Не спеши

Звуки, которые разбудили Беллами утром, доносились откуда-то снаружи. Спросонок ему показалось, что это кто-то у ворот Аркадии с наблюдательной вышки орет что-то странно музыкальное, но спустя пару секунд он сообразил, что находится в каюте на Кольце. И что спал он сегодня один, потому что Эхо хотела выспаться, Рейвен дежурила, а Джон хотел быть с Эмори. И что ему было неуютно в одиночку, отвык, что ли… В общем, что это были за звуки, он так и не понял, а потому торопливо натянул штаны, футболку, попытался пятерней привести в порядок отросшие волосы, запутался, плюнул и выскочил в коридор, на ходу протирая глаза. Звуки делались громче по мере приближения к столовой, и скоро стало понятно, что это и правда музыка. Что-то ритмично-красивое, мало похожее на бодрые стоны из плеера Джаспера или на убойную долбежку с ковчеговских дискотек. Раньше Беллами такой музыки не слышал.

— Как тебе? — встретила его на входе в столовую пританцовывающая Харпер. — Мы с Эмори вчера во время уборки нашли плеер в одной из кают, а Рейвен вытащила оттуда музыку и запустила в систему громкой связи. Правда, здорово?

— Офигенно здорово, только я бы еще поспал, — ответил Мерфи вместо медленно соображающего Беллами.

— Круто, а это на каком языке? — сформулировал наконец тот.

Слова были явно не английские, хотя звучало красиво.

— Рейвен говорит, испанский, — сообщил Монти из угла. — Она его тоже не очень хорошо знает, но ее мама иногда разговаривала с ней по-испански…

— А она где?

Монти пожал плечами:

— Была в Центре.

Мелодия сменилась. Теперь вступил голос — мужской, не самый приятный, на вкус Беллами, но он пел так, что на тембр стало быстро наплевать. Судя по загоревшимся глазам Харпер, ей тоже понравилось, и она пританцовывала уже вполне целенаправленно, благо в трех шагах от центрального стола и стульев оставалось достаточно места. Беллами покачал головой, глядя, как Монти смущенно отбрыкивается от раззадорившейся Харпер, которой танцевать одной быстро надоело.

— Без шансов, — сказал рядом Мерфи. Он тоже прислонился к стене, слегка касаясь плеча Беллами своим. — Вот если бы надо было петь под гитару…

Харпер отчаялась вытащить Монти и кружилась снова одна. Глаза она слегка прикрыла, словно хотела отгородиться от них всех или представляла себе что-то мысленно.

— Джон?

Вопросительная интонация в голосе Эмори заставила Беллами оторваться от созерцания танцующей Харпер и переключиться на нее.

— Давно тебе нужно разрешение? — с улыбкой качнул головой Мерфи. Эмори фыркнула и медленно направилась к кружащейся подруге.

В отличие от Харпер, Эмори вряд ли много танцевала за свою жизнь. Но чувство ритма у нее явно было, а тренированное тело позволяло экспериментировать с движениями вслед за подругой. Скоро она втянулась, начала импровизировать сама, и отвести от нее взгляд становилось все труднее. Все-таки Эмори у них красавица…

— Я ей всегда говорил, что она красиво двигается, — задумчиво произнес Мерфи, тоже неотрывно глядя на танцующих девушек. — А она не верила.

— Красиво, — согласился Беллами.

В дверях показалась Эхо. Она кивнула им с Мерфи, но не подошла, а некоторое время стояла на пороге, прислушиваясь к песне и тоже наблюдая за танцем.

— Если сейчас она к ним пойдет — ты следующий, — вдруг негромко заявил Мерфи.

— Почему я?!

Вообще вопросов было несколько, но словами сформулировался только этот. Остальные — с чего он взял, что Эхо пойдет к девчонкам, что значит «следующий», и зачем бы Мерфи понадобился танцующий Беллами — остались в виде эмоций.

— Потому что, по-моему, у тебя должно интересно получиться. Хочу посмотреть, — нагло ухмыльнулся тот.

Песня сменилась, Эмори заметила Эхо в дверях, толкнула Харпер и они вместе, ухватив азгедку за руки, вытянули ее на середину свободной площадки. Эхо посопротивлялась «для приличия», буквально несколько секунд, и вот уже Эмори учила ее каким-то своим только что изобретенным па.

— Ага, — с удовольствием отметил Мерфи. — Теперь — ты.

— Ну еще чего, — как-то беспомощно фыркнул Беллами, совсем растерявшись.

— Да брось, не красней ты так. — Мерфи понизил голос: — Если мамочка может — папочка тем более должен суметь.

Беллами почти уже жалел, что они с Эхо сказали ему о ребенке. Но как иначе, это же Джон. К тому же, он их единственный почти-врач на Кольце. Шарлатан, который теперь нахально использует их доверие.

— Отстань!

— Не отстану. Ну тебе жалко, что ли?

— Джон, пожалуйста! Я же не умею, — снизил Беллами голос до почти жалобного шепота, испытывая желание то ли вцепиться в стену за спиной, чтобы его не вытолкнули в центр силой, то ли сбежать из столовой, и останавливало только опасение обидеть Мерфи, и еще — Рейвен, с загадочной улыбкой замершая в дверях.