Здесь и Там

Даже жалко… привык. Может, и правда согласиться преподавать ЗОТИ?

На Диагон-Аллею Родольфус аппарировал на час раньше намеченного: было у него еще одно дело.

Лавка будто вся пропиталась тем тяжелым запахом, который бывает в помещениях, где содержится много животных и птиц. И никакими заклинаниями с ним не справиться.

— Что желает господин? — выглянул из-за прилавка продавец.

— Господин желает сову.

— У вас есть предпочтения или я могу дать несколько советов? Наша семья занимается разведением и продажей магических животных более пятисот лет. Отпрыски многих благороднейших семейств приобрели фамилиары именно в нашей лавке.

— Что вы скажете о Phodilus badius?

Лавочник так и расплылся в улыбке:

— Господин не мог сделать лучшего выбора! Они прекрасны внешне, бесшумно летают, что снижает возможность попадания вашей почты в нежелательные руки, легко переносят применение к ним магии, а главное — это один из немногих видов, умеющих находить адресата, даже если его точное место жительства неизвестно! Удивительный, необычайный вид, был очень популярен лет тридцать назад. Сейчас, к сожалению, в моду входят полярные совы… все мы знаем, почему, — усмехнулся он. — Они тоже неплохи, но в наших краях слишком привлекают внимание. Можете выбрать птицу, — в руках у Родольфуса оказался толстый каталог, — и ее доставят из питомника через пару дней. Если же сова нужна вам срочно…

— Не срочно, — прервал его Родольфус. — А можно доставить ее в определенный день? Понимаете, это подарок. Ко дню рождения.

— Более подходящего подарка невозможно придумать! — чуть не задохнулся от радости лавочник. Он продолжал тарахтеть и нахваливать умение дорогого покупателя выбирать лучшее — все время, пока тот листал шершавые, пахнущие навозом страницы. Наконец, остановился на совсем молодой, золотисто-коричневой сове. Стоила та (да и все остальные сипухи) куда дороже, чем обычные совы. Определенно, старуха Лонгботтом в свое время баловала сына. А вот внука — нет.

Робардс подошел к столику в «Дырявом котле» ровно в десять. Выглядел«коллега» еще хуже, чем в прошлый раз. Конечно, сразу вспомнилась Алиса, вынужденная совмещать две должности. Как она сейчас? Если, конечно, она еще жива.

«Нет, хватит думать о всякой ерунде! С ней все в порядке!»

— Значит, решили сменить имя, мистер Лес… Лендерс? Что ж… может, оно и правильно… — покачал головой Робардс.

На этом разговоры «о погоде» закончились, и он перешел к делу:

— Отнес я ваш «древний рецепт» ребятам из Отдела Тайн. Посмотрели, проверили компоненты на совместимость. Нормально.

— Значит…

— Да погодите вы. Они его заодно приготовили, из научного интереса. А что там, полдня работы. Ну, и проверили «на доступном биологическом материале», как это у них называется.

Родольфус молчал, ожидая, что Робардс сам доложит о результатах эксперимента. И он не стал тянуть:

— Все три крысы, которые выпили это зелье, сдохли. Людям, по понятным причинам, его давать не стали.

Родольфус поперхнулся пивом. Помотал головой:

— Это еще ни о чем не говорит. Ликантропное тоже смертельно для всех, кроме оборотней.

— Все-то вы знаете, — усмехнулся Робардс. — Ну что, все равно хотите эту дрянь пить?

— А у меня нет выбора.

Робардс перегнулся через стол, заговорил свистящим шепотом:

— У всех он есть! И всегда! Дался вам именно этот способ, а? Занесло сюда, так сидели бы, не дергались! Или нашли что-нибудь проверенное! Так нет, на подвиги потянуло. Да вы просто псих, ясно?

— Ясно. — И ведь не возразишь. Большей глупости, чем пить неизвестное зелье, кажется, вообще не существует. Даже с неизвестными заклинаниями проще.

— Вот и она такая же была, — погрустнел вдруг Робардс. — Алиса, — добавил, хоть его никто не спрашивал.

От этого «была» в глазах потемнело. Родольфус сжал кулаки, заговорил, тяжело роняя каждое слово:

— Она не была, она и есть такая. И я к ней вернусь. Обязательно.

Глава 13

Здесь:

Родольфус думал, что зелье будет варить он, а Гермиона — только помогать, подстраховывать и нарезать ингредиенты. Но уже через пять минут выяснилось, что «представлять, как» и«делать» — несколько разные вещи, а отсутствие практики в течение многих лет — это серьезно. После того, как слишком быстро нагретая основа свернулась и почернела, роли поменялись. Теперь он крошил всякую гадость, прислушиваясь к тихим указаниям.

— Значит, вы сварили оборотное зелье на втором курсе?

Она застенчиво улыбнулась.

— Но оно же не входит в обязательную школьную программу? Разве что на седьмом изучают на дополнительных занятиях.

— Вы изучали?

— Да, — от воспоминания потеплело на душе: — Хотел стать аврором. Правильно говорят: бойтесь своих желаний.

— Но почему?