Убить мамонта

Я только прикрыл глаза. Дурак! Тупее китов! Ведь не на первой же охоте! Что же он…

— Вперед! Все! Все вперед! Убьем мамонта! — заорал я, вскакивая на ноги и сбрасывая с себя накидку. Теперь только скорость и натиск могли спасти нас.

Сразу три маленькие головы повернулись к бегущему Крысе и плюнули в него. Кровавые линии прорезали воздух и пол-Крысы замертво рухнуло в листву. Его ноги пробежали еще пару шагов, прежде чем остановиться, когда туловище уже даже не кровоточило.

Рыжее Дерево вжался в землю, на его плече лежал Огнеметатель Горелого. Он прицелился и выстрелил! Огненный зуб с шипением врезался между маленькими головами на заду мамонта и взорвался, разбросав куски голов во все стороны. Дереву тут же пришлось вскочить и удирать со всех ног — Мамонт счел его самым сильным врагом и все маленькие головы принялись плеваться в него.

Пользуясь этим мы с остальными охотниками сумели подобраться к Мамонту достаточно близко. Я вскинул свое копье, оно грозно затрещало: Дух Злого Неба, заключенный в копье, чуял добычу и хотел впиться в неё своими когтями. Еще два шага… Я выбросил вперед руки, сжимая рукоять копья. Дух Злого Неба радостно бросился на врага, полосуя его своими тонкими, синими когтями. Маленькая голова, в которую я метил, сдалась за миг — её длинный хоботок бессильно обвис, голова замерла неподвижно. Я не успел остановиться и врезался в теплый, твердый бок Мамонта, огляделся: остальные охотники тоже успели — маленькие головы умирали одна за другой. Рыжее Дерево выбрался из кустов — он уже успел вставить в огнеметатель новый зуб, и теперь гордо нес готовое к бою оружие на плече.

— Быстрее! — закричал я. — Смертояйцо! Несите!

Большая голова Мамонта все это время дергалась между стволами деревьев, расшатывая их. И сейчас я видел, что один из огромных дубов уже начал выворачиваться из земли. Времени у нас было немного.

Большой Куст поспешил к голове Мамонта, с пыхтением таща за собой Смертояйцо. Я и Рыжее Дерево бросились помогать ему. Втроем мы подняли Смертояйцо и прижали его липким дном к месту между шеей и подбородком Мамонта, там где его шкура была самой тонкой. Я повернул верхушку Смертояйца, дождался, пока она замигает красным и махнул рукой.

— Назад!

Мы скатились вниз, попадали на землю, поползли, прячась за поваленными деревьями…

Смертояйцо оглушительно зашипело. Я знал, что сейчас происходит — из его липкого дна вылупился Огненный Червь, прогрыз кожу мамонта и теперь пожирает его беззащитный мозг.

Мамонт вздрогнул всем телом, его громадные ноги вытянулись… и он замер. Мамонт умер.

Сейчас нужно было бы радоваться и петь, но все мы знали — рано. Оставалось самое главное. Нужно было выяснить, не зря ли мы охотились на Мамонта?

Охоту вел я, значит это было моей задачей. Я запрыгнул на тушу Мамонта, отмерил три шага от брюха, семь шагов от головы, нашел едва заметные под слоем грязи и ржавчины защелки и снял с пояса Синий Язык. Особым образом сжал рукоятку, и тонкая железная полоска ярко засияла. С виду холодная, но коснись её пальцем — останешься без него. Я провел Языком по защелкам, снова сжал его и вернул на пояс. Подоспевший Рыжее Дерево помог мне подцепить и сбросить вниз широкую, тонкую пластину. Я присел рядом с обнажившейся дырой и взглянул на Сердца Мамонта. Их было пять — как и всегда. Протянув руку, коснулся верхушки первого и разочарованно выдохнул: на Сердце появилась едва-едва заметная красная полоска. Сердце было мертвым. Второе — то же самое. Третье, четвертое — все пусты! Пятое… и я не сдержал радостного крика. Широкая зеленая полоса, которая появилась на боку Сердца, означала одно — племя будет жить! Теперь мы принесем Сердце в становище, шаман спустится под землю, в Каменную Обитель, где возложит Сердце на алтарь, и дар Бога Сонника снова будет работать! Когда придет зима, все племя отправится вниз и заснет Холодным Сном. Наверху будет сыпать снег, все живое будет умирать, но племя спокойно переждет ужасы зимы внизу, в Холодном Сне!

Я провернул Сердце, выдернул его и торжествующе поднял над головой.

Охотники вскинули оружие, радостно завопили.

— Правила поведения сотрудника при пожарной безопасности, — запел Рыжее Дерево.

— Определяются следующими законами, — подхватили все остальные.

Охотники плясали вокруг мертвой туши Мамонта, и древние слова песни наших далеких, далеких предков неслись над лесом.

Я радостно оскалился. Славная вышла Охота.