И разразилась гроза…

Это же не просто «пуговичку А в петельку Б» или что-то в этом духе. Он хочет намека на опасность, грязных словечек и силы. А лучше Силы с большой буквы. Он хочет секса с Силой, он хочет пережить такой опыт, который оставит на нем отметину.

Черт, неудачная формулировка. Он рефлекторно прижимает левую руку к животу, чтобы не видеть метку, которая будет на его предплечье до самой смерти, а может, и дольше.

Лонгботтом — это Сила. Грейнджер — это Сила.

Все будет, как надо, если удастся заполучить в постель не «Невилла-мамочку», а «Лонгботтома-змееборца». Ему очень нравилось ласкаться с Пэнси, но ведь, чтобы стать полностью посвященным, нужно попробовать с обоими полами. Просто для комплекта. Но не слишком ли много он хочет, учитывая, сколько ему отмерено и то, что еще один вариант — это Грейнджер? А ему нельзя распыляться.

Зато теперь, когда Драко разобрался в том, что такое секс, он совершенно уверен, что, если только это будет в его власти, он не умрет девственником.

Остается лишь пункт о столкновении с маггловским миром, но с этим он разберется попозже.

В начале сентября, во время ежедневной прогулки в компании двух авроров, Драко наблюдает за тем, как Невилл работает с детьми в теплицах. Авроры не всегда одни и те же, они меняются, и ему пока не удалось разгадать порядок их дежурств. Возможно, они сменяются произвольно, чтобы сбить его с толку или чтобы он с ними не разговаривал. Вряд ли в этом есть необходимость: его телохранители ясно дали ему понять, что не расположены к беседам, и дело не только в прямом запрете, но и в личных чувствах.

Драко, сколько может, задерживается у теплиц, пока его не поторапливают. Вглядываясь в затуманенные окна, время от времени он улавливает мелькание лохматой головы Невилла, когда тот склоняется над сидящими за партами детьми.

Он ощущает зависть, видя, что вся забота и нежность уплывают от него и, что еще хуже, достаются чумазым и недостойным детям родителей-предателей крови. А иначе с чего бы они стали сиротами? И другим детям, о которых он и думать не хочет: магглорожденным. Некоторые из этих сирот слишком малы, чтобы получить письмо из Хогвартса, они просто записаны в школу с рождения, а теперь их семьи погибли. Но ведь рейды пожирателей смерти не оставляли камня на камне — просто удивительно, скольким детям удалось выжить.

Они все вырастут с ненавистью к нему и его семье. И вот, собственно, один из них: заметил его и показывает пальцем, а двое или трое маленьких крысенышей пялятся на него. Нет, поправляет он себя, они не похожи на крыс. У них круглые хаффлпаффские лица: значит, хомяки. Но с крысиными глазами. Это глаза умных, выносливых, безжалостных хищников, которые не удовлетворятся, пока не сживут его со света. Они выжидают.

А еще неприятнее видеть Невилла с Грейнджер. В субботу утром Драко все еще оттачивает с ней технику полета. Ему не на что жаловаться, она прилежная ученица, но теперь Невилл оставляет их в компании двух авроров, а сам возвращается в теплицы, чтобы закончить очередной проект. Он обычно выходит минут за пять до конца их урока. И тогда они вдвоем с Грейнджер болтают и шутят. Невилл как обычно прикасается к ее руке, и Драко чувствует, как в нем разгорается ревность. Это ощущение сродни огню, что взметается вверх от живота и заставляет пламенеть лицо.

Они не смотрят на него, и так даже лучше, потому что он не хочет, чтобы они видели его таким. С другой стороны, они смотрят друг на друга. Грейнджер протягивает руку и гладит Невилла по плечу — ага, это неслучайно, думает Драко. Она не могла сделать это машинально, ведь Невилл выше ее на девять дюймов или около того. Так что в действительности она хочет дотронуться до его лица или волос. Заметно, как ее рука поднимается с невиллова плеча, ненадолго зависает в воздухе и снова опускается обратно туда, где была.

Она еще не собралась с духом, но когда это случится, всему конец. Ведь как Невилл смотрит на нее, когда она не видит!

Затем выпадает просто паршивая суббота в середине сентября, когда Невилл объявляется в конце урока полетов, берет Грейнджер под руку и говорит ей, что они встречаются с Гарри в кабаке. Забыл сказать, но они уже опаздывают.

Это в честь ее дня рождения, говорит он.

О, еще одна гребаная вечеринка, на которую Драко не приглашен. Конечно. Вдвойне не приглашен, потому что кабак, куда они идут — Три Метлы, а не стремная Кабанья Голова (хотя он уверен, что и там ему не будут рады, так как выяснилось, что неряха-трактирщик — брат покойного директора). Не приглашен, потому что сейчас он всего лишь заложник, с которым гуманно обращаются, а в будущем осужденный малолетний военный преступник. Не приглашен, потому что они вообще никогда его не любили.

А почему — он не задумывается. Он помнит только, как в Хогвартс-экспрессе Поттер отверг предложенную ему руку. Все остальное косвенно вылилось из этого.