Два маньяка

Он понимает, что все это время держался только на бешеном адреналине, а сейчас он схлынул, а Суга там все еще привязан. И надо успеть.

В ушах звенит. Кажется, Суга что-то говорит, но Куроо уже не различает слов. Спотыкаясь и пару раз падая, он добирается до стола. Веревки! Как же хорошо, что веревки! На еще один замок его могло и не хватить. В два удара Куроо разрезает путы, удерживающую правую руку Суги, роняет нож на стол и проваливается в беспамятство.

Куроо открывает глаза, видит потолок фургона и бледного до синевы Дайчи. Ну просто отличное сочетание. Замечательное прям. Можно обратно вырубаться и еще немножко поспать.

— О! Очнулась, спящая красавица. Куда опять глазки закрыла?

— Иди в пень, — огрызается Куроо, не спеша снова смотреть на эту возмутительно довольную рожу.

— Вот вернется Суга — не поверит, что ты в себя приходил.

Дайчи — провокатор, профессиональный. Знает, что лучше всего ловить Куроо на любопытстве. Ну, не может же он не спросить:

— А где он?

— Пошел грабить местную больницу.

— Зачем? — Куроо от удивления даже пытается сесть, но Дайчи придерживает его за плечо.

— Он утверждает, что у тебя сотрясение, сильное притом. Нужны лекарства. А мне бы очень не помешало переливание крови.

— Сотрясение? — удивляется Куроо. — Да ладно.

По голове его били всего лишь раз — еще тогда, сразу, на стоянке.

— А ну посмотри на меня! — командует Дайчи. — Ну точно, сотрясение.

— На лбу написано?

— Зрачки, — коротко поясняет Дайчи. — Вообще бы тебя нейрохирургу показать или хотя бы невропатологу, и в томограф засунуть. Но, боюсь, не судьба.

— Да и так отлежусь, — отмахивается Куроо. — А ты откуда взялся?

— Вас бежал спасать. Ну ехал. То есть, искал, когда наткнулся на Сугу в фургоне этих уродов, он как раз обратно на стоянку возвращался.

Куроо ухмыляется от уха до уха. Спасатель, блин. Но вообще, это хорошо. Очень утешительно знать, что даже если бы у него ничего не вышло, то был еще один вариант.

— Что там произошло? Они успели вам что-то сделать? — спрашивает Дайчи.

Вот гад. Специально же момент подгадал.

— Нет, — без запинки врет Куроо, не отводя взгляда.

Дайчи всматривается ему в глаза, но, очевидно, ничего не находит. Кроме направления к нейрохирургу.

— А почему вы в чужой одежде?

— Это что, допрос?

— А вам есть что скрывать?

— Придурок. Ну да, у них были планы. Раздели, привязали, ошиблись, подохли.

— И все?

— Серьезно? — Куроо недобро прищуривается. — Ты думаешь, мы вдвоем не справимся с двумя козлами? Как только я очнулся, их песенка была спета.

— Да, — кивает Дайчи, наконец-то удовлетворившись ответами. — Прости. Просто я так переживал за Сугу. Ну за тебя тоже. Но Коуши… Ты же понимаешь, да?

Куроо мстительно молча прикрывает глаза, изображая то ли обморок, то ли смертельную усталость тяжело больного человека. А то устроил тут перекрестный допрос. Можно подумать, ему легко убедительно врать в таком состоянии, да еще и предварительно не согласовав все с Сугой.

Они уже второю неделю отсиживаются в охотничьем домике, уже связались и с Кенмой, и с Бокуто, и вовсю строят коварные планы против отдела и агентства. Ну вернее, коварные планы строит троица из двух хакеров и одного манипулятора, у которого оказался личный архив компромата, не намного уступающему тому архиву Кенмы, из-за которого и началась вся эта заварушка. Только архив Сугавары исключительно по лицам агентства, а не по правящей верхушке всей страны, но зато о его существовании никто не знает.

Дайчи даже не пытается вникать в эти сложнонавороченные планы. Куроо сунул нос, оценил размах, посочувствовал Бокуто, который оказался добровольной жертвой этих замышлятелей, и пришел к выводу, что меньше знаешь, крепче спишь, и вообще у него все еще голова болит.

Из домика они почти не выходят, лишь изредка выбираются в один из трех ближайших городков за продуктами. В прошлый раз ходил Сугавара, а сегодня отправился Дайчи. Куроо чувствует себя уже вполне сносно, но на каждую его попытку вылезти из кровати Дайчи с Сугой дружно гаркают «постельный режим», и еще две капельницы осталось.

— Опять встал? — Суга укоризненно смотрит на него поверх монитора.

Куроо фыркает, обходит стол и присаживается рядом. На экране все та же схема руководства отдела с расписанными предположительными реакциями каждого субъекта на разные этапы их плана. Слишком сложно и наворочено, но может сработать.

— Что ты сказал Дайчи? — за все это время так и не было возможности поговорить наедине, и Куроо не собирается упускать такой шанс.

Хотя Дайчи больше и не возвращался к тому разговору, но с ним нельзя быть уверенным, что однажды ему вдруг снова не приспичит начать докапываться, и тогда уже до всех подробностей.