Фандом: Ориджиналы. Затерянный в космосе корабль обнаруживает планету, претендующую на звание колыбели жизни. В попытках осмыслить сенсационную находку бортовой физик находит ответ на вопрос, был ли библейский рай, и если был — куда девался. Но пока он размышляет о вечном, другие, особо не заморачиваясь, становятся на путь разрушения и гибели.
Добавить в моё избранное
14 мин, 5 сек 3739
И обретите вечную жизнь.
Он читал, а наши спутники с каждым словом подбирались ближе и приоткрывали рты. Я заметил, что мой тоже открыт, и захлопнул его, неприятно клацнув зубами.
— Бог… а что есть Бог? — Рассел уцепился за сатанинский призыв, как утопающий за соломинку.
— Это, — вымолвил Дэз странноватым тоном, глядя на сморщенный мозг. — А давайте?
— Нет! Это приманка. Приманка! Не смейте трогать его! — Ангел загородил собой оба кресла, но был легко сметен плечистым механиком и не менее плечистым капитаном нашего корабля. Я беспомощно взялся за высохшую руку Адама. Хотелось молиться… молиться Ему. Тому, кого уже через секунду не стало. Я зажмурился, сказав себе, что это не может быть правдой. Когда-то пульсар был горячей белой или голубой звездой, а планетоид — цветущим садом, что не сильно изменился за миллиарды лет, превратившись в непроходимые джунгли. Но сам Бог — могучий и вездесущий вселенский Разум, а не сморщенный комочек серого вещества на подставочке! Ведь не может же быть, что Он такой… старый и беззащитный! Ведь я же прав? Прав?!
Я повторил себе это дважды. А капли светящегося сока брызнули из мозга в руке у Рассела. Затем вытекло ещё что-то, белое и ослепительное, а после вспышки вся пещера… нет, не обрушилась. А куда-то начала «съезжать».
Ксавьер закричал, остальные… я их просто не замечал. Квадратными глазами понаблюдал за улетающим сводом пещеры, а потом не выдержал и выскочил наружу. Застыл, щурясь, закрываясь от порывов сметающего ветра и не веря… не веря.
Нейтронная звезда исчезла с неба планетоида, всё погрузилось во тьму. Я почувствовал жуткое удушение и сообразил, что атмосфера сорвалась первым делом и улетает в пространство вместе с деревьями и всем обитавшим тут.
Это был апокалипсис. Но и кое-что ещё.
Почему остался неподвижен я, когда все остальное завертелось в гигантском вихре — не знаю. Возможно, потому что стал свидетелем гибели Бога? Возможно, потому что призвал на свою голову проклятье, выполнив волю Сатаны. Я поник… а мои плечи привычно забрали в объятья.
— Что происходит, Хэлл? — Ангел не боялся. Он же знал. Просто хотел услышать от меня.
— Мортиис сколлапсировала в… в… — я вздохнул, заломив руки, — в настоящую звезду смерти. Чёрную…
— Чёрную дыру, — закончил он спокойно. Вокруг нас сгрудились остальные участники горе-экспедиции, с рук Рассела ещё капала светящаяся жидкость. Демон проявил внезапные чувства и бросился на него с кулаками. Бедный мальчик… зачем же. Есть наказание пожёстче тумаков. Жаль только, что оно ждёт теперь всех нас.
— Убейте меня, — ясным голосом попросил Ксавьер. — Ты или ты… — он переводил взгляд с одного близнеца-киллера на другого. — Ядом или пулей, мне всё равно. Убейте, пожалуйста.
У меня в момент спёрло дыхание, а сердце чуть не остановилось. Кси просит о таком… и никто ведь не сумеет ему отказать. Я сам, я ведь…
Ангел заткнул мне уши, а Демон выстрелил. Потом вопросительно помахал пистолетом, но я покачал головой, еле придя в себя. Не хочу, не надо. Пусть всё будет по справедливости. Ксавьер был самым нежным и хрупким существом из всех, кого я знал. Я бы попросил избавить от мучений еще и Ману, но гордый космобиолог тоже отказался от выстрела.
А Рассел всё ещё не понимал, что натворил. Стоял, потеряв дар речи, над свежим трупом.
Кажется, я плачу. А может, мне не кажется.
— Объясните этой падали… — я коротко всхлипнул и разрыдался в руках у Энджи.
— Горизонт событий, — подсказал капитану Демон с леденящим спокойствием. — Вечное падение в никуда. Ад ждет Вас, сэр. Ждет и предвкушает Вашу бесконечную агонию.
Я не видел драку, уткнувшись в Ангела, даже слышал плохо, уши заложило. Рассел отчаянно пытался отнять у киллера пистолет, чтобы покончить с собой, но кто ему позволил бы? Бедняга Дэз молча повалился кульком на землю и прикрыл голову руками. В его раскаянии я не сомневаюсь. Но сейчас мне никого уже не жаль.
— Разверни меня к мраку. Пожалуйста, — шепотом попросил я Ангела, и он беспрекословно исполнил мою просьбу. Последнюю просьбу.
С планетоида сорвало всю оболочку до последнего лоскутка чернозема, нас подхватило с этим веществом в небо, за пределы неба, далеко и быстро, и еще быстрее… в кривое мнимое ничто.
— Горизонт событий… Мортиис. Бог умер, мы убили его. Чудовища пришли в рай и убили его… — атмосфера давно пропала в центре черной дыры, голосовые связки замерли, и звук умер, разбившись о стенки вечного молчания. Я просто постарался запомнить тепло рук, все еще лежащих на моих плечах. Я сплю… я так хотел. И больше не проснусь.
Я знаю, что я уже исчез.
Но для стороннего наблюдателя мы навсегда застыли у края гравитационного провала.
Он читал, а наши спутники с каждым словом подбирались ближе и приоткрывали рты. Я заметил, что мой тоже открыт, и захлопнул его, неприятно клацнув зубами.
— Бог… а что есть Бог? — Рассел уцепился за сатанинский призыв, как утопающий за соломинку.
— Это, — вымолвил Дэз странноватым тоном, глядя на сморщенный мозг. — А давайте?
— Нет! Это приманка. Приманка! Не смейте трогать его! — Ангел загородил собой оба кресла, но был легко сметен плечистым механиком и не менее плечистым капитаном нашего корабля. Я беспомощно взялся за высохшую руку Адама. Хотелось молиться… молиться Ему. Тому, кого уже через секунду не стало. Я зажмурился, сказав себе, что это не может быть правдой. Когда-то пульсар был горячей белой или голубой звездой, а планетоид — цветущим садом, что не сильно изменился за миллиарды лет, превратившись в непроходимые джунгли. Но сам Бог — могучий и вездесущий вселенский Разум, а не сморщенный комочек серого вещества на подставочке! Ведь не может же быть, что Он такой… старый и беззащитный! Ведь я же прав? Прав?!
Я повторил себе это дважды. А капли светящегося сока брызнули из мозга в руке у Рассела. Затем вытекло ещё что-то, белое и ослепительное, а после вспышки вся пещера… нет, не обрушилась. А куда-то начала «съезжать».
Ксавьер закричал, остальные… я их просто не замечал. Квадратными глазами понаблюдал за улетающим сводом пещеры, а потом не выдержал и выскочил наружу. Застыл, щурясь, закрываясь от порывов сметающего ветра и не веря… не веря.
Нейтронная звезда исчезла с неба планетоида, всё погрузилось во тьму. Я почувствовал жуткое удушение и сообразил, что атмосфера сорвалась первым делом и улетает в пространство вместе с деревьями и всем обитавшим тут.
Это был апокалипсис. Но и кое-что ещё.
Почему остался неподвижен я, когда все остальное завертелось в гигантском вихре — не знаю. Возможно, потому что стал свидетелем гибели Бога? Возможно, потому что призвал на свою голову проклятье, выполнив волю Сатаны. Я поник… а мои плечи привычно забрали в объятья.
— Что происходит, Хэлл? — Ангел не боялся. Он же знал. Просто хотел услышать от меня.
— Мортиис сколлапсировала в… в… — я вздохнул, заломив руки, — в настоящую звезду смерти. Чёрную…
— Чёрную дыру, — закончил он спокойно. Вокруг нас сгрудились остальные участники горе-экспедиции, с рук Рассела ещё капала светящаяся жидкость. Демон проявил внезапные чувства и бросился на него с кулаками. Бедный мальчик… зачем же. Есть наказание пожёстче тумаков. Жаль только, что оно ждёт теперь всех нас.
— Убейте меня, — ясным голосом попросил Ксавьер. — Ты или ты… — он переводил взгляд с одного близнеца-киллера на другого. — Ядом или пулей, мне всё равно. Убейте, пожалуйста.
У меня в момент спёрло дыхание, а сердце чуть не остановилось. Кси просит о таком… и никто ведь не сумеет ему отказать. Я сам, я ведь…
Ангел заткнул мне уши, а Демон выстрелил. Потом вопросительно помахал пистолетом, но я покачал головой, еле придя в себя. Не хочу, не надо. Пусть всё будет по справедливости. Ксавьер был самым нежным и хрупким существом из всех, кого я знал. Я бы попросил избавить от мучений еще и Ману, но гордый космобиолог тоже отказался от выстрела.
А Рассел всё ещё не понимал, что натворил. Стоял, потеряв дар речи, над свежим трупом.
Кажется, я плачу. А может, мне не кажется.
— Объясните этой падали… — я коротко всхлипнул и разрыдался в руках у Энджи.
— Горизонт событий, — подсказал капитану Демон с леденящим спокойствием. — Вечное падение в никуда. Ад ждет Вас, сэр. Ждет и предвкушает Вашу бесконечную агонию.
Я не видел драку, уткнувшись в Ангела, даже слышал плохо, уши заложило. Рассел отчаянно пытался отнять у киллера пистолет, чтобы покончить с собой, но кто ему позволил бы? Бедняга Дэз молча повалился кульком на землю и прикрыл голову руками. В его раскаянии я не сомневаюсь. Но сейчас мне никого уже не жаль.
— Разверни меня к мраку. Пожалуйста, — шепотом попросил я Ангела, и он беспрекословно исполнил мою просьбу. Последнюю просьбу.
С планетоида сорвало всю оболочку до последнего лоскутка чернозема, нас подхватило с этим веществом в небо, за пределы неба, далеко и быстро, и еще быстрее… в кривое мнимое ничто.
— Горизонт событий… Мортиис. Бог умер, мы убили его. Чудовища пришли в рай и убили его… — атмосфера давно пропала в центре черной дыры, голосовые связки замерли, и звук умер, разбившись о стенки вечного молчания. Я просто постарался запомнить тепло рук, все еще лежащих на моих плечах. Я сплю… я так хотел. И больше не проснусь.
Я знаю, что я уже исчез.
Но для стороннего наблюдателя мы навсегда застыли у края гравитационного провала.
Страница 4 из 4
