Фандом: Гарри Поттер. Прошли годы. Кто-то погиб, кто-то выжил, а кто-то продолжает выживать. Жизнь Грегори Гойла слишком обыденна, но даже в ней есть место любви.
Добавить в моё избранное
71 мин, 15 сек 6505
— Мышцы, блин, — проговорил Малфой, с завистью поглядывая на Гойла.
Астория уже пришла в себя, отряхнулась и применила к себе очищающие чары, все еще держась за Малфоя.
— Иногда Грег меня поражает, — сказала она одобрительно.
— Меня тоже, — процедил Малфой.
— А кто будет платить за причиненный ущерб?! — к ним подошел официант.
Малфой посмотрел на него так, что парень потупился и отошел в сторону. Блондин же тем временем при помощи магии починил витрину и, как подачку, швырнул официанту несколько галлеонов.
— Инцидент исчерпан? — надменно спросил он, и парень кивнул, пряча деньги в карман фартука.
— Очевидно, не все проблемы можно решить при помощи мускулов, — развязно прокомментировал Малфой, но вдруг спохватился, встретившись с недовольным взглядом Астории: — Это так, пустяки, я просто…
Астория улыбнулась ему, и Малфой покраснел и опустил голову.
Они вернулись за столик и посидели еще немного. Гойл и Джули самозабвенно целовались. Джонс смотрел в чашку, стесняясь поднять глаза. Разговор не клеился, и вскоре Астория стала собираться.
— Если хочешь, можешь пригласить меня куда-нибудь, — сказала она Малфою на прощание. — Я смотрю, ты можешь быть нормальным… иногда.
Щеки Малфоя запылали, и он довольно кивнул, расшаркиваясь.
— Грегори, напиши мне, — попросила Джули, и Гойл кивнул. — Письмо можно отправить с совой. Что, если назвать ее Брунгильда?
Малфой фыркнул, но тут же закрыл рот рукой под пристальным взглядом Астории.
— Как ты захочешь, — шепнул Гойл, целуя девушку на прощание.
Джонс исчез очень тихо: никто не заметил, как он ретировался, чувствуя себя лишним.
Малфой аппартировал Гойла в ресторан. Там он щелчком пальцев подозвал официанта и заказал французское вино, название которого Гойл не смог бы воспроизвести и после нескольких попыток.
— Мне нужно отвезти домой Брунгильду, — тихо сказал Гойл, но Малфой взглядом пришпилил его к стулу.
— Никуда твоя Брунгильда не денется. Так что сиди и наслаждайся.
— Мне бы закурить… — протянул Гойл.
— Здесь не курят, — Малфой отпил вино из бокала. — За тебя, детка!
— С чего бы? — Гойл пригубил вино. Напиток показался ему кислым.
— Благодаря твоей тупости у меня с Асторией все может получиться, — пояснил Малфой надменно.
Гойл только покачал головой: Малфой был неисправим. Он хотел сказать, чтобы на свидании блондин не вздумал вести себя, как сейчас, но передумал. В конце концов, он Малфою не нянька.
— Я поставил на тебя, учти это, детка, — сказал блондин перед матчем. — И, как ты понимаешь, никаких договорняков с этим… рыжим.
Гойл кивнул. Он понимал. По большому счету, ему нечего было делить с бывшим гриффиндорцем, который, к тому же, был на несколько лет старше. Но все равно победить хотелось невероятно. Уже давно Гойл не выходил на бой с таким запалом.
На этот раз одна из сторон трибун была окрашена в рыжий цвет: все Уизли пришли поболеть за своего родственника, кем бы он кому из них ни приходился. С противоположной стороны трибуны украшал веселый плакат в его, Гойла, поддержку, как всегда, выполненный Джули. На этот раз Астория помогала ей: на плакате появилась символика Слизерина.
Бой начался. Гойл попробовал применить ту же тактику, которая помогла ему в борьбе с Кинг Конгом. Но, похоже, Уизли видел этот бой или слышал о нем, потом что тут же разгадал его замысел и применил к его «Протего» контрзаклятие, приправленное громким:«Экспеллиармус!»
Гойл упал, его палочка досталась Уизли. Теперь ничего не оставалось, кроме как уворачиваться от новых и новых заклятий: Уизли не был отстающим студентом, поэтому недостатка в заклятиях не испытывал. Гойл уворачивался, как мог, но долго бегать ему не удалось.
— Конфундо! — выкрикнул Уизли, и Гойл почувствовал, что все его мысли спутались. Голова закружилась, он потерял равновесие и упал.
Уизли запрыгнул на него и точным ударом вырубил… ненадолго. Гойл чувствовал, что еще силен. Он слышал, как считал арбитр. Он знал, что может подняться, но мозг никак не отдавал нужную команду ногам под действием заклятия, которое к Гойлу применили впервые. Сзади он слышал голос Малфоя, который кричал что-то, наверное, унизительное. Но Гойл не мог собраться. Вот не мог, и все.
В голове всплыл образ Крэбба. Он вспомнил, как вместе они не раз толкали Рона Уизли в коридорах, и уже от этого им было весело. «Винс, — подумал Гойл. — Ты мне сейчас очень нужен»…
— И…
Астория уже пришла в себя, отряхнулась и применила к себе очищающие чары, все еще держась за Малфоя.
— Иногда Грег меня поражает, — сказала она одобрительно.
— Меня тоже, — процедил Малфой.
— А кто будет платить за причиненный ущерб?! — к ним подошел официант.
Малфой посмотрел на него так, что парень потупился и отошел в сторону. Блондин же тем временем при помощи магии починил витрину и, как подачку, швырнул официанту несколько галлеонов.
— Инцидент исчерпан? — надменно спросил он, и парень кивнул, пряча деньги в карман фартука.
— Очевидно, не все проблемы можно решить при помощи мускулов, — развязно прокомментировал Малфой, но вдруг спохватился, встретившись с недовольным взглядом Астории: — Это так, пустяки, я просто…
Астория улыбнулась ему, и Малфой покраснел и опустил голову.
Они вернулись за столик и посидели еще немного. Гойл и Джули самозабвенно целовались. Джонс смотрел в чашку, стесняясь поднять глаза. Разговор не клеился, и вскоре Астория стала собираться.
— Если хочешь, можешь пригласить меня куда-нибудь, — сказала она Малфою на прощание. — Я смотрю, ты можешь быть нормальным… иногда.
Щеки Малфоя запылали, и он довольно кивнул, расшаркиваясь.
— Грегори, напиши мне, — попросила Джули, и Гойл кивнул. — Письмо можно отправить с совой. Что, если назвать ее Брунгильда?
Малфой фыркнул, но тут же закрыл рот рукой под пристальным взглядом Астории.
— Как ты захочешь, — шепнул Гойл, целуя девушку на прощание.
Джонс исчез очень тихо: никто не заметил, как он ретировался, чувствуя себя лишним.
Малфой аппартировал Гойла в ресторан. Там он щелчком пальцев подозвал официанта и заказал французское вино, название которого Гойл не смог бы воспроизвести и после нескольких попыток.
— Мне нужно отвезти домой Брунгильду, — тихо сказал Гойл, но Малфой взглядом пришпилил его к стулу.
— Никуда твоя Брунгильда не денется. Так что сиди и наслаждайся.
— Мне бы закурить… — протянул Гойл.
— Здесь не курят, — Малфой отпил вино из бокала. — За тебя, детка!
— С чего бы? — Гойл пригубил вино. Напиток показался ему кислым.
— Благодаря твоей тупости у меня с Асторией все может получиться, — пояснил Малфой надменно.
Гойл только покачал головой: Малфой был неисправим. Он хотел сказать, чтобы на свидании блондин не вздумал вести себя, как сейчас, но передумал. В конце концов, он Малфою не нянька.
Глава 8
Гойл снова был на ринге. На этот раз его противник был поражен не меньше него самого. Малфой до последнего не говорил, с кем Гойлу придется драться, и это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Чарльз Уизли. Как этот рыжий тип оказался среди бойцов, Гойл не знал, а Малфой усмехался, что не предвещало ничего хорошего.— Я поставил на тебя, учти это, детка, — сказал блондин перед матчем. — И, как ты понимаешь, никаких договорняков с этим… рыжим.
Гойл кивнул. Он понимал. По большому счету, ему нечего было делить с бывшим гриффиндорцем, который, к тому же, был на несколько лет старше. Но все равно победить хотелось невероятно. Уже давно Гойл не выходил на бой с таким запалом.
На этот раз одна из сторон трибун была окрашена в рыжий цвет: все Уизли пришли поболеть за своего родственника, кем бы он кому из них ни приходился. С противоположной стороны трибуны украшал веселый плакат в его, Гойла, поддержку, как всегда, выполненный Джули. На этот раз Астория помогала ей: на плакате появилась символика Слизерина.
Бой начался. Гойл попробовал применить ту же тактику, которая помогла ему в борьбе с Кинг Конгом. Но, похоже, Уизли видел этот бой или слышал о нем, потом что тут же разгадал его замысел и применил к его «Протего» контрзаклятие, приправленное громким:«Экспеллиармус!»
Гойл упал, его палочка досталась Уизли. Теперь ничего не оставалось, кроме как уворачиваться от новых и новых заклятий: Уизли не был отстающим студентом, поэтому недостатка в заклятиях не испытывал. Гойл уворачивался, как мог, но долго бегать ему не удалось.
— Конфундо! — выкрикнул Уизли, и Гойл почувствовал, что все его мысли спутались. Голова закружилась, он потерял равновесие и упал.
Уизли запрыгнул на него и точным ударом вырубил… ненадолго. Гойл чувствовал, что еще силен. Он слышал, как считал арбитр. Он знал, что может подняться, но мозг никак не отдавал нужную команду ногам под действием заклятия, которое к Гойлу применили впервые. Сзади он слышал голос Малфоя, который кричал что-то, наверное, унизительное. Но Гойл не мог собраться. Вот не мог, и все.
В голове всплыл образ Крэбба. Он вспомнил, как вместе они не раз толкали Рона Уизли в коридорах, и уже от этого им было весело. «Винс, — подумал Гойл. — Ты мне сейчас очень нужен»…
— И…
Страница 15 из 20
