Фандом: Гарри Поттер. История о том, как познакомились и поженились родители Изабеллы, несколько эпизодов из жизни их семьи и из ее детства.
Добавить в моё избранное
88 мин, 22 сек 17764
— Ну да…
— Вот видишь? Только я не знаю, как она там оказалась.
Изабелла задумалась. Потом нагнулась к брату и сказала ему на ухо:
— Это мамин секрет. Никто не знает и не должен знать.
И рассмеялась, глядя на обиженную рожицу брата — уж очень он не любил, когда на его вопросы не находилось четкого и ясного ответа.
— Ладно. Вот я в школу пойду и все буду знать. Всю библиотеку прочитаю.
— Да, в школе, может быть, и узнаешь… Ну все, иди, не мешай мне, видишь, у меня глаза Рэкса не получаются. А там папа, кажется, пришел.
Трой выбежал встречать отца. Изабелла с минуту посмотрела на свой рисунок, наморщив лоб. Нет, видимо, придется отложить до завтра.
Выйдя в коридор, она услышала тихий ласковый голос, поющий колыбельную. Заглянув в спальню родителей, увидела, что мама ходит по комнате, укачивая Мораг. Безмятежно-счастливое и такое прекрасное мамино лицо, руки, нежно держащие ребенка… Девочка остановилась на пороге. Констанция увидела дочь и поманила к себе. Изабелла подошла к ней, крепко обняла и уткнулась лицом в теплый мамин живот. И почувствовала, как по щекам текут слезы.
— Милая, что ты? Что случилось? — встревоженным шепотом спросила Констанция.
Изабелла, давясь слезами, чтобы не зареветь в голос и не разбудить сестренку, только всхлипывала в ответ.
— Сейчас, подожди… — Констанция уложила заснувшую Мораг и вышла вместе с Изабеллой из спальни. — Ну, что с тобой? Что такое, маленькая моя?
— Ма-а-ма… Я так по тебе скучать буду. По вам всем… Но по тебе больше всех… Мамочка…
— Родная моя… Ну что же делать? Все учатся. Да тебе в школе понравится. Там интересно. И ты же будешь домой часто приезжать…
— Я так тебя люблю, мамочка…
— Я тоже тебя люблю, моя девочка. А вот и папа пришел. Трой, — обратилась Констанция к мужу, — она плачет… В школу не хочет. То есть, уезжать от нас не хочет.
Отец подошел и присел рядом с Изабеллой.
— Малышка, что случилось? Ты же хотела в Хогвартс. Ну-ка, иди сюда…
Он взял дочь на руки. Изабелла, приникнув головой к плечу отца — такому крепкому и надежному, глубоко вздохнула. От него, как всегда, пахло хорошей сигарой и дорогим одеколоном, сильные и ласковые руки гладили ее по спине, и Изабелла, наконец, успокоилась и перестала плакать.
— Ну вот, ты уже и улыбаешься. Все будет хорошо, дорогая. Мы всегда будем с тобой.
— Я вот жду не дождусь, когда в Хогвартс поеду. А Изабел ревет… — это подошел Трой-младший. — Я бы хоть сейчас…
Констанция притянула его к себе и улыбнулась:
— Какой у нас самостоятельный мальчик…
Когда все поужинали, и детей уложили спать, Констанция, покормив Мораг и дождавшись, пока девочка снова заснет, пришла к мужу, который сидел в кресле в гостиной и читал газету. Устроившись на подлокотнике кресла, она слегка обняла его за шею и спросила:
— Трой… А почему Того-Кого-Нельзя-Называть нельзя называть… Ой! То есть, почему его нельзя называть по имени? Что будет?
— А Мерлин его знает… Ничего, скорее всего, не будет. Я знаю, что Крауч его называет по имени, и Дамблдор тоже. Да и в Аврорате многие…
— Сегодня к Изабелле девочки приходили. Представляешь, Китти Барроу говорит, что называла его — и ничего не было. Хотя, может, она и сочиняет…
— Так ни с Краучем, ни с Дамблдором пока ничего не случилось, — он задумался. — Я даже не помню, когда это повелось… но кажется, сначала о нем так в газетах стали писать, а потом уже и в Министерстве, даже в официальных документах — не имя, а прозвище… А сейчас как-то уже и привыкли.
— А как его настоящее имя, ты не знаешь?
— Мне кто-то говорил, но я забыл… Мерлинова борода! Нет, не помню. Какое-то совсем простое имя, и фамилия тоже. Странно…
— Действительно, странно.
— Но девчонкам, конечно, лучше не баловаться, а то мало ли… — добавил Трой.
У Изабеллы все-таки получилось нарисовать глаза Рэкса — картинку она подарила брату, который пришел в восторг и сказал, что будет хранить ее всю жизнь.
Оставшиеся до школы дни пролетели быстро. Пятнадцатого августа праздновали день рождения Изабеллы. Были приглашены те же девчонки, что собирались в прошлый раз, но никаких разговоров о Слизерине и зловещих темных магах за праздничным столом не велось. А на Диагон-аллею за покупками для школы Изабеллу водил папа — специально отпросился с работы. Он же провожал ее и на Кингс-Кросс.
Изабелла не плакала, хотя сердце у нее щемило. Она чувствовала, что в ее жизни как будто перевернули страницу, и что там дальше — она пока еще не знает.
Однако, когда она приехала в Хогвартс, грусть и тревога покинули ее — волшебный замок был восхитителен, на Рэйвенкло, куда Шляпа ее распределила, новую ученицу приняли доброжелательно, к тому же она оказалась на одном факультете с Кэтрин и Лайзой.
— Вот видишь? Только я не знаю, как она там оказалась.
Изабелла задумалась. Потом нагнулась к брату и сказала ему на ухо:
— Это мамин секрет. Никто не знает и не должен знать.
И рассмеялась, глядя на обиженную рожицу брата — уж очень он не любил, когда на его вопросы не находилось четкого и ясного ответа.
— Ладно. Вот я в школу пойду и все буду знать. Всю библиотеку прочитаю.
— Да, в школе, может быть, и узнаешь… Ну все, иди, не мешай мне, видишь, у меня глаза Рэкса не получаются. А там папа, кажется, пришел.
Трой выбежал встречать отца. Изабелла с минуту посмотрела на свой рисунок, наморщив лоб. Нет, видимо, придется отложить до завтра.
Выйдя в коридор, она услышала тихий ласковый голос, поющий колыбельную. Заглянув в спальню родителей, увидела, что мама ходит по комнате, укачивая Мораг. Безмятежно-счастливое и такое прекрасное мамино лицо, руки, нежно держащие ребенка… Девочка остановилась на пороге. Констанция увидела дочь и поманила к себе. Изабелла подошла к ней, крепко обняла и уткнулась лицом в теплый мамин живот. И почувствовала, как по щекам текут слезы.
— Милая, что ты? Что случилось? — встревоженным шепотом спросила Констанция.
Изабелла, давясь слезами, чтобы не зареветь в голос и не разбудить сестренку, только всхлипывала в ответ.
— Сейчас, подожди… — Констанция уложила заснувшую Мораг и вышла вместе с Изабеллой из спальни. — Ну, что с тобой? Что такое, маленькая моя?
— Ма-а-ма… Я так по тебе скучать буду. По вам всем… Но по тебе больше всех… Мамочка…
— Родная моя… Ну что же делать? Все учатся. Да тебе в школе понравится. Там интересно. И ты же будешь домой часто приезжать…
— Я так тебя люблю, мамочка…
— Я тоже тебя люблю, моя девочка. А вот и папа пришел. Трой, — обратилась Констанция к мужу, — она плачет… В школу не хочет. То есть, уезжать от нас не хочет.
Отец подошел и присел рядом с Изабеллой.
— Малышка, что случилось? Ты же хотела в Хогвартс. Ну-ка, иди сюда…
Он взял дочь на руки. Изабелла, приникнув головой к плечу отца — такому крепкому и надежному, глубоко вздохнула. От него, как всегда, пахло хорошей сигарой и дорогим одеколоном, сильные и ласковые руки гладили ее по спине, и Изабелла, наконец, успокоилась и перестала плакать.
— Ну вот, ты уже и улыбаешься. Все будет хорошо, дорогая. Мы всегда будем с тобой.
— Я вот жду не дождусь, когда в Хогвартс поеду. А Изабел ревет… — это подошел Трой-младший. — Я бы хоть сейчас…
Констанция притянула его к себе и улыбнулась:
— Какой у нас самостоятельный мальчик…
Когда все поужинали, и детей уложили спать, Констанция, покормив Мораг и дождавшись, пока девочка снова заснет, пришла к мужу, который сидел в кресле в гостиной и читал газету. Устроившись на подлокотнике кресла, она слегка обняла его за шею и спросила:
— Трой… А почему Того-Кого-Нельзя-Называть нельзя называть… Ой! То есть, почему его нельзя называть по имени? Что будет?
— А Мерлин его знает… Ничего, скорее всего, не будет. Я знаю, что Крауч его называет по имени, и Дамблдор тоже. Да и в Аврорате многие…
— Сегодня к Изабелле девочки приходили. Представляешь, Китти Барроу говорит, что называла его — и ничего не было. Хотя, может, она и сочиняет…
— Так ни с Краучем, ни с Дамблдором пока ничего не случилось, — он задумался. — Я даже не помню, когда это повелось… но кажется, сначала о нем так в газетах стали писать, а потом уже и в Министерстве, даже в официальных документах — не имя, а прозвище… А сейчас как-то уже и привыкли.
— А как его настоящее имя, ты не знаешь?
— Мне кто-то говорил, но я забыл… Мерлинова борода! Нет, не помню. Какое-то совсем простое имя, и фамилия тоже. Странно…
— Действительно, странно.
— Но девчонкам, конечно, лучше не баловаться, а то мало ли… — добавил Трой.
У Изабеллы все-таки получилось нарисовать глаза Рэкса — картинку она подарила брату, который пришел в восторг и сказал, что будет хранить ее всю жизнь.
Оставшиеся до школы дни пролетели быстро. Пятнадцатого августа праздновали день рождения Изабеллы. Были приглашены те же девчонки, что собирались в прошлый раз, но никаких разговоров о Слизерине и зловещих темных магах за праздничным столом не велось. А на Диагон-аллею за покупками для школы Изабеллу водил папа — специально отпросился с работы. Он же провожал ее и на Кингс-Кросс.
Изабелла не плакала, хотя сердце у нее щемило. Она чувствовала, что в ее жизни как будто перевернули страницу, и что там дальше — она пока еще не знает.
Однако, когда она приехала в Хогвартс, грусть и тревога покинули ее — волшебный замок был восхитителен, на Рэйвенкло, куда Шляпа ее распределила, новую ученицу приняли доброжелательно, к тому же она оказалась на одном факультете с Кэтрин и Лайзой.
Страница 21 из 24
