Фандом: Гарри Поттер. О том, к чему привели тренировки Дадли.
Добавить в моё избранное
8 мин, 32 сек 13760
Дадли старательно избегал смотреть в сторону Гарри, в то время как сам Гарри разглядывал его с любопытством.
Как только они вышли на Уистерия-Уок, прямо на глазах мягкие вечерние сумерки начали превращаться в ночь. Задрожав от внезапного холода, Гарри огляделся по сторонам, и у него перехватило дыхание, когда он увидел звезды, исчезающие в непроглядной тьме.
— Дадли! — позвал он.
— Что? — проворчал Дадли, оборачиваясь. Он ошеломленно открыл рот, потом наконец заметил, что что-то не так. — Черт побери, что происходит?
— Дементоры, — прошипел Гарри, радуясь, что не забыл прихватить палочку. Его пальцы сомкнулись вокруг гладкой древесины, и неестественный холод, сковавший тело, как будто немного отступил. — Держись рядом.
Дадли послушно подбежал поближе, лихорадочно пытаясь высмотреть хоть что-то в подступающей тьме.
— Что еще за дементоры?
— Высасывающие душу твари, — прошептал Гарри, осматривая окрестности с палочкой наготове.
— И как с ними сражаться?
— Тебе никак — ты их даже не увидишь. Теперь тише, мне надо… — От тьмы отделилась кошмарная фигура в балахоне, и Гарри, не очень отчетливо представив счастливое воспоминание, воскликнул: — Экспекто Патронум!
Из палочки вырвался серебристый туман, отталкивая закутанную фигуру прочь. Заклинание получилось слишком слабым для создания телесного Патронуса. Гарри застонал в отчаянии, увидев, как дементор прорывает слабеющий серебристый щит серыми разлагающимися руками.
Дадли охнул, и Гарри рискнул обернуться через плечо. И сердце его екнуло, когда он увидел, как из темноты появляется второй дементор, медленно плывет вниз, и его покрытые струпьями руки тянутся к шее Дадли. Дементор не торопился, наслаждаясь страхом.
— Экспекто Патронум!
Гарри старался как мог, но из палочки снова появился только серебристый дым. Он подумал, что, может быть, стоит защитить Дадли, а не себя, но тут же отбросил эту мысль: если он свалится, его кузен-маггл будет совсем легкой добычей.
— Он нападает сверху! — завопил Гарри. — Беги! Я их задержу!
Дадли запрокинулся назад, дрожа так сильно, что Гарри слышал, как стучат у него зубы.
— Г-где оно? — прошептал он.
— Экспекто Патронум! — Гарри выиграл еще несколько секунд. — Справа! Теперь уходи!
Склизкие пальцы дементора схватили шею Дадли. Тот в ужасе беззвучно открывал и закрывал рот, лицо его побледнело.
На глаза Гарри навернулись жгучие слезы. Он проклинал свою беспомощность.
— Черт возьми, тебе нужно бежать! Или эта тварь высосет твою душу!
Из горла Дадли вырвался слабый рык, и он повернулся лицом к существу в балахоне, мышцы его шеи напряглись, сражаясь со смертоносными объятиями. Страх во взгляде постепенно сменился отчаянной яростью. Отставив в сторону руку, Дадли бросился на невидимого врага; то ли на рефлексах, то ли на одной удаче его мощный кулак врезался в то, что было скрыто под капюшоном дементора, и тот отдернулся.
Судорожно переводя дыхание, Дадли выставил кулаки.
— Скажи, куда бить, приятель, — прохрипел он.
Гарри смотрел в оцепенении, пока не заметил ещё одного дементора, появившегося с другой стороны.
— На девять часов!
Дадли ударил кулаком, потом покачнулся. Удар пришелся дементору в то место, где у человека были бы ребра, и отшвырнул его назад. Раздался отвратительный хруст, с рук Дадли закапало что-то гнилое и грязное, но он не обращал на это внимания.
Гарри сжал зубы. Как же он жалок, если маггл защищает его от магической опасности! Глубоко дыша, он полностью сосредоточился:
— Экспекто Патронум!
Из палочки вырвался сверкающий белый олень, разогнав окружавшую тьму. Дементоры, казалось, заколебались, замерли в воздухе, и Гарри направил в их сторону Патронуса.
Если бы кошмарные твари могли издавать звуки, вероятно, визжали бы в агонии от пронзающих их массивных рогов оленя-Патронуса. Но их уничтожали в жуткой тишине, пока не испарилась последняя холодная чернота и не осталось ничего, кроме мирной темноты позднего вечера. Выполнив свою миссию, Патронус важно спустился на землю и склонил голову к Гарри, а потом исчез.
— Мы их сделали? — спросил Дадли, тяжело дыша.
Гарри с трепетом посмотрел на него.
— Мы их сделали, Дадли, мы их сделали.
— Это вы натравили на меня дементоров? — Гарри задыхался. — Вы сумасшедшая! Мы бы погибли, если бы мой кузен не вломил им доброй старой «двойкой»!
Амбридж наставила на него пухлый палец, потом на лице ее появилось озадаченное выражение и она опустила руку.
— Вы не можете вломить дементору «доброй старой двойкой», — сказала она, оскорбленная самой мыслью.
— Нет, если ты не чемпион по боксу весом сто восемьдесят фунтов, которого загнали в угол, и, чтобы вы знали, Большой Ди предпочитает вламывать, — самодовольно сказал Гарри.
Как только они вышли на Уистерия-Уок, прямо на глазах мягкие вечерние сумерки начали превращаться в ночь. Задрожав от внезапного холода, Гарри огляделся по сторонам, и у него перехватило дыхание, когда он увидел звезды, исчезающие в непроглядной тьме.
— Дадли! — позвал он.
— Что? — проворчал Дадли, оборачиваясь. Он ошеломленно открыл рот, потом наконец заметил, что что-то не так. — Черт побери, что происходит?
— Дементоры, — прошипел Гарри, радуясь, что не забыл прихватить палочку. Его пальцы сомкнулись вокруг гладкой древесины, и неестественный холод, сковавший тело, как будто немного отступил. — Держись рядом.
Дадли послушно подбежал поближе, лихорадочно пытаясь высмотреть хоть что-то в подступающей тьме.
— Что еще за дементоры?
— Высасывающие душу твари, — прошептал Гарри, осматривая окрестности с палочкой наготове.
— И как с ними сражаться?
— Тебе никак — ты их даже не увидишь. Теперь тише, мне надо… — От тьмы отделилась кошмарная фигура в балахоне, и Гарри, не очень отчетливо представив счастливое воспоминание, воскликнул: — Экспекто Патронум!
Из палочки вырвался серебристый туман, отталкивая закутанную фигуру прочь. Заклинание получилось слишком слабым для создания телесного Патронуса. Гарри застонал в отчаянии, увидев, как дементор прорывает слабеющий серебристый щит серыми разлагающимися руками.
Дадли охнул, и Гарри рискнул обернуться через плечо. И сердце его екнуло, когда он увидел, как из темноты появляется второй дементор, медленно плывет вниз, и его покрытые струпьями руки тянутся к шее Дадли. Дементор не торопился, наслаждаясь страхом.
— Экспекто Патронум!
Гарри старался как мог, но из палочки снова появился только серебристый дым. Он подумал, что, может быть, стоит защитить Дадли, а не себя, но тут же отбросил эту мысль: если он свалится, его кузен-маггл будет совсем легкой добычей.
— Он нападает сверху! — завопил Гарри. — Беги! Я их задержу!
Дадли запрокинулся назад, дрожа так сильно, что Гарри слышал, как стучат у него зубы.
— Г-где оно? — прошептал он.
— Экспекто Патронум! — Гарри выиграл еще несколько секунд. — Справа! Теперь уходи!
Склизкие пальцы дементора схватили шею Дадли. Тот в ужасе беззвучно открывал и закрывал рот, лицо его побледнело.
На глаза Гарри навернулись жгучие слезы. Он проклинал свою беспомощность.
— Черт возьми, тебе нужно бежать! Или эта тварь высосет твою душу!
Из горла Дадли вырвался слабый рык, и он повернулся лицом к существу в балахоне, мышцы его шеи напряглись, сражаясь со смертоносными объятиями. Страх во взгляде постепенно сменился отчаянной яростью. Отставив в сторону руку, Дадли бросился на невидимого врага; то ли на рефлексах, то ли на одной удаче его мощный кулак врезался в то, что было скрыто под капюшоном дементора, и тот отдернулся.
Судорожно переводя дыхание, Дадли выставил кулаки.
— Скажи, куда бить, приятель, — прохрипел он.
Гарри смотрел в оцепенении, пока не заметил ещё одного дементора, появившегося с другой стороны.
— На девять часов!
Дадли ударил кулаком, потом покачнулся. Удар пришелся дементору в то место, где у человека были бы ребра, и отшвырнул его назад. Раздался отвратительный хруст, с рук Дадли закапало что-то гнилое и грязное, но он не обращал на это внимания.
Гарри сжал зубы. Как же он жалок, если маггл защищает его от магической опасности! Глубоко дыша, он полностью сосредоточился:
— Экспекто Патронум!
Из палочки вырвался сверкающий белый олень, разогнав окружавшую тьму. Дементоры, казалось, заколебались, замерли в воздухе, и Гарри направил в их сторону Патронуса.
Если бы кошмарные твари могли издавать звуки, вероятно, визжали бы в агонии от пронзающих их массивных рогов оленя-Патронуса. Но их уничтожали в жуткой тишине, пока не испарилась последняя холодная чернота и не осталось ничего, кроме мирной темноты позднего вечера. Выполнив свою миссию, Патронус важно спустился на землю и склонил голову к Гарри, а потом исчез.
— Мы их сделали? — спросил Дадли, тяжело дыша.
Гарри с трепетом посмотрел на него.
— Мы их сделали, Дадли, мы их сделали.
— Это вы натравили на меня дементоров? — Гарри задыхался. — Вы сумасшедшая! Мы бы погибли, если бы мой кузен не вломил им доброй старой «двойкой»!
Амбридж наставила на него пухлый палец, потом на лице ее появилось озадаченное выражение и она опустила руку.
— Вы не можете вломить дементору «доброй старой двойкой», — сказала она, оскорбленная самой мыслью.
— Нет, если ты не чемпион по боксу весом сто восемьдесят фунтов, которого загнали в угол, и, чтобы вы знали, Большой Ди предпочитает вламывать, — самодовольно сказал Гарри.
Страница 2 из 3
