Фандом: Ориджиналы. С незапамятных времен в далеких и безжизненных северных землях спит Великое Зло. Раз в двенадцать веков оно пробуждается, неся гибель всему живому. Но есть еще надежда — и зиждется она на четырех Ключах Стихий, отданных на хранение четырем народам разумных обитателей этого мира. И вот теперь, волею судеб и знаков свыше, собрать все четыре Ключа предстоит сэру Ролану. А значит, новый путь, полный опасностей, ждет королевского конфидента и его спутников.
Добавить в моё избранное
150 мин, 36 сек 17423
По большому счету все хлопоты, связанные со сбором Ключей, легли именно на плечи конфидента. Простого смертного, даром, что приближенного к королю. Ну и подчиненных его еще.
А ведь, казалось бы, у Прирожденных с их магическим могуществом было куда больше шансов договориться с дшеррами, каатами и лил'лаклами. Так нет же! Во всяком случае, тот единственный из хозяев Острова Огня, с которым довелось общаться Ролану, привел целый ряд доводов, конфиденту показавшихся одинаково нелепыми.
Во-первых, Прирожденные принципиально не вмешивались в дела смертных. Считая, что те должны сами справляться со своими трудностями и невзгодами. В противном случае человечество со временем вроде как превратится в подобие скота, неспособное к самостоятельному существованию и нуждающееся в постоянной опеке. Причем Братство с Острова Огня не желало сделать исключение даже в столь исключительных обстоятельствах — перед угрозой гибели всего живого.
Во-вторых, коль каждый народ получил по Ключу и избрал для него своих хранителей, никто не должен был иметь преимуществ. Иначе говоря, хранители одного Ключа, принадлежащего одному из народов, прав на остальные не имели. Не стоило и настаивать.
Ну а в-третьих, наконец, по мнению Прирожденного, Ролан и его спутники были избраны судьбой, высшими силами или разумом Черной Звезды — если таковой имелся. Не больше и не меньше. Ведь не зря же именно конфиденту Лодвига Третьего удалось заключить союз с Дшеррами, положив конец более чем вековой вражде. И Анику тоже не просто так донимали ее видения. Как и не было случайным попадание к Джилрою карты, приведшей к Ключу Огня. Не бывает таких случайностей, заверял Прирожденный.
Вот потому путешествию Ролана, Джилроя и Аники на борту «Перста Сабрины» не суждено было окончиться ни на Из-Монта-Фог, ни даже на Острове Огня. Теперь фрегат королевского флота держал курс к порту Веллунда. Дабы оттуда конфидент мог отправиться на встречу с Великим Дшерром. В том, что, по крайней мере, эта встреча увенчается успехом, Ролан был уверен почти полностью. Ведь именно боевые грифоны королевства, а также раздобытая конфидентом Серая Гниль избавили племя разумных ящеров от Роя, не один век терзавшего их материк.
Теперь, когда Рой был уничтожен, дшеррам достались новые земли — несопоставимо больше тех, что в свое время были захвачены людьми. При таком раскладе, считал конфидент, дшеррам в пору было не только смириться с прежде неприятным соседом, Колонией королевства. Но и пойти навстречу Ролану, если тот попросит Ключ Воды. Коль речь теперь зашла об угрозе не просто одному материку и народу, а всему миру.
Но вот с каатами, а паче — с недавними врагами рукокрылами переговоры обещали быть намного труднее. Ролан это понимал и потому намеревался отправиться и к тем, и к другим после визита к дшеррам. Интуитивно решив начать с того этапа, который считал полегче.
Он еще не знал, что в один из дней пути к Веллунду вся его миссия по сбору Ключей Стихий окажется под угрозой. Вообще не подумал об опасностях, поджидавших в море… как и о том, что затея эта может вызвать чье-то противодействие. Кого-то весьма могущественного. Нет — все, что волновало Ролана, это трудности в предстоящих переговорах. Нападения он не ожидал, уверившись в своей защищенности хотя бы на борту «Перста Сабрины».
Сам злополучный день выдался раздражающе душным и непривычно пасмурным, окрасившим море в неприятный темно-серый цвет. Не радовал и ветер: он то слабел, то начинал дуть не совсем в нужную сторону. А то и вовсе не туда. Небо и погода будто не могли определиться, помочь Ролану в пути или помешать, наслать шторм и волны высотой чуть ли не как стены Каз-Рошала или утихомириться.
Мокрые от пота и утомившиеся, кажется, с самого утра, моряки передвигались по кораблю чуть ли не с нарочитой вялостью. Так же нехотя они переругивались, поминая между делом недобрым тихим словом и это затянувшееся путешествие.
А где-то через пару часов после полудня погода оказалась на грани мертвого штиля, тогда как обстановка на судне сделалась столь же близка к состоянию повального мучительного безделья. Хмурый капитан спорил с одним из корабельных магов, который тоже не выглядел довольным. Капитан призывал волшебника хоть немного воздействовать на погоду, особенно на ветер, дабы фрегат мог возобновить путь. Маг оправдывался с постной физиономией и раздраженным голосом. Заявляя, что и рад был бы, да силенок ему сегодня не хватает. Тяжко, мол. Как и остальным.
И в этой обстановке безоглядной скуки, даже какого-то безвременья, хотя бы один из матросов нашел себе какое-то развлечение. Заметив, на что можно переключить внимание, отвлекаясь от вынужденного безделья.
— Парус справа по борту! — выкрикнул он, вглядываясь вдаль, туда, где серая морская гладь сливалась с небом столь же безрадостного цвета, — небось, пираты на подходе.
На последней фразе в голосе матроса послышались даже нотки надежды.
А ведь, казалось бы, у Прирожденных с их магическим могуществом было куда больше шансов договориться с дшеррами, каатами и лил'лаклами. Так нет же! Во всяком случае, тот единственный из хозяев Острова Огня, с которым довелось общаться Ролану, привел целый ряд доводов, конфиденту показавшихся одинаково нелепыми.
Во-первых, Прирожденные принципиально не вмешивались в дела смертных. Считая, что те должны сами справляться со своими трудностями и невзгодами. В противном случае человечество со временем вроде как превратится в подобие скота, неспособное к самостоятельному существованию и нуждающееся в постоянной опеке. Причем Братство с Острова Огня не желало сделать исключение даже в столь исключительных обстоятельствах — перед угрозой гибели всего живого.
Во-вторых, коль каждый народ получил по Ключу и избрал для него своих хранителей, никто не должен был иметь преимуществ. Иначе говоря, хранители одного Ключа, принадлежащего одному из народов, прав на остальные не имели. Не стоило и настаивать.
Ну а в-третьих, наконец, по мнению Прирожденного, Ролан и его спутники были избраны судьбой, высшими силами или разумом Черной Звезды — если таковой имелся. Не больше и не меньше. Ведь не зря же именно конфиденту Лодвига Третьего удалось заключить союз с Дшеррами, положив конец более чем вековой вражде. И Анику тоже не просто так донимали ее видения. Как и не было случайным попадание к Джилрою карты, приведшей к Ключу Огня. Не бывает таких случайностей, заверял Прирожденный.
Вот потому путешествию Ролана, Джилроя и Аники на борту «Перста Сабрины» не суждено было окончиться ни на Из-Монта-Фог, ни даже на Острове Огня. Теперь фрегат королевского флота держал курс к порту Веллунда. Дабы оттуда конфидент мог отправиться на встречу с Великим Дшерром. В том, что, по крайней мере, эта встреча увенчается успехом, Ролан был уверен почти полностью. Ведь именно боевые грифоны королевства, а также раздобытая конфидентом Серая Гниль избавили племя разумных ящеров от Роя, не один век терзавшего их материк.
Теперь, когда Рой был уничтожен, дшеррам достались новые земли — несопоставимо больше тех, что в свое время были захвачены людьми. При таком раскладе, считал конфидент, дшеррам в пору было не только смириться с прежде неприятным соседом, Колонией королевства. Но и пойти навстречу Ролану, если тот попросит Ключ Воды. Коль речь теперь зашла об угрозе не просто одному материку и народу, а всему миру.
Но вот с каатами, а паче — с недавними врагами рукокрылами переговоры обещали быть намного труднее. Ролан это понимал и потому намеревался отправиться и к тем, и к другим после визита к дшеррам. Интуитивно решив начать с того этапа, который считал полегче.
Он еще не знал, что в один из дней пути к Веллунду вся его миссия по сбору Ключей Стихий окажется под угрозой. Вообще не подумал об опасностях, поджидавших в море… как и о том, что затея эта может вызвать чье-то противодействие. Кого-то весьма могущественного. Нет — все, что волновало Ролана, это трудности в предстоящих переговорах. Нападения он не ожидал, уверившись в своей защищенности хотя бы на борту «Перста Сабрины».
Сам злополучный день выдался раздражающе душным и непривычно пасмурным, окрасившим море в неприятный темно-серый цвет. Не радовал и ветер: он то слабел, то начинал дуть не совсем в нужную сторону. А то и вовсе не туда. Небо и погода будто не могли определиться, помочь Ролану в пути или помешать, наслать шторм и волны высотой чуть ли не как стены Каз-Рошала или утихомириться.
Мокрые от пота и утомившиеся, кажется, с самого утра, моряки передвигались по кораблю чуть ли не с нарочитой вялостью. Так же нехотя они переругивались, поминая между делом недобрым тихим словом и это затянувшееся путешествие.
А где-то через пару часов после полудня погода оказалась на грани мертвого штиля, тогда как обстановка на судне сделалась столь же близка к состоянию повального мучительного безделья. Хмурый капитан спорил с одним из корабельных магов, который тоже не выглядел довольным. Капитан призывал волшебника хоть немного воздействовать на погоду, особенно на ветер, дабы фрегат мог возобновить путь. Маг оправдывался с постной физиономией и раздраженным голосом. Заявляя, что и рад был бы, да силенок ему сегодня не хватает. Тяжко, мол. Как и остальным.
И в этой обстановке безоглядной скуки, даже какого-то безвременья, хотя бы один из матросов нашел себе какое-то развлечение. Заметив, на что можно переключить внимание, отвлекаясь от вынужденного безделья.
— Парус справа по борту! — выкрикнул он, вглядываясь вдаль, туда, где серая морская гладь сливалась с небом столь же безрадостного цвета, — небось, пираты на подходе.
На последней фразе в голосе матроса послышались даже нотки надежды.
Страница 11 из 43
