Фандом: Гарри Поттер. Инициатива наказуема. Вот и мисс Грейнджер после вступления на новую должность в Министерстве приходится каждый месяц терпеть мистера Малфоя. Правда, эти визиты не всегда так утомительны, как она опасалась поначалу.
Добавить в моё избранное
22 мин, 22 сек 11427
Во время произнесения сей адвокатской речи Гермиона была благополучно выпровожена за дверь. Ей не оставалось ничего другого, как покинуть поместье, тайно надеясь, что в следующий раз удача будет на ее стороне. Ведь единственным стимулом, заставившим мисс Грейнджер переступить порог треклятого Мэнора, была уверенность, что Малфой-младший отнюдь не стал законопослушной чистокровной овечкой. Гермиона прищурилась и мечтательно улыбнулась. Наверняка она что-то, да и откопает, продолжая регулярно посещать белобрысого гадину.
— Я думал, что магглы умеют пользоваться календарями, Грейнджер, — лениво процедил Малфой. В этот раз он сам встретил Гермиону перед входной дверью и даже провел в холл.
— Прошу прощения? — Гермиона вскинула брови. Весь ее вид говорил о том, что фразу ни в коем случае не стоит воспринимать буквально.
— Календари, Грейнджер, — уже не скрывая отвращения, произнес Малфой. — Такие, знаешь ли, бумажные изделия с циферками. Вот ты просыпаешься утром, с трудом освобождаешь глаза от этой своей мочалки на голове, и видишь — четырнадцатое. Не пятнадцатое, которое Драко Малфой обвел в своем календаре траурной рамочкой, а, Мерлин тебя разрази, четырнадцатое! — он почти сорвался на крик, но потом резко умолк, продолжая буравить лицо Гермионы свирепым взглядом.
Ситуацию слегка разрядило появление Добби.
— Где ты шлялся, позволь тебя спросить? — гнев Малфоя нашел себе другого адресата. — Почему я сам должен впускать гос… Грейнджер?
— Добби работал в кабинете, хозяин Драко! Добби там все подготовил! — гордости домовика, казалось, не было предела.
— Так почему ты притащилась сегодня? — внезапно уставшим голосом переспросил Малфой.
— Если ты более внимательно посмотришь на календарь, то после некоторых не свойственных тебе умственных усилий заметишь, что пятнадцатое — суббота! — огрызнулась Гермиона. Мысленно она добавила также обращение «олух».
— Пойдемте, Добби там все подготовил, — чуть ли не подпрыгивая от возбуждения, повторил домовик.
— Мерлин, не хватало мне на сегодня Грейнджер, еще домовик, пожалуй, с ума сходит, — со страдальческой миной произнес Малфой. — Ну пошли, что ли, этот, — небрежный кивок в сторону лучащегося счастьем Добби, — все равно не отстанет. Если уж что-то взбрело в голову…
Гермиона пожала плечами и направилась вслед поднимающейся по лестнице странной парочке. Портреты в коридорах глядели на нее кто с изумлением, кто со злостью, но предпочитали хранить молчание. Ковер под ногами создавал ощущение, как будто она шагает по густой траве. На какой-то миг Гермионе даже почудился свежий запах июньского луга, но наваждение быстро схлынуло. Идущий впереди Малфой открыл массивную темно-коричневую дверь, но, заглянувши в помещение, встал как вкопанный, причем повернулся так, чтобы заслонить собой вход в кабинет.
Однако, когда это мисс Грейнджер могли остановить мелочи наподобие тощих (очевидно, плохо питающихся) надзираемых! Она решительным движением плеча отпихнула изображающего ледяную скульптуру Малфоя и засунула голову в помещение. Скульптур в коридоре стало две. Взгляд Гермионы сразу запнулся о блестящее ведерко, по всей видимости, со льдом, из недр которого торчало горлышко бутылки из зеленого стекла. Рядом на столике стояли два изящных бокала, тарелка с клубникой, вазочки с сливочным мороженым… у Гермионы закружилась голова. Она подняла глаза выше и сдавленно ахнула. Под потолком, подчиняясь звукам неслышимой музыки, кружили толстые шоколадные ангелочки, оснащенные луками и колчанами со стрелами. Один как раз задумчиво целился в светловолосую макушку рядом с гермиониной. В воздухе витал одуряющий запах роз, и не мудрено: лепестки красного, бордового и алого цвета плыли по помещению, то и дело образовывая два сцепленных сердечка.
— Убью паршивца! — Малфой наконец-то оттаял и начал вращать глазами в поисках провинившегося домовика. Гермиона внутренне возликовала. Это выражение хорошо впишется в картину, тщательно создаваемую ею для служебных нужд.
— Добби все сделал правильно, хозяин Драко! — послышался возмущенный писк предполагаемой жертвы маньяка. — Добби знает, какое сегодня число, да, знает.
Малфой схватился за голову, едва не попав локтем по носу Гермионе.
— Так… — заплетающимся языком произнес он. — Что же теперь… а, ладно, пошли! — приглашающий жест в сторону столика с шампанским и остальными излишествами.
— Прошу прощения? — гермионин безусловно богатый словарный запас оказался бесполезным в такой ситуации.
Лицо Малфоя украсила кривая ухмылка:
— Пошли, присядем, заполним эти твои бумаги, — повторил он. — Зачем добру пропадать-то? Добби так старался… — сарказмом от этих слов веяло просто убойным. — Не ломайся, Грейнджер, все равно наверняка ты сегодня ни с кем не встречаешься.
Гермиона почувствовала, как кровь приливает к щекам, ушам и даже шее. Откуда этот зараза узнал…
— Я думал, что магглы умеют пользоваться календарями, Грейнджер, — лениво процедил Малфой. В этот раз он сам встретил Гермиону перед входной дверью и даже провел в холл.
— Прошу прощения? — Гермиона вскинула брови. Весь ее вид говорил о том, что фразу ни в коем случае не стоит воспринимать буквально.
— Календари, Грейнджер, — уже не скрывая отвращения, произнес Малфой. — Такие, знаешь ли, бумажные изделия с циферками. Вот ты просыпаешься утром, с трудом освобождаешь глаза от этой своей мочалки на голове, и видишь — четырнадцатое. Не пятнадцатое, которое Драко Малфой обвел в своем календаре траурной рамочкой, а, Мерлин тебя разрази, четырнадцатое! — он почти сорвался на крик, но потом резко умолк, продолжая буравить лицо Гермионы свирепым взглядом.
Ситуацию слегка разрядило появление Добби.
— Где ты шлялся, позволь тебя спросить? — гнев Малфоя нашел себе другого адресата. — Почему я сам должен впускать гос… Грейнджер?
— Добби работал в кабинете, хозяин Драко! Добби там все подготовил! — гордости домовика, казалось, не было предела.
— Так почему ты притащилась сегодня? — внезапно уставшим голосом переспросил Малфой.
— Если ты более внимательно посмотришь на календарь, то после некоторых не свойственных тебе умственных усилий заметишь, что пятнадцатое — суббота! — огрызнулась Гермиона. Мысленно она добавила также обращение «олух».
— Пойдемте, Добби там все подготовил, — чуть ли не подпрыгивая от возбуждения, повторил домовик.
— Мерлин, не хватало мне на сегодня Грейнджер, еще домовик, пожалуй, с ума сходит, — со страдальческой миной произнес Малфой. — Ну пошли, что ли, этот, — небрежный кивок в сторону лучащегося счастьем Добби, — все равно не отстанет. Если уж что-то взбрело в голову…
Гермиона пожала плечами и направилась вслед поднимающейся по лестнице странной парочке. Портреты в коридорах глядели на нее кто с изумлением, кто со злостью, но предпочитали хранить молчание. Ковер под ногами создавал ощущение, как будто она шагает по густой траве. На какой-то миг Гермионе даже почудился свежий запах июньского луга, но наваждение быстро схлынуло. Идущий впереди Малфой открыл массивную темно-коричневую дверь, но, заглянувши в помещение, встал как вкопанный, причем повернулся так, чтобы заслонить собой вход в кабинет.
Однако, когда это мисс Грейнджер могли остановить мелочи наподобие тощих (очевидно, плохо питающихся) надзираемых! Она решительным движением плеча отпихнула изображающего ледяную скульптуру Малфоя и засунула голову в помещение. Скульптур в коридоре стало две. Взгляд Гермионы сразу запнулся о блестящее ведерко, по всей видимости, со льдом, из недр которого торчало горлышко бутылки из зеленого стекла. Рядом на столике стояли два изящных бокала, тарелка с клубникой, вазочки с сливочным мороженым… у Гермионы закружилась голова. Она подняла глаза выше и сдавленно ахнула. Под потолком, подчиняясь звукам неслышимой музыки, кружили толстые шоколадные ангелочки, оснащенные луками и колчанами со стрелами. Один как раз задумчиво целился в светловолосую макушку рядом с гермиониной. В воздухе витал одуряющий запах роз, и не мудрено: лепестки красного, бордового и алого цвета плыли по помещению, то и дело образовывая два сцепленных сердечка.
— Убью паршивца! — Малфой наконец-то оттаял и начал вращать глазами в поисках провинившегося домовика. Гермиона внутренне возликовала. Это выражение хорошо впишется в картину, тщательно создаваемую ею для служебных нужд.
— Добби все сделал правильно, хозяин Драко! — послышался возмущенный писк предполагаемой жертвы маньяка. — Добби знает, какое сегодня число, да, знает.
Малфой схватился за голову, едва не попав локтем по носу Гермионе.
— Так… — заплетающимся языком произнес он. — Что же теперь… а, ладно, пошли! — приглашающий жест в сторону столика с шампанским и остальными излишествами.
— Прошу прощения? — гермионин безусловно богатый словарный запас оказался бесполезным в такой ситуации.
Лицо Малфоя украсила кривая ухмылка:
— Пошли, присядем, заполним эти твои бумаги, — повторил он. — Зачем добру пропадать-то? Добби так старался… — сарказмом от этих слов веяло просто убойным. — Не ломайся, Грейнджер, все равно наверняка ты сегодня ни с кем не встречаешься.
Гермиона почувствовала, как кровь приливает к щекам, ушам и даже шее. Откуда этот зараза узнал…
Страница 2 из 7
