Нэверлэнд

Лаванда улыбнулась. Узнав Крауча, она, конечно, должна была сообщить в Аврорат. Она даже ступила на нижнюю ступеньку лестницы, ведущей на чердак, — личную сову Лаванда прятала под крышей бара, а Ларри ещё удивлялся, почему с приходом новой официантки его перестали беспокоить крысы! Лаванда почти приняла решение, но вдруг остановилась как вкопанная. Всё, что произошло с ней в Битве за Хогвартс, — вина этого человека. Если бы не Крауч, не было бы крови Гарри, замешанной в тело возрожденного Волдеморта, побега Пожирателей, трупов на лестницах, вечных стен Хогвартса, хрустевших каменной крошкой под ногами… и серого монстра, навсегда лишившего красивую, глупую и наивную Лаванду Браун права на жизнь в магмире. Нет, Барти должен был заплатить не кому-то и где-то — в лондонском Министерстве, в далёком Азкабане, — а лично ей! Здесь и сейчас. Ну, может быть, чуть позже.

К сожалению, Лаванда по-прежнему не выносила жестокости. И колдовала довольно посредственно: побочный эффект превращения в оборотня. Выход неожиданно подсказала луна. Оставалось подождать всего один день. Задержать Барти на двадцать четыре часа, а потом дать Зверю сделать за неё всю грязную работу.

Капля приворотного зелья. Немного лжи — а какой оборотень, живя среди людей, не умеет лицемерить? И дом, милый дом, который она когда-то так тщательно оборудовала, чтобы соседи не догадались о её «маленькой лунной проблеме». Авроры никогда не узнают, что искать больше некого.

За окном прогудел грузовик. Лаванда встрепенулась. Пора паковать багаж.

Утром накануне Хэллоуина Ларри как обычно открыл бар.

«Надо будет сказать Венди, чтобы развесила праздничные украшения. Она в них хорошо разбирается», — подумал он.

На полу перед дверью лежал конверт. Ларри, кряхтя, поднял с пола прямоугольник плотной голубоватой бумаги и развернул.

Внутри была всего лишь одна фраза:

«Венди покидает Нэверлэнд».