Фандом: Гарри Поттер. …еще одна песня Скорпиуса Малфоя.
Добавить в моё избранное
9 мин, 51 сек 8138
— Ну что, поздравляю с первым концертом!
Радостная физиономия профессора Поттера меня совершенно не воодушевляет. А то он не слышал, что я налажал везде, где можно и где нельзя? Впрочем, малютка Лили говорила, что «папе гиплоглиф на ухо наступил»…
Это все из-за Розы. Она как встала прямо перед сценой в начале моего выступления, так и не уходила до самого конца. Не танцевала, не веселилась — стояла в зале напротив меня и смотрела своими невозможными синими глазищами. Попробуй тут не слажать.
А еще она выглядела до неприличия счастливой, хотя за весь вечер — я точно видел! — с Леманном даже взглядом не перекинулась. И я начал путать слова в песне, когда по голове не хуже бладжера проехалась мысль: а почему я не пригласил Розу на бал?!
Вот и сижу теперь в захламленной лаборантской при кабинете ЗОТИ, и думаю — не попросить ли профессора Поттера применить ко мне легиллименцию, поскольку вербально выразить свои сомнения вряд ли удастся. Но Гарри (наедине можно без церемоний), видимо, решил обойтись щадящими методами и применил ко мне огневиски.
Под внимательным профессорским взглядом делаю два глотка — и прорывает. Говорю, говорю, не могу остановиться, несу полную хрень, и, в общем-то, понимаю, что неправ, но вот где именно, никак не могу определить. Замолкаю, лишь когда Гарри достает из ящика стола пачку сигарет. Настораживаюсь. Он курит очень редко, и только под серьезным градусом, а вот так, «всухую» — никогда. Что-то будет…
— Скорпиус, послушай внимательно и не перебивай, — близоруко щурится на меня сквозь завитки табачного дыма. — И ты, и Роза одинаково дороги мне. А тот факт, что вы вместе, дорог вдвойне. Но, извини, если бы мне было семнадцать, а не тридцать семь, я бы с удовольствием набил тебе морду. Молчи.
Я и рта раскрыть не успел, а он уже меня затыкает!
— Если женщина уходит от тебя, причина не в ней. Причина в тебе. Скорпиус, я ношу очки, но я не слепой. А вот ты от своей идиотской ревности ослеп напрочь. Ты жевал сопли в Восточной башне и дулся, как эльф на одежду, вместо того, чтобы просто поговорить со своей девушкой. Обнимал гитару вместо того, чтобы обнимать Розу. Женщина может простить все, кроме невнимания. Теперь скажи, только честно: сколько раз за предыдущие две недели вы были вместе?
Чертов профессор. Вспоминаю, понимаю…
— В субботу…
— И все?
Ответа ему, похоже, не нужно.
— Он еще удивляется…
Да по какому праву? Слова вылетают вскриком, похожим на истерику:
— Потому что она все время на уроках, а когда не на уроках — с Леманном!
Громкий стук — это Поттер поставил свой бокал на стол:
— А ты?! Где был ТЫ, когда Роза была с Леманном?
Возмущение накрывается медным тазом осознания. Где я был…
— На репетиции… в основном.
Гарри молча пожимает плечами, выдыхает дым через ноздри.
Каша из обиды, горечи и ревности расхлебалась в один момент. Я не пригласил Розу на бал, потому что считал само собой разумеющимся: она пойдет со мной. Я так привык, что моя Роза всегда со мной, что даже не сразу заметил ее отсутствия. Вот и результат. Получите, распишитесь. Но разве можно теперь что-то исправить?
— Она весь вечер простояла перед сценой. Ты ушел, а Роза искала тебя по всей школе, не нашла. Как думаешь, где и с кем она сейчас? А главное, почему?
Тихий голос профессора буквально пригибает меня к полу.
— Женщины никогда не уходят просто так.
В кабинете громко хлопнула дверь, и раздался возмущенный окрик Директора:
— Гарри!
— И не приходят, — Поттер многозначительно поднимает указательный палец, тушит сигарету. — Сиди, думай.
Он вышел из лаборантской, а я остался. Думать? О чем?
— Гермиона, что…
— Вот объясни мне, глупой бабе, почему вы все, мужики, такие козлы?!
— Ээээ…
Ну да, а что тут еще скажешь?
— Где Малфой?! Я его на ингредиенты для зелий пущу!
Может. Грейнджер — может. Она за дочку кого угодно ломтями заживо настругает. Как бы мне отсюда испариться? В буквальном смысле…
— Который Малфой тебя интересует?
— Из-за которого Роз уже полтора часа рыдает в ванной!
— С чего это? — очень удивленно удивился Поттер. — Она ж вроде с молодым фон Леманном общается…
— А при чем тут фон Леманн?! — от воплей директрисы, кажется, позвякивают стекла. — Ей теперь ни с кем противоположного пола общаться нельзя?!
— Ну, на дружеское общение это мало похоже…
— Что-о?! Это не похоже даже на дружеское общение! Или ты считаешь, что девушка, которой ее парень уделяет меньше внимания, чем своей гитаре, должна бегать за ним хвостиком?
Интересно, почему у меня так горят уши и щеки…
— А, то есть это Скорпиус должен все бросить и ходить за Розой, как привязанный?
Радостная физиономия профессора Поттера меня совершенно не воодушевляет. А то он не слышал, что я налажал везде, где можно и где нельзя? Впрочем, малютка Лили говорила, что «папе гиплоглиф на ухо наступил»…
Это все из-за Розы. Она как встала прямо перед сценой в начале моего выступления, так и не уходила до самого конца. Не танцевала, не веселилась — стояла в зале напротив меня и смотрела своими невозможными синими глазищами. Попробуй тут не слажать.
А еще она выглядела до неприличия счастливой, хотя за весь вечер — я точно видел! — с Леманном даже взглядом не перекинулась. И я начал путать слова в песне, когда по голове не хуже бладжера проехалась мысль: а почему я не пригласил Розу на бал?!
Вот и сижу теперь в захламленной лаборантской при кабинете ЗОТИ, и думаю — не попросить ли профессора Поттера применить ко мне легиллименцию, поскольку вербально выразить свои сомнения вряд ли удастся. Но Гарри (наедине можно без церемоний), видимо, решил обойтись щадящими методами и применил ко мне огневиски.
Под внимательным профессорским взглядом делаю два глотка — и прорывает. Говорю, говорю, не могу остановиться, несу полную хрень, и, в общем-то, понимаю, что неправ, но вот где именно, никак не могу определить. Замолкаю, лишь когда Гарри достает из ящика стола пачку сигарет. Настораживаюсь. Он курит очень редко, и только под серьезным градусом, а вот так, «всухую» — никогда. Что-то будет…
— Скорпиус, послушай внимательно и не перебивай, — близоруко щурится на меня сквозь завитки табачного дыма. — И ты, и Роза одинаково дороги мне. А тот факт, что вы вместе, дорог вдвойне. Но, извини, если бы мне было семнадцать, а не тридцать семь, я бы с удовольствием набил тебе морду. Молчи.
Я и рта раскрыть не успел, а он уже меня затыкает!
— Если женщина уходит от тебя, причина не в ней. Причина в тебе. Скорпиус, я ношу очки, но я не слепой. А вот ты от своей идиотской ревности ослеп напрочь. Ты жевал сопли в Восточной башне и дулся, как эльф на одежду, вместо того, чтобы просто поговорить со своей девушкой. Обнимал гитару вместо того, чтобы обнимать Розу. Женщина может простить все, кроме невнимания. Теперь скажи, только честно: сколько раз за предыдущие две недели вы были вместе?
Чертов профессор. Вспоминаю, понимаю…
— В субботу…
— И все?
Ответа ему, похоже, не нужно.
— Он еще удивляется…
Да по какому праву? Слова вылетают вскриком, похожим на истерику:
— Потому что она все время на уроках, а когда не на уроках — с Леманном!
Громкий стук — это Поттер поставил свой бокал на стол:
— А ты?! Где был ТЫ, когда Роза была с Леманном?
Возмущение накрывается медным тазом осознания. Где я был…
— На репетиции… в основном.
Гарри молча пожимает плечами, выдыхает дым через ноздри.
Каша из обиды, горечи и ревности расхлебалась в один момент. Я не пригласил Розу на бал, потому что считал само собой разумеющимся: она пойдет со мной. Я так привык, что моя Роза всегда со мной, что даже не сразу заметил ее отсутствия. Вот и результат. Получите, распишитесь. Но разве можно теперь что-то исправить?
— Она весь вечер простояла перед сценой. Ты ушел, а Роза искала тебя по всей школе, не нашла. Как думаешь, где и с кем она сейчас? А главное, почему?
Тихий голос профессора буквально пригибает меня к полу.
— Женщины никогда не уходят просто так.
В кабинете громко хлопнула дверь, и раздался возмущенный окрик Директора:
— Гарри!
— И не приходят, — Поттер многозначительно поднимает указательный палец, тушит сигарету. — Сиди, думай.
Он вышел из лаборантской, а я остался. Думать? О чем?
— Гермиона, что…
— Вот объясни мне, глупой бабе, почему вы все, мужики, такие козлы?!
— Ээээ…
Ну да, а что тут еще скажешь?
— Где Малфой?! Я его на ингредиенты для зелий пущу!
Может. Грейнджер — может. Она за дочку кого угодно ломтями заживо настругает. Как бы мне отсюда испариться? В буквальном смысле…
— Который Малфой тебя интересует?
— Из-за которого Роз уже полтора часа рыдает в ванной!
— С чего это? — очень удивленно удивился Поттер. — Она ж вроде с молодым фон Леманном общается…
— А при чем тут фон Леманн?! — от воплей директрисы, кажется, позвякивают стекла. — Ей теперь ни с кем противоположного пола общаться нельзя?!
— Ну, на дружеское общение это мало похоже…
— Что-о?! Это не похоже даже на дружеское общение! Или ты считаешь, что девушка, которой ее парень уделяет меньше внимания, чем своей гитаре, должна бегать за ним хвостиком?
Интересно, почему у меня так горят уши и щеки…
— А, то есть это Скорпиус должен все бросить и ходить за Розой, как привязанный?
Страница 1 из 3
