Фандом: Гарри Поттер. Лили Эванс попадает под Ступефай при исполнении обязанностей старосты и проваливается непонятно куда сквозь гобелен на стене коридора. Профессор ЗОТИ отправляется искать ее — и тоже пропадает. Разумеется, ни Мародеры, ни Снейп не собираются оставлять дело на самотек.
Добавить в моё избранное
127 мин, 20 сек 19975
Я не хочу опаздывать на контрольную.
Сириус кивнул. На контрольную ему было плевать, но времени, убитого на три штрафных эссе по три фута каждое, опоздание не стоило.
Портреты довели их до третьего этажа. Дальше, между лестницей и классом латыни, следы терялись.
Они прошли коридором, не заметили ничего особенного.
Вернулись назад, к лестнице.
И только вновь направившись к кабинету латыни, увидели поворот в узкий коридор. Портретов в нем не было, только гобелены и рисунки плюща и чертополоха на стенах.
— Это мы где? — огляделся Джеймс.
Сириус задумался и прикинул.
— Под Нумерологией, — сказал он. — Я этого прохода никогда не видел, странно, а?
— Мы, наверное, не знаем и половины замка, — ответил Луни.
— Это точно. Вот бы отрыть древнюю карту! — Сириус вздохнул. — Столько ходов стоят закрытые и неисследованные! Ждут нас, а мы их никак не найдем!
Сохатый хмыкнул. Кивнул. Ремус вдруг замер.
— Разговаривают, — сказал он одними губами и указал вперед. Туда, где коридор загибался. Сириус прислушался. Кто-то действительно негромко бормотал. На латыни. Заклинания.
Сириус переглянулся с Джеймсом и Ремусом, и они тихо-тихо двинулись вперед.
За углом директор, сложившись руной Лагуз, нюхал цветок на гобелене. Сопливус — руки в карманы, за патлами лица не видно — подпирал противоположную стену.
— Это не ловушка, а запертая дверь, мальчик мой, — сказал директор, распрямляясь. — Полагаю, ее можно открыть вновь, если отыскать ключ.
— Я же рассказал, — проныл Сопливус. — Ступефай. И почти Обливиэйт. И она спиной…
— Подобные двери часто открываются для находящихся в смертельной опасности. Мисс Эванс испугалась достаточно для помощи замка, я полагаю. Самое странное не в этом…
Что директор считал странным, Сириус не услышал. Джеймс без предупреждения рванул вперед, Луни едва успел ухватить его за плечо. Сириус прыгнул следом, схватил Сохатого за руку, и они едва успели его затормозить на полпути к Сопливусу. Сириус никогда не был против врезать Сопливусу, тем более за дело, но не перед директором же!
— Ты что сделал с Лили? Где она?!
Сопливус отпрянул, скукожился. Глянул на Джеймса из-под патл. Сириус ожидал нытья, но Сопливус облизнул губы, погано усмехнулся и выдал:
— А тебе какое дело, Потти? Что хотел, то и сделал. Теперь не найдешь!
— Снейп, ты рехнулся? — Ошарашенный Сириус едва не упустил Сохатого. Тот рвался из захвата, тащил из-за пояса палочку, и без Ремуса Сириус бы его не удержал.
— Ну давай, Потти, — Сопливус отлепился от стены, передвинулся к гобелену. — Боишься, что ли? Сил не хватает?
— Да ты!
— Хватит, — обронил Альбус Дамблдор.
Они замерли. Джеймс тяжело дышал. Сириус сжал его руку покрепче. Сопливус сморщился, открыл рот.
— И вы в особенности, мистер Снейп. Дверь не появится для вас, ведь вы не считаете, что находитесь в реальной опасности, не так ли?
Сопливус опустил голову.
Эксперимент проводил, значит, гадина. На Джеймсе. Ну, не огорчайся, Сопливчик, вот уйдет директор, и повторим. И дверку откроем. И Эванс выручим. Перепугаешься — точно как требуется.
— Мисс Эванс, господа, попала в одну из невидимых комнат замка, — продолжил директор, обводя их очень доброжелательным и понимающим взглядом. Настолько понимающим, что Сириус поежился и на всякий случай отчетливо подумал: «Не буду я им дверь открывать, не буду, пусть живет». — Мистер Снейп оказался свидетелем и поступил совершенно правильно, рассказав мне о происшествии.
Сириус поднял бровь. Он поэтому, что ли, котел взорвал? Другого способа не нашел к директору попасть?! Слизни — все с придурью. Зачем усложнять простые вещи?
— Свидетелем? — переспросил Джеймс недоверчиво. — Может, он сам!
— Свидетелем.
Директор улыбался, но голос его спора не предполагал. Сохатый спорить и не стал, только покосился на Сопливуса. Сириус с ним согласился: не походил тот на простого свидетеля. Наверняка помог. Мошеннику помог, что бы еще Лили здесь делала, как не следила за мошенником. Снейп ее заманил — а потом испугался и побежал к директору. Так, чтобы мошенник придраться не смог. Вот же трус!
— Беспокоиться нет причины, — сказал директор. — Скрытая комната не причинит мисс Эванс вреда, такие комнаты строились для защиты учеников. У каждой, однако, свой ключ, и мисс Эванс, возможно, не сможет отыскать его сама. Поэтому профессор Уайт немедленно займется дверью и выведет мисс Эванс. И завтра к завтраку она присоединится к вам.
Джеймс кивнул. Ремус поблагодарил директора за объяснения. Сириус же смотрел на гобелен. Гобелен для Бродяги пах тухлой рыбой. Большой, то есть, неправильностью. К тому же Дамблдор сказал: «волноваться нет причины». По опыту Сириуса, после подобных слов волноваться следовало как раз начинать.
Сириус кивнул. На контрольную ему было плевать, но времени, убитого на три штрафных эссе по три фута каждое, опоздание не стоило.
Портреты довели их до третьего этажа. Дальше, между лестницей и классом латыни, следы терялись.
Они прошли коридором, не заметили ничего особенного.
Вернулись назад, к лестнице.
И только вновь направившись к кабинету латыни, увидели поворот в узкий коридор. Портретов в нем не было, только гобелены и рисунки плюща и чертополоха на стенах.
— Это мы где? — огляделся Джеймс.
Сириус задумался и прикинул.
— Под Нумерологией, — сказал он. — Я этого прохода никогда не видел, странно, а?
— Мы, наверное, не знаем и половины замка, — ответил Луни.
— Это точно. Вот бы отрыть древнюю карту! — Сириус вздохнул. — Столько ходов стоят закрытые и неисследованные! Ждут нас, а мы их никак не найдем!
Сохатый хмыкнул. Кивнул. Ремус вдруг замер.
— Разговаривают, — сказал он одними губами и указал вперед. Туда, где коридор загибался. Сириус прислушался. Кто-то действительно негромко бормотал. На латыни. Заклинания.
Сириус переглянулся с Джеймсом и Ремусом, и они тихо-тихо двинулись вперед.
За углом директор, сложившись руной Лагуз, нюхал цветок на гобелене. Сопливус — руки в карманы, за патлами лица не видно — подпирал противоположную стену.
— Это не ловушка, а запертая дверь, мальчик мой, — сказал директор, распрямляясь. — Полагаю, ее можно открыть вновь, если отыскать ключ.
— Я же рассказал, — проныл Сопливус. — Ступефай. И почти Обливиэйт. И она спиной…
— Подобные двери часто открываются для находящихся в смертельной опасности. Мисс Эванс испугалась достаточно для помощи замка, я полагаю. Самое странное не в этом…
Что директор считал странным, Сириус не услышал. Джеймс без предупреждения рванул вперед, Луни едва успел ухватить его за плечо. Сириус прыгнул следом, схватил Сохатого за руку, и они едва успели его затормозить на полпути к Сопливусу. Сириус никогда не был против врезать Сопливусу, тем более за дело, но не перед директором же!
— Ты что сделал с Лили? Где она?!
Сопливус отпрянул, скукожился. Глянул на Джеймса из-под патл. Сириус ожидал нытья, но Сопливус облизнул губы, погано усмехнулся и выдал:
— А тебе какое дело, Потти? Что хотел, то и сделал. Теперь не найдешь!
— Снейп, ты рехнулся? — Ошарашенный Сириус едва не упустил Сохатого. Тот рвался из захвата, тащил из-за пояса палочку, и без Ремуса Сириус бы его не удержал.
— Ну давай, Потти, — Сопливус отлепился от стены, передвинулся к гобелену. — Боишься, что ли? Сил не хватает?
— Да ты!
— Хватит, — обронил Альбус Дамблдор.
Они замерли. Джеймс тяжело дышал. Сириус сжал его руку покрепче. Сопливус сморщился, открыл рот.
— И вы в особенности, мистер Снейп. Дверь не появится для вас, ведь вы не считаете, что находитесь в реальной опасности, не так ли?
Сопливус опустил голову.
Эксперимент проводил, значит, гадина. На Джеймсе. Ну, не огорчайся, Сопливчик, вот уйдет директор, и повторим. И дверку откроем. И Эванс выручим. Перепугаешься — точно как требуется.
— Мисс Эванс, господа, попала в одну из невидимых комнат замка, — продолжил директор, обводя их очень доброжелательным и понимающим взглядом. Настолько понимающим, что Сириус поежился и на всякий случай отчетливо подумал: «Не буду я им дверь открывать, не буду, пусть живет». — Мистер Снейп оказался свидетелем и поступил совершенно правильно, рассказав мне о происшествии.
Сириус поднял бровь. Он поэтому, что ли, котел взорвал? Другого способа не нашел к директору попасть?! Слизни — все с придурью. Зачем усложнять простые вещи?
— Свидетелем? — переспросил Джеймс недоверчиво. — Может, он сам!
— Свидетелем.
Директор улыбался, но голос его спора не предполагал. Сохатый спорить и не стал, только покосился на Сопливуса. Сириус с ним согласился: не походил тот на простого свидетеля. Наверняка помог. Мошеннику помог, что бы еще Лили здесь делала, как не следила за мошенником. Снейп ее заманил — а потом испугался и побежал к директору. Так, чтобы мошенник придраться не смог. Вот же трус!
— Беспокоиться нет причины, — сказал директор. — Скрытая комната не причинит мисс Эванс вреда, такие комнаты строились для защиты учеников. У каждой, однако, свой ключ, и мисс Эванс, возможно, не сможет отыскать его сама. Поэтому профессор Уайт немедленно займется дверью и выведет мисс Эванс. И завтра к завтраку она присоединится к вам.
Джеймс кивнул. Ремус поблагодарил директора за объяснения. Сириус же смотрел на гобелен. Гобелен для Бродяги пах тухлой рыбой. Большой, то есть, неправильностью. К тому же Дамблдор сказал: «волноваться нет причины». По опыту Сириуса, после подобных слов волноваться следовало как раз начинать.
Страница 7 из 38
