Фандом: Гарри Поттер, Свободное падение. После того, как Драко Малфой появляется в академии Аврората и Рона приставляют к нему в качестве напарника, жизнь круто меняется. И, кажется, не в лучшую сторону.
Добавить в моё избранное
89 мин, 40 сек 2437
Рон на мгновение задался вопросом, почему же он раньше не пытался выбраться в люди сам, но тут же отринул эту мысль: не время для сожалений. Он не мог изменить того, что уже было сделано, у него не было никаких срочных дел, а значит, оставалось только жить — прямо здесь и сейчас.
Кто-то пристроился сзади — Рон почувствовал чужое тепло. В душе не поднялась волна паники, как это бывало в таких случаях на тренировках или только что, со здоровяком у барной стойки, и он просто продолжил двигаться. Потом всё же обернулся, оказываясь лицом к лицу с рыжеволосым парнем. Тот подмигнул ему и вильнул бедрами. Короткая стрижка, синие джинсы и простая чёрная футболка выгодно отличали его от толпы парней вокруг, выглядевших порой весьма экзотично. Единственное, что придавало некоторую незаурядность — тускло мерцающая в правом ухе маленькая серёжка-гвоздик. Но хотя бы никаких малиновых волос или блестящих клетчатых лосин в облипку.
Рон улыбнулся уголками губ, не поощряя, но и не отталкивая. В ушах гремела музыка, и ему внезапно показалось, что он наблюдает за собой со стороны, словно был не в своем теле, а может, только-только осознал, что находится в этой телесной оболочке, а до этого и не подозревал, что такое бывает.
Ощущение было странным, но не неприятным.
Он сделал шаг ближе и попытался подстроиться под движения незнакомца. Тот приободрился: тоже приблизился и даже шевельнул рукой, как будто собирался дотронуться до Рона, но в последний миг отказался от этой мысли. Запретив себе думать, Рон хмыкнул и коснулся парня сам, просто задел предплечье, проследил за реакцией и, когда её не последовало, развернулся спиной и шагнул ещё ближе. Чужие руки скользнули по талии, погладили бёдра и задержались на этом уровне, и они оба принялись синхронно покачиваться. Рон подавил желание откинуть голову назад — может, это и было бы здорово, но казалось гораздо более интимным, он не любил, когда незнакомцы касались его шеи.
Он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Партнёр по их странному танцу вжимался пахом ему в ягодицы, и это напрягало и интересовало одновременно. Если чуть-чуть податься назад… Рону в голову даже никогда не приходило, что он ни с того ни с сего задастся вопросом — а каково это, снизу? Даже с Драко, которому он доверял, и даже… а больше и не с кем было.
Он тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли, и взгляд вдруг зацепился за копну очень светлых волос в толпе. Не так уж мало в Лондоне таких белобрысых, и это было просто совпадением, но он вдруг застыл, возвращаясь к реальности. Сложись всё по-другому, и ноги бы его здесь, тем более, в таком положении, не было, но теперь…
А вдруг?
Стараясь унять невесть откуда взявшееся волнение, Рон беспокойно завертелся. Снова вслушался в музыку, как в спасительное забытье, но одна песня как раз закончилась, началась другая, и ощущение закономерности происходящего резко пропало.
Рон крутанулся в руках у незнакомца, уставился ему в лицо — у того на щеках тоже мелькала россыпь веснушек; он поднял брови, так что они почти слились с волосами, и Рон вдруг подумал, что практически смотрится в зеркало. Черты лица у парня были совсем другими, но самый главный признак — ярко-рыжие волосы — казался настолько «своим», что ему стало неловко. Он предпочитал совсем другой тип. До этого ему и в голову не приходило, что у него вообще могут быть предпочтения в этом плане.
Рон моргнул. Чушь какая-то! О чем он вообще думает? Какая разница, что этот потенциальный… что этот напарник по танцам тоже рыжий? Он не ждал увидеть на его месте никого конкретного (ждал, ждал) и… не должен был удивляться.
Все внутри буквально вопило, что что-то не так. Рон вдруг отчётливо ощутил на себе чужой внимательный взгляд со стороны и повернул голову, сосредоточенно всматриваясь в беснующуюся толпу. Жёсткие пальцы настойчиво потеребили его за плечо, Рон вздрогнул, осознавая, что перестал танцевать. Наткнулся на недоуменно-вопросительный взгляд рыжего. Тот, едва встретившись с ним глазами, потянулся вперед — Рон резко отшатнулся и выдавил виноватую улыбку. Не настолько ему не хватало человеческого тепла, чтобы целоваться с первым встречным.
Осознать он это успел, но слишком поздно, тело отреагировало раньше — он схватил рыжего за руку и потянул в сторону, прочь из центра, где они неведомо как оказались, и сам не знал, куда идёт. Он постоянно натыкался на танцующих, неловко тащил парня на буксире, иногда довольно грубо дергая бедолагу, и все было не так, как нужно. Перед глазами снова мелькнула белобрысая шевелюра — где-то в отдалении, а затем ближе, ближе, но Рон так и не видел лица её обладателя. Наваждение?
Он остановился.
Выпустил руку рыжего, повернулся (никакого зеркала!) и уверенно произнес:
— Извини, может, в другой раз, — и пошёл прочь, даже не взглянув на него и нисколько не чувствуя угрызений совести. Ему нужно было проверить кое-что… убедиться…
Кто-то пристроился сзади — Рон почувствовал чужое тепло. В душе не поднялась волна паники, как это бывало в таких случаях на тренировках или только что, со здоровяком у барной стойки, и он просто продолжил двигаться. Потом всё же обернулся, оказываясь лицом к лицу с рыжеволосым парнем. Тот подмигнул ему и вильнул бедрами. Короткая стрижка, синие джинсы и простая чёрная футболка выгодно отличали его от толпы парней вокруг, выглядевших порой весьма экзотично. Единственное, что придавало некоторую незаурядность — тускло мерцающая в правом ухе маленькая серёжка-гвоздик. Но хотя бы никаких малиновых волос или блестящих клетчатых лосин в облипку.
Рон улыбнулся уголками губ, не поощряя, но и не отталкивая. В ушах гремела музыка, и ему внезапно показалось, что он наблюдает за собой со стороны, словно был не в своем теле, а может, только-только осознал, что находится в этой телесной оболочке, а до этого и не подозревал, что такое бывает.
Ощущение было странным, но не неприятным.
Он сделал шаг ближе и попытался подстроиться под движения незнакомца. Тот приободрился: тоже приблизился и даже шевельнул рукой, как будто собирался дотронуться до Рона, но в последний миг отказался от этой мысли. Запретив себе думать, Рон хмыкнул и коснулся парня сам, просто задел предплечье, проследил за реакцией и, когда её не последовало, развернулся спиной и шагнул ещё ближе. Чужие руки скользнули по талии, погладили бёдра и задержались на этом уровне, и они оба принялись синхронно покачиваться. Рон подавил желание откинуть голову назад — может, это и было бы здорово, но казалось гораздо более интимным, он не любил, когда незнакомцы касались его шеи.
Он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Партнёр по их странному танцу вжимался пахом ему в ягодицы, и это напрягало и интересовало одновременно. Если чуть-чуть податься назад… Рону в голову даже никогда не приходило, что он ни с того ни с сего задастся вопросом — а каково это, снизу? Даже с Драко, которому он доверял, и даже… а больше и не с кем было.
Он тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли, и взгляд вдруг зацепился за копну очень светлых волос в толпе. Не так уж мало в Лондоне таких белобрысых, и это было просто совпадением, но он вдруг застыл, возвращаясь к реальности. Сложись всё по-другому, и ноги бы его здесь, тем более, в таком положении, не было, но теперь…
А вдруг?
Стараясь унять невесть откуда взявшееся волнение, Рон беспокойно завертелся. Снова вслушался в музыку, как в спасительное забытье, но одна песня как раз закончилась, началась другая, и ощущение закономерности происходящего резко пропало.
Рон крутанулся в руках у незнакомца, уставился ему в лицо — у того на щеках тоже мелькала россыпь веснушек; он поднял брови, так что они почти слились с волосами, и Рон вдруг подумал, что практически смотрится в зеркало. Черты лица у парня были совсем другими, но самый главный признак — ярко-рыжие волосы — казался настолько «своим», что ему стало неловко. Он предпочитал совсем другой тип. До этого ему и в голову не приходило, что у него вообще могут быть предпочтения в этом плане.
Рон моргнул. Чушь какая-то! О чем он вообще думает? Какая разница, что этот потенциальный… что этот напарник по танцам тоже рыжий? Он не ждал увидеть на его месте никого конкретного (ждал, ждал) и… не должен был удивляться.
Все внутри буквально вопило, что что-то не так. Рон вдруг отчётливо ощутил на себе чужой внимательный взгляд со стороны и повернул голову, сосредоточенно всматриваясь в беснующуюся толпу. Жёсткие пальцы настойчиво потеребили его за плечо, Рон вздрогнул, осознавая, что перестал танцевать. Наткнулся на недоуменно-вопросительный взгляд рыжего. Тот, едва встретившись с ним глазами, потянулся вперед — Рон резко отшатнулся и выдавил виноватую улыбку. Не настолько ему не хватало человеческого тепла, чтобы целоваться с первым встречным.
Осознать он это успел, но слишком поздно, тело отреагировало раньше — он схватил рыжего за руку и потянул в сторону, прочь из центра, где они неведомо как оказались, и сам не знал, куда идёт. Он постоянно натыкался на танцующих, неловко тащил парня на буксире, иногда довольно грубо дергая бедолагу, и все было не так, как нужно. Перед глазами снова мелькнула белобрысая шевелюра — где-то в отдалении, а затем ближе, ближе, но Рон так и не видел лица её обладателя. Наваждение?
Он остановился.
Выпустил руку рыжего, повернулся (никакого зеркала!) и уверенно произнес:
— Извини, может, в другой раз, — и пошёл прочь, даже не взглянув на него и нисколько не чувствуя угрызений совести. Ему нужно было проверить кое-что… убедиться…
Страница 24 из 25
