Фандом: Гарри Поттер. Любитель экспериментов Северус Снейп однажды просчитался. Просчет-то досадный, а вот последствия — непредсказуемые.
Добавить в моё избранное
37 мин, 39 сек 6050
И на каникулы, которые он намеревался провести в доме на площади Гриммо, 12.
Старый особняк встретил Гарри мраком коридоров, тишиной и скрипучими половицами. Несмотря на показное запустение, дом еще хранил воспоминания о Сириусе. Запах старого дерева, плесени, мышей и пыли прочно ассоциировались у Поттера с крестным. Гарри тосковал. Едва успев привязаться к этому отчаянному и безбашенному человеку, он снова остался один. Поттер горько вздохнул — не сказать, чтобы в доме пахло псиной… но все же… И тут светлая грусть момента была омрачена цепочкой молниеносно выстроившихся ассоциаций: псина — собака — секс по-собачьи — сон — Снейп. Единственным свидетелем отчаянного сдавленного стона был только одичавший ворчливый Кричер, который пробурчал что-то себе под нос про «невоспитанных мальчишек» и нехотя поплелся готовить чай.
Сам же молодой хозяин направился к цели своего визита — знаменитой библиотеке Блэков. Да, это именно то, что нужно, чтобы вывести Снейпа на чистую воду. Гарри же упорный, он непременно найдет что-нибудь. Это «что-нибудь» свалилось необъятной грудой у ног Поттера, когда он попытался призвать заклинанием«книги по ментальным наукам и, в частности, легилименции». Гарри понял, что всей жизни ему не хватит, чтобы даже пролистать их все. И вновь стон, больше походящий на волчий вой, огласил стены древнего хранилища.
Дело продвигалось медленно. Даже не так. М-е-е-е-е-д-л-е-н-н-о. Можно даже сказать, что не двигалось вовсе. Неделя! Целая неделя — и никаких зацепок. Ни-че-го! Абсолютно ничего про легилименцию во сне! Такое ощущение, что сон — вообще какое-то неизвестное магическому обществу явление. Зато про темные ритуалы подчинения сознания бодрствующего противника были написаны целые тома. Поттер заинтересовался — такое не преподавали в Хогвартсе. И почему он раньше не додумался? Если бы не Снейп, ему бы и в голову не пришло копаться в библиотеке крестного. Выходит, и тут он оказался полезен. Вот, взять хотя бы эту потрепанную книженцию с тисненой серебряной надписью на корешке: «Темномагические заклятия подчинения». Судя по внешнему виду, пособие пользовалось нешуточным спросом — местами страницы были порваны, а затертый текст едва различим. Найдя самый поврежденный раздел (и, видимо, самый действенный), Гарри начал изучать. Заклятие накладывалось на лист пергамента в два этапа. Первым делом необходимо было пропитать лист темной магией, подготовить его. Затем нанести любой текст (для отвода глаз), смысл которого не имел никакого значения. А потом, в завершение, необходимо было произнести фразу-приказ, который и должна будет исполнить жертва. Заклятие было адресным, то есть имя жертвы закреплялось в тексте заклинания так, чтобы никто посторонний, взявший случайно в руки зачарованный пергамент, не попал бы под его действие.
— Это же как Империус, только в письменном виде! — Поттер решил, что это как раз то, что нужно. И его даже не смутило то, обычный Империус был Непростительным заклятьем. Вряд ли его письменная модификация была лучше.
Вроде же ничего сложного. Да и контр-заклинание имелось. Правда, с ним вышла небольшая заминка — последние два слова было совсем не разобрать. Ну и ладно, он все решил твердо и отменять приказ не собирался.
Вот теперь я точно достану тебя!
Гарри злорадно ухмыльнулся и на радостях заказал Кричеру шикарный обед. Впервые за последний месяц. Применить свои новые знания он решил сразу же по возвращении в Хогвартс.
Январь, первый учебный день, Хогвартс
На первом же занятии Снейп влепил контрольную, ибо искренне полагал, что студентам после длительного периода размягчения мозгов бездельем необходима встряска. Бонусом шло написание эссе на десять дюймов о модификациях антипохмельного зелья. Этот шанс Поттер и решил использовать. Слиняв по-тихому тем же вечером в Выручай-комнату, он разложил чистый лист пергамента, достал шпаргалку и сотворил надлежащие пассы палочкой. Кривовато произнес заклинание на латыни. По легкому алому свечению, озарившему на миг пергамент, Гарри понял, что справился. Теперь нужно написать текст. Ага. Эссе как нельзя лучше подойдет. Тема не сложная — ведь про антипохмельное знал каждый уважающий себя шестикурсник. А Снейп, зараза, просто издевался. Что он там еще говорил? Что-то про модификации?
Сейчас, сейчас… будут вам, профессор, модификации!
И Поттер заскрипел пером, закусив от нетерпения губу. И вот — эссе готово, и наступил самый ответственный момент. Волнующий. Гарри нервничал. Еще бы! Он собирался подчинить волю самого Ужаса подземелий, по совместительству приближенного Волдеморта. О, да-а! Он играл с огнем! Ведь рано или поздно действие заклинания закончится. И что потом? Пощады, Поттер, не жди — ее не будет. Он отмахнулся от этой мысли как от назойливой мухи. Что будет потом — неважно. Если то, что он задумал, получится… м-м-м… Так, ладно, надо собраться и сделать это! Поттер взмахнул палочкой над исписанным листом и произнес:
— Я хочу видеть тебя обнаженным, Северус.
Старый особняк встретил Гарри мраком коридоров, тишиной и скрипучими половицами. Несмотря на показное запустение, дом еще хранил воспоминания о Сириусе. Запах старого дерева, плесени, мышей и пыли прочно ассоциировались у Поттера с крестным. Гарри тосковал. Едва успев привязаться к этому отчаянному и безбашенному человеку, он снова остался один. Поттер горько вздохнул — не сказать, чтобы в доме пахло псиной… но все же… И тут светлая грусть момента была омрачена цепочкой молниеносно выстроившихся ассоциаций: псина — собака — секс по-собачьи — сон — Снейп. Единственным свидетелем отчаянного сдавленного стона был только одичавший ворчливый Кричер, который пробурчал что-то себе под нос про «невоспитанных мальчишек» и нехотя поплелся готовить чай.
Сам же молодой хозяин направился к цели своего визита — знаменитой библиотеке Блэков. Да, это именно то, что нужно, чтобы вывести Снейпа на чистую воду. Гарри же упорный, он непременно найдет что-нибудь. Это «что-нибудь» свалилось необъятной грудой у ног Поттера, когда он попытался призвать заклинанием«книги по ментальным наукам и, в частности, легилименции». Гарри понял, что всей жизни ему не хватит, чтобы даже пролистать их все. И вновь стон, больше походящий на волчий вой, огласил стены древнего хранилища.
Дело продвигалось медленно. Даже не так. М-е-е-е-е-д-л-е-н-н-о. Можно даже сказать, что не двигалось вовсе. Неделя! Целая неделя — и никаких зацепок. Ни-че-го! Абсолютно ничего про легилименцию во сне! Такое ощущение, что сон — вообще какое-то неизвестное магическому обществу явление. Зато про темные ритуалы подчинения сознания бодрствующего противника были написаны целые тома. Поттер заинтересовался — такое не преподавали в Хогвартсе. И почему он раньше не додумался? Если бы не Снейп, ему бы и в голову не пришло копаться в библиотеке крестного. Выходит, и тут он оказался полезен. Вот, взять хотя бы эту потрепанную книженцию с тисненой серебряной надписью на корешке: «Темномагические заклятия подчинения». Судя по внешнему виду, пособие пользовалось нешуточным спросом — местами страницы были порваны, а затертый текст едва различим. Найдя самый поврежденный раздел (и, видимо, самый действенный), Гарри начал изучать. Заклятие накладывалось на лист пергамента в два этапа. Первым делом необходимо было пропитать лист темной магией, подготовить его. Затем нанести любой текст (для отвода глаз), смысл которого не имел никакого значения. А потом, в завершение, необходимо было произнести фразу-приказ, который и должна будет исполнить жертва. Заклятие было адресным, то есть имя жертвы закреплялось в тексте заклинания так, чтобы никто посторонний, взявший случайно в руки зачарованный пергамент, не попал бы под его действие.
— Это же как Империус, только в письменном виде! — Поттер решил, что это как раз то, что нужно. И его даже не смутило то, обычный Империус был Непростительным заклятьем. Вряд ли его письменная модификация была лучше.
Вроде же ничего сложного. Да и контр-заклинание имелось. Правда, с ним вышла небольшая заминка — последние два слова было совсем не разобрать. Ну и ладно, он все решил твердо и отменять приказ не собирался.
Вот теперь я точно достану тебя!
Гарри злорадно ухмыльнулся и на радостях заказал Кричеру шикарный обед. Впервые за последний месяц. Применить свои новые знания он решил сразу же по возвращении в Хогвартс.
Январь, первый учебный день, Хогвартс
На первом же занятии Снейп влепил контрольную, ибо искренне полагал, что студентам после длительного периода размягчения мозгов бездельем необходима встряска. Бонусом шло написание эссе на десять дюймов о модификациях антипохмельного зелья. Этот шанс Поттер и решил использовать. Слиняв по-тихому тем же вечером в Выручай-комнату, он разложил чистый лист пергамента, достал шпаргалку и сотворил надлежащие пассы палочкой. Кривовато произнес заклинание на латыни. По легкому алому свечению, озарившему на миг пергамент, Гарри понял, что справился. Теперь нужно написать текст. Ага. Эссе как нельзя лучше подойдет. Тема не сложная — ведь про антипохмельное знал каждый уважающий себя шестикурсник. А Снейп, зараза, просто издевался. Что он там еще говорил? Что-то про модификации?
Сейчас, сейчас… будут вам, профессор, модификации!
И Поттер заскрипел пером, закусив от нетерпения губу. И вот — эссе готово, и наступил самый ответственный момент. Волнующий. Гарри нервничал. Еще бы! Он собирался подчинить волю самого Ужаса подземелий, по совместительству приближенного Волдеморта. О, да-а! Он играл с огнем! Ведь рано или поздно действие заклинания закончится. И что потом? Пощады, Поттер, не жди — ее не будет. Он отмахнулся от этой мысли как от назойливой мухи. Что будет потом — неважно. Если то, что он задумал, получится… м-м-м… Так, ладно, надо собраться и сделать это! Поттер взмахнул палочкой над исписанным листом и произнес:
— Я хочу видеть тебя обнаженным, Северус.
Страница 4 из 11
