2 из 5
