Фандом: Гарри Поттер. Ссориться с родственниками — последнее дело!
Добавить в моё избранное
7 мин, 10 сек 11273
Это разве что ей на такую же нарваться, из священных двадцати восьми. Я вот все думаю — а если она к Андромеде вздумает явиться, чтоб её мужа и дочь прибить… Вот тут ей бы конец и пришел, все же Блэк против Блэка… М-да. Но она к сестре не суётся, видимо, то ли жалеет, то ли брезгует.
— Жалеет?! — фыркнул Рабастан. — Да она её ненавидит! Их обеих. Пожалуй, даже всех троих. Слушай, — он подался вперёд, — а ведь это идея… а ты уверен, что Андромеда выиграет? — спросил он настороженно. — Белла же старше и вообще… с другой стороны, там дочь, да. Нет, серьёзно, — его глаза вспыхнули, — это прекрасная мысль! Как бы её спровоцировать только…
— Не уверен, — сказал Долохов, — совсем не уверен. Да и ребёнок там… полукровка, но все же… Нет, это уж совсем на крайний случай.
— Да она аврор! — возмутился Рабастан. — Ребёнок этот. Говорят, любимица Моуди… могу себе представить.
— Да? — удивился Долохов, — как время-то идет… Так это другое дело. Может, тогда Белле привет передать? От сестры с племянницей? Музыкальный? — он кивнул на гитару Рабастана. — Вот она взбесится…
— А давай! — глаза Рабастана сверкнули. — Только Андромеду надо будет предупредить, — добавил он деловито. — Не дай Мерлин, готова не будет… привет, говоришь? — спросил он, проводя пальцами по струнам. — Сочинить поможешь?
— Да не вопрос! — фыркнул Долохов, подозвав перепуганного хозяина. — Сова есть? Тащи сюда.
— Жареную? — обомлел от заказа хозяин. Репутация Долохова позволяла предположить и не такое.
— Рехнулся? — изумился Долохов, — на кой мне жареная сова? Живую тащи, письмо писать буду!
Рабастан, утирая слёзы от смеха, едва хозяин сломя голову ринулся за требуемой птицей, прокомментировал:
— Жареная сова… хуже — только чайка, наверное. Это же надо иметь такую репутацию…
— Угу, — кивнул Долохов, — репутация — она такая… Половину жизни ты на нее работаешь, другую половину — она на тебя.
Привет сочинили быстро и вдохновенно, взяв за основу ту самую итальянскую песенку с припевом «Уно моменто». В песенке говорилось о чистокровной ведьме, которая так гордилась своим происхождением, что не заметила, как её сестра вышла замуж за грязнокровку и родила от него дочь.
— Ну, — пробормотал Долохов, — если уж она от этого не взбесится… Как привет передадим, по колдорадио или лично?
— Нет уж, — решительно отреагировал Рабастан на последнее слово Долохова. — Лично такие вещи передавать — это ты без меня, пожалуйста. Давай лучше по колдорадио! — возбуждённо предложил он. — Как только? Я же… мы же, — поправился он, — не Селестина Уорлок и не «Вещие сестрички»…
— А оборотка на что? — насмешливо спросил Долохов, — сейчас все будет! Только ты эльфов попроси колдорадио включить, — деловито скомандовал он, — а то не услышит же.
— Главное — чтоб Андромеда тоже включила, — заботливо сказал Рабастан, потирая руки. — И… Мордред, я хочу это видеть! Лицо Беллы, когда она ЭТО услышит!
«Бренчу на гитаре, значит, — мстительно припомнил он невестке её последние слова. — И ты даже не представляешь, с каким удовольствием!»
Андромеда, получив очень странное письмо, где её убедительно просили включить колдорадио, а потом приготовиться к визиту старшей сестры, совету последовала — и после первого куплета подняла вокруг дома целую сеть защитных чар, радуясь, что Тэд в клинике, а дочь в Аврорате.
Беллатрикс же Лестрейндж, едва, наконец, задремавшая, была разбужена отвратительно громкими звуками и так ненавистного ей колдорадио. Проклятое маггловское изобретение, которое какие-то идиоты притащили в их мир! Но едва она открыла рот, чтобы высказать всё, что думает по поводу тех, кто позволил себе воспользоваться этой дрянью в её присутствии — и ни мгновенья не сомневаясь в том, кто этот «кто-то», как зазвучали первые слова песни.
И всё остальное временно потеряло своё значение.
Адрес Андромеды у Беллы уже был, и она, вне себя от ярости, аппарировала по координатам. Мерзкий полумаггловский домишка был укрыт защитными чарами, но Белла снесла первую линию защиты на одном дыхании. А затем, заливисто хохоча, выпустила в небо Тёмную метку.
Сигнал в Аврорате прозвучал тотчас же.
— Мама! — Тонкс рванулась вперед, но Моуди её удержал:
— Куда? Идем все вместе!
… — Н-да, — озадаченно проговорил Рабастан, читая передовицу утреннего «Пророка», повествующую об аресте «одной из самых страшных приспешниц Тёмного Лорда», совершённом этой ночью силами доблестного аврората. — Нет — так, в принципе, тоже неплохо… но ты ошибся, — сказал он завтракавшему вместе с ним Долохову. — Никто, как раз-таки, и не умер. Странно даже.
— Ну и Мордред с ними, — махнул рукой Долохов, — зато хоть отдохнем, — и он, ухмыляясь, замурлыкал:
— Уно, уно, уно моменто…
— Жалеет?! — фыркнул Рабастан. — Да она её ненавидит! Их обеих. Пожалуй, даже всех троих. Слушай, — он подался вперёд, — а ведь это идея… а ты уверен, что Андромеда выиграет? — спросил он настороженно. — Белла же старше и вообще… с другой стороны, там дочь, да. Нет, серьёзно, — его глаза вспыхнули, — это прекрасная мысль! Как бы её спровоцировать только…
— Не уверен, — сказал Долохов, — совсем не уверен. Да и ребёнок там… полукровка, но все же… Нет, это уж совсем на крайний случай.
— Да она аврор! — возмутился Рабастан. — Ребёнок этот. Говорят, любимица Моуди… могу себе представить.
— Да? — удивился Долохов, — как время-то идет… Так это другое дело. Может, тогда Белле привет передать? От сестры с племянницей? Музыкальный? — он кивнул на гитару Рабастана. — Вот она взбесится…
— А давай! — глаза Рабастана сверкнули. — Только Андромеду надо будет предупредить, — добавил он деловито. — Не дай Мерлин, готова не будет… привет, говоришь? — спросил он, проводя пальцами по струнам. — Сочинить поможешь?
— Да не вопрос! — фыркнул Долохов, подозвав перепуганного хозяина. — Сова есть? Тащи сюда.
— Жареную? — обомлел от заказа хозяин. Репутация Долохова позволяла предположить и не такое.
— Рехнулся? — изумился Долохов, — на кой мне жареная сова? Живую тащи, письмо писать буду!
Рабастан, утирая слёзы от смеха, едва хозяин сломя голову ринулся за требуемой птицей, прокомментировал:
— Жареная сова… хуже — только чайка, наверное. Это же надо иметь такую репутацию…
— Угу, — кивнул Долохов, — репутация — она такая… Половину жизни ты на нее работаешь, другую половину — она на тебя.
Привет сочинили быстро и вдохновенно, взяв за основу ту самую итальянскую песенку с припевом «Уно моменто». В песенке говорилось о чистокровной ведьме, которая так гордилась своим происхождением, что не заметила, как её сестра вышла замуж за грязнокровку и родила от него дочь.
— Ну, — пробормотал Долохов, — если уж она от этого не взбесится… Как привет передадим, по колдорадио или лично?
— Нет уж, — решительно отреагировал Рабастан на последнее слово Долохова. — Лично такие вещи передавать — это ты без меня, пожалуйста. Давай лучше по колдорадио! — возбуждённо предложил он. — Как только? Я же… мы же, — поправился он, — не Селестина Уорлок и не «Вещие сестрички»…
— А оборотка на что? — насмешливо спросил Долохов, — сейчас все будет! Только ты эльфов попроси колдорадио включить, — деловито скомандовал он, — а то не услышит же.
— Главное — чтоб Андромеда тоже включила, — заботливо сказал Рабастан, потирая руки. — И… Мордред, я хочу это видеть! Лицо Беллы, когда она ЭТО услышит!
«Бренчу на гитаре, значит, — мстительно припомнил он невестке её последние слова. — И ты даже не представляешь, с каким удовольствием!»
Андромеда, получив очень странное письмо, где её убедительно просили включить колдорадио, а потом приготовиться к визиту старшей сестры, совету последовала — и после первого куплета подняла вокруг дома целую сеть защитных чар, радуясь, что Тэд в клинике, а дочь в Аврорате.
Беллатрикс же Лестрейндж, едва, наконец, задремавшая, была разбужена отвратительно громкими звуками и так ненавистного ей колдорадио. Проклятое маггловское изобретение, которое какие-то идиоты притащили в их мир! Но едва она открыла рот, чтобы высказать всё, что думает по поводу тех, кто позволил себе воспользоваться этой дрянью в её присутствии — и ни мгновенья не сомневаясь в том, кто этот «кто-то», как зазвучали первые слова песни.
И всё остальное временно потеряло своё значение.
Адрес Андромеды у Беллы уже был, и она, вне себя от ярости, аппарировала по координатам. Мерзкий полумаггловский домишка был укрыт защитными чарами, но Белла снесла первую линию защиты на одном дыхании. А затем, заливисто хохоча, выпустила в небо Тёмную метку.
Сигнал в Аврорате прозвучал тотчас же.
— Мама! — Тонкс рванулась вперед, но Моуди её удержал:
— Куда? Идем все вместе!
… — Н-да, — озадаченно проговорил Рабастан, читая передовицу утреннего «Пророка», повествующую об аресте «одной из самых страшных приспешниц Тёмного Лорда», совершённом этой ночью силами доблестного аврората. — Нет — так, в принципе, тоже неплохо… но ты ошибся, — сказал он завтракавшему вместе с ним Долохову. — Никто, как раз-таки, и не умер. Странно даже.
— Ну и Мордред с ними, — махнул рукой Долохов, — зато хоть отдохнем, — и он, ухмыляясь, замурлыкал:
— Уно, уно, уно моменто…
Страница 2 из 2
