Рога и копыта

Я мечтал стать анимагом с тех пор, как увидел в гостиной нашего дома… оленя. Мама говорила, что я и в двухмесячном возрасте видел отца в анимагической форме, но что я тогда соображал? Позже я был уверен, что родители приводят домой это животное специально, чтобы я поиграл с ним. Почему в эти моменты всегда не было отца, я не задумывался. А вы бы задумались, глядя, как огромный рыжеватого цвета олень разгуливает по комнате в вашем доме? Вот и я завороженно за ним следил. В мире магов нет зоопарков. Мама говорила, что обычных животных в магических школах не изучают совсем, а большинство волшебных существ я увижу только на картинках. А тут живой олень!

Когда мне было три года, отец превратился в оленя на моих глазах. Я в том возрасте, естественно, еще не знал многих словечек, но сейчас точно могу сказать, что тогда я охренел. И тогда же начал требовать, чтобы отец и меня этому научил. А уж когда я узнал, что и крестный — анимаг, то насел на них обоих, с удвоенной силой требуя начать обучение. Конечно, и отец, и Сириус только смеялись над моими повизгиваниями от нетерпения, но и не думали отказывать, пообещав заняться мной, когда я поступлю в Хогвартс. Конечно же, не с первого курса.

Признаться честно, меня больше интересовало, в какое животное я буду превращаться, чем сам процесс обучения, а уж о возможных проблемах и последствиях этого навыка я и вовсе не думал. И, как оказалось, зря.

Вы можете себе представить, что у вас четыре ноги? А если это копыта?

На протяжении всего обучения анимагии, а оно длилось три года, вплоть до окончания мною шестого курса, меня больше всего возмущало то, что нельзя заранее просчитать, как будет выглядеть твоя анимагическая форма. В итоге это может оказаться как хорошим сюрпризом, так и плохим. Ну подумайте сами, вы тратите несколько лет и кучу сил, а потом оказывается, что вы — какой-нибудь таракан! А ведь как мечтали быть львом, как мечтали… В таракана я не превратился. В первую минуту я вообще не понял, кто я. Зрение цветное, правда, вдаль я видел не очень хорошо. Лучше, чем без своих очков-велосипедов, но до идеала очень далеко. А вот вблизи я видел все очень хорошо, и, как позже выяснилось, в темноте зрение тоже не подводило. Центр тяжести как-то непривычно находился на спине, да и сама спина ощущалась совсем по-другому. Сбоку послышался сдавленный смех крестного, и я повернул голову в его сторону. Очень тяжелую голову. И это у меня такая длинная шея? Нервничая, я переступил ногами, понимая, что их у меня теперь четыре, и вдруг услышал снизу громкий стук. Опустив голову, я посмотрел на свои ноги — копыта?! Дернувшись от неожиданности в сторону, я сшиб маленький столик и врезался в кресло, звонко стуча копытами по полу.

— Тихо. Успокойся, Гарри, — ко мне подскочил отец. — Давай обратно.

Зажмурившись, я представил себя в обычном виде и почувствовал, как по всему телу пробегает теплая волна. Открыв глаза, я первым делом посмотрел на свои руки и облегченно выдохнул. Вторым самым пугающим пунктом в анимагии был страх остаться в образе животного навсегда.

— В семействе копытных прибыло, — хохотнул Сириус, а я рухнул в кресло, то самое, которое чуть не снес.

Что ж, я не таракан и даже не крыса, как Питер. Я — конь. Судя по ногам, рыжего цвета. И для меня это было не самым лучшим сюрпризом. Что я знаю о лошадях? Кроме того, что они питаются травой? М-м-м… Ничего. Нет, я, в отличие от многих других детей волшебников, бывал в маггловском зоопарке, но лошадь не диковинное животное, там ее не держат. Так что мои познания: лошади едят траву. Ах да, еще таскают кареты по Лондону, катая туристов. Все. Поэтому к такой анимагической форме я вовсе не был готов. Но не отступать же из-за этого от своей мечты! Хотя я представлял себя более мелким зверьком. Например, котом. Мое воображение рисовало яркие картинки того, как я поздно вечером, когда все в башне Гриффиндора уже спят, бесшумно пробираюсь в девичьи спальни — интересно, а лестница распознает, кто я такой на самом деле? — толкаю лапой дверь в комнату Гермионы и нагло забираюсь на ее кровать, тихо мурлыча. Ну да… вот такие у меня были фантазии. Теперь же… думаю, если дверь в комнату вышибет конь и завалится на кровать, разломав ее на десятки частей, Гермиона будет не в восторге.

Я стоял посреди гостиной и рассматривал себя в большом зеркале. Ну да, здоровенный рыжий конь. Все эти годы я только и думал о том, каково это — превращаться в животное. Что в маге остается от человека, когда он в образе зверя? Что он перенимает от своего животного, когда находится в обычном виде? У Сириуса можно было услышать хриплый смех, немного похожий на собачий лай, а иногда он смешно скалился, изображая рычание. Со своим анимагическим животным он был словно одним целым. Про отца я так сказать не мог. Он не издавал звуки, похожие на оленьи, не был обладателем ланьих глаз, разве что Сириус постоянно шутил на тему оленьих рогов, на что мама всегда вздыхала и закатывала глаза.