Фандом: Сотня. Внезапно развлечения на Кольце.
Добавить в моё избранное
9 мин, 45 сек 14338
— Я тоже не особо. Но можем вместе попробовать научиться, — вдруг предложил Мерфи. — Да пошли, что мы, хуже девчонок?
Беллами еще раз взглянул на непривычную, соблазнительно покачивающую бедрами Эхо — она вообще здорово изменилась за последний месяц, словно то, что он признал ее с ребенком, дало ей разрешение быть не только воином, но и женщиной в полной мере. Как будто он мог не признать своего малыша. И как будто до этого она не имела права быть такой… женщиной.
Он перевел взгляд на увлеченную Эмори, которая медленно кружилась с Харпер, и вдруг подумал, что а почему бы и нет. Мерфи, видимо, понял, что практически уговорил, чертов манипулятор, и его теплые пальцы вцепились в ладонь Беллами.
— Если рветесь на танцплощадку, сделайте ее побольше, — окликнула их Рейвен. Наверное, на лице Беллами было такое же непонимание, как и у Мерфи, потому что она махнула рукой и пояснила: — Стол отодвиньте к стене!
Пока они двигали мебель, Рейвен прошла к Монти и села рядышком. Беллами надеялся, что, может, они разговорятся и не будут так внимательно смотреть на центр столовой, но это были молчун Монти и не страдавшая особой деликатностью Рейвен, поэтому, конечно, никаких разговоров, кроме приветствий, в углу наблюдателей не завязалось, а вот на «танцплощадку» они оба смотрели с живым интересом.
— Все, место есть, нам хватит, — решительно скомандовал Мерфи и снова схватил Беллами за руку. — Пошли.
— Despacito… — задушевно, почти по слогам, сообщил из динамика все тот же парень, и музыка покатилась дальше.
— Он сказал «помедленнее», — весело перевела Рейвен из своего угла. — Так что не торопитесь.
Беллами не смог бы торопиться, даже если бы захотел, потому что понятия не имел, что ему делать. Краем сознания догадывался, что повторять движения Эмори не стоит, будет нелепо, но что еще можно предпринять… Давно не чувствовал себя таким неуклюжим и неуместным.
— Белл, если не хочешь, не надо. — Мерфи выпустил его руку, но стоял так близко, что слова словно выдыхались прямо на Беллами. — Я же не заставляю. Просто показалось, что будет прикольно…
Джон не злился и не обижался. Он просто просил. Это не испытание и не вопрос жизни и смерти. Джон просил попробовать танцевать. С ним.
Отказывать не хотелось — больше, чем Беллами боялся двинуться с места.
Музыка неторопливо перекатывалась, предлагая просто следовать за ней… куда? Как? Взгляд Беллами упал на пальцы Мерфи — они словно сами по себе отщелкивали такты песни. Джон прикрыл глаза, прислушиваясь, сделал небольшой плавно-грациозный шаг в сторону, потом в другую, поймал ритм, и Беллами осознал, что тот уже танцует — не так, как девушки, и его движения вряд ли можно назвать танцем для публичных выступлений, но это было именно то, чего хотелось и ему самому — просто плыть за музыкой и этим вкрадчивым голосом, каждой клеточкой впитывая их звучание.
Джон сделал скользящий шаг к нему, не прекращая танцевать, и это внезапно взволновало сильнее, чем если бы он просто полез обниматься у всех на глазах.
— Смотри, это просто. Давай!
Беллами опустил голову, чтобы рассмотреть собственные ноги и попробовать повторить движения Джона, и тут почувствовал, как тот уперся своим лбом в его, не останавливаясь, вынуждая следовать за ним — чтобы не сбивать танец:
— Просто слушай музыку. И меня.
— Quiero respirar tu cuello despacito… — текли незнакомые красивые слова. Джон тихонько улыбался, не отстраняясь, и танцевать вдруг стало просто, словно прикосновение к нему передало Беллами и улыбку, и легкость, и способность подчинить свое тело музыке. Что-то сказала Рейвен, что-то ответил Монти, но он их не слушал.
— Despacito… Quiero desnudarte a besos despacito, — уговаривал парень в динамике.
Не переставая улыбаться и не отрываясь ото лба Беллами, Джон развел руки в стороны, словно крылья расправил, и Беллами, как зачарованный, повторил за ним, чувствуя, что и правда готов взлететь.
— Firmo en las paredes de tu laberinto…
Des-pa-cito. Это слово почему-то крутилось в голове, и явно не у него одного. Джон одними губами повторил то же, вдруг выпрямился — Беллами на секунду растерялся, потеряв опору подо лбом, но по инерции продолжал танцевать, — и тут же плавно завел руки ему за плечи, шагнув вплотную. Беллами ничего не оставалось, как положить ладони Джону на пояс, скользнув ими за спину, и притянуть к себе еще ближе, не переставая покачиваться в такт музыке, прижимаясь к этому удивительно гибкому и словно переливающемуся в его объятиях телу, такому теплому, соблазнительному, сильному…
За спиной одобрительно присвистнула Харпер.
— Забей, — мягко сказал Джон ему в щеку. — Тебе нравится?
О, ему нравилось. Так сильно нравилось, что вообще-то хотелось уже схватить этого провокатора, утащить в свою каюту, запереть дверь и не выпускать его оттуда до вечера.
Беллами еще раз взглянул на непривычную, соблазнительно покачивающую бедрами Эхо — она вообще здорово изменилась за последний месяц, словно то, что он признал ее с ребенком, дало ей разрешение быть не только воином, но и женщиной в полной мере. Как будто он мог не признать своего малыша. И как будто до этого она не имела права быть такой… женщиной.
Он перевел взгляд на увлеченную Эмори, которая медленно кружилась с Харпер, и вдруг подумал, что а почему бы и нет. Мерфи, видимо, понял, что практически уговорил, чертов манипулятор, и его теплые пальцы вцепились в ладонь Беллами.
— Если рветесь на танцплощадку, сделайте ее побольше, — окликнула их Рейвен. Наверное, на лице Беллами было такое же непонимание, как и у Мерфи, потому что она махнула рукой и пояснила: — Стол отодвиньте к стене!
Пока они двигали мебель, Рейвен прошла к Монти и села рядышком. Беллами надеялся, что, может, они разговорятся и не будут так внимательно смотреть на центр столовой, но это были молчун Монти и не страдавшая особой деликатностью Рейвен, поэтому, конечно, никаких разговоров, кроме приветствий, в углу наблюдателей не завязалось, а вот на «танцплощадку» они оба смотрели с живым интересом.
— Все, место есть, нам хватит, — решительно скомандовал Мерфи и снова схватил Беллами за руку. — Пошли.
— Despacito… — задушевно, почти по слогам, сообщил из динамика все тот же парень, и музыка покатилась дальше.
— Он сказал «помедленнее», — весело перевела Рейвен из своего угла. — Так что не торопитесь.
Беллами не смог бы торопиться, даже если бы захотел, потому что понятия не имел, что ему делать. Краем сознания догадывался, что повторять движения Эмори не стоит, будет нелепо, но что еще можно предпринять… Давно не чувствовал себя таким неуклюжим и неуместным.
— Белл, если не хочешь, не надо. — Мерфи выпустил его руку, но стоял так близко, что слова словно выдыхались прямо на Беллами. — Я же не заставляю. Просто показалось, что будет прикольно…
Джон не злился и не обижался. Он просто просил. Это не испытание и не вопрос жизни и смерти. Джон просил попробовать танцевать. С ним.
Отказывать не хотелось — больше, чем Беллами боялся двинуться с места.
Музыка неторопливо перекатывалась, предлагая просто следовать за ней… куда? Как? Взгляд Беллами упал на пальцы Мерфи — они словно сами по себе отщелкивали такты песни. Джон прикрыл глаза, прислушиваясь, сделал небольшой плавно-грациозный шаг в сторону, потом в другую, поймал ритм, и Беллами осознал, что тот уже танцует — не так, как девушки, и его движения вряд ли можно назвать танцем для публичных выступлений, но это было именно то, чего хотелось и ему самому — просто плыть за музыкой и этим вкрадчивым голосом, каждой клеточкой впитывая их звучание.
Джон сделал скользящий шаг к нему, не прекращая танцевать, и это внезапно взволновало сильнее, чем если бы он просто полез обниматься у всех на глазах.
— Смотри, это просто. Давай!
Беллами опустил голову, чтобы рассмотреть собственные ноги и попробовать повторить движения Джона, и тут почувствовал, как тот уперся своим лбом в его, не останавливаясь, вынуждая следовать за ним — чтобы не сбивать танец:
— Просто слушай музыку. И меня.
— Quiero respirar tu cuello despacito… — текли незнакомые красивые слова. Джон тихонько улыбался, не отстраняясь, и танцевать вдруг стало просто, словно прикосновение к нему передало Беллами и улыбку, и легкость, и способность подчинить свое тело музыке. Что-то сказала Рейвен, что-то ответил Монти, но он их не слушал.
— Despacito… Quiero desnudarte a besos despacito, — уговаривал парень в динамике.
Не переставая улыбаться и не отрываясь ото лба Беллами, Джон развел руки в стороны, словно крылья расправил, и Беллами, как зачарованный, повторил за ним, чувствуя, что и правда готов взлететь.
— Firmo en las paredes de tu laberinto…
Des-pa-cito. Это слово почему-то крутилось в голове, и явно не у него одного. Джон одними губами повторил то же, вдруг выпрямился — Беллами на секунду растерялся, потеряв опору подо лбом, но по инерции продолжал танцевать, — и тут же плавно завел руки ему за плечи, шагнув вплотную. Беллами ничего не оставалось, как положить ладони Джону на пояс, скользнув ими за спину, и притянуть к себе еще ближе, не переставая покачиваться в такт музыке, прижимаясь к этому удивительно гибкому и словно переливающемуся в его объятиях телу, такому теплому, соблазнительному, сильному…
За спиной одобрительно присвистнула Харпер.
— Забей, — мягко сказал Джон ему в щеку. — Тебе нравится?
О, ему нравилось. Так сильно нравилось, что вообще-то хотелось уже схватить этого провокатора, утащить в свою каюту, запереть дверь и не выпускать его оттуда до вечера.
Страница 2 из 3
