Дело улыбающейся Евы

Мне всё время кажется, что я сообщаю слишком много подробностей или о жизни клиентов, или о своём отношении к главному герою записок.

— Опасаетесь, что у читателей создастся впечатление, что главный герой знает всё на свете, кроме того факта, что Земля вращается вокруг Солнца? — улыбнулся Майкрофт. — Симпатия автора к своему герою — вовсе не плохо, я думаю. Она передастся читателям, героя полюбят. А остальное придёт с опытом. Я люблю криминальные романы, как это ни странно, и читал достаточно, так что могу сравнивать. Я считаю, что у вас хороший слог. К тому же в рассказах вы сможете давать публике и нужные вам сведения, если таковой случай представится. А имена клиентов легко изменять, как и опускать некоторые ненужные публике подробности. Главное, подумайте, доктор Уотсон, сколь многие люди будут вам благодарны, получив действительно увлекательную книгу.

Я не мог разделить шутку Майкрофта по поводу системы Коперника, потому что уже знал, с чем был связан тот странный разговор. Занятно, что по поводу рассказов По или Габорио у Шерлока было мнение, противоположное мнению брата.

— Возможно, стоит попробовать — как только накопится достаточно материала, чтобы выбрать и учесть некоторую давность истории.

— Непременно стоит, доктор, — кивнул Майкрофт. — Со своей стороны готов всецело вам помочь с издателем, который возьмёт на себя все хлопоты. Вам нужно будет только писать рассказы.

Шерлок сложил бумаги в папку и с удивлением посмотрел на брата, но ничего не сказал. Я не мог не отметить, что в присутствии Майкрофта лицо его теряет обычную невозмутимость и яснее выражает чувства. Несмотря на всю непохожесть, братья, несомненно, любили друг друга.

— Я не заметил здесь неточностей, — сказал Холмс-младший.

— Спасибо, мой мальчик. Значит, я своё «дело» закрываю и вплотную перехожу к судьбе несчастной мыши… А как твои успехи? Вы закончили с расследованием смерти артистки?

— Я предоставляю рассказывать тому, кто в этом мастер, — Шерлок посмотрел на меня. — Тем более там больше мелодрама…

— Мой мальчик, — Майкрофт с упрёком посмотрел на него.

Я рассмеялся.

— На самом деле, я уверен: ваш брат взялся за это расследование только от скуки. Он бедному Макдональду и поработать-то не дал.

— Хорошо, я весь внимание, — мистер Холмс удобнее устроился в кресле. — И уже предвкушаю, что вы когда-нибудь опишите это дело на бумаге.

— Целиком поддерживаю, — неожиданно произнёс Шерлок. — Это будет занимательная история для широкой публики.

Мы засиделись за разговорами и вышли из клуба все вместе. Майкрофт попрощался с нами и направился через дорогу к такому же фешенебельному знанию, что и клуб.

— Брат занимает там второй этаж, — Холмс указал тростью в нужном направлении. — Кэб!

Возница остановился у обочины, и мы поехали домой.

— Послушайте, неужели вашему брату было правда интересно? — спросил я, откидываясь на спинку сиденья.

— Вы думаете, он из вежливости слушал вас два часа? — усмехнулся Шерлок. — Не волнуйтесь, Майкрофт любит занимательные истории. И он не так уж часто может провести вечер в приятной компании.

— Он очень обаятельный человек, — заметил я.

Холмс улыбнулся.

— Но сибарит, вы правы.

Мой друг улыбнулся ещё шире.

— И очень вас любит, — расхрабрился я, — это видно.

Холмс бесшумно рассмеялся.

— Мой дорогой, я уже понял, что Майкрофт вам понравился. Я рад. — Он мимолётным жестом тронул моё колено. — И должен заметить, вы ему тоже.

— Можно полюбопытствовать: он действительно убеждённый холостяк?

— Он бы женился, если вы об этом, просто он считает любые отношения слишком утомительными, а уж брак… Он иногда поговаривает, что мне достался весь темперамент нашей семьи, а на нём природа решила отдохнуть.

Надо сказать, Майкрофт вырос в моих глазах ещё больше: какое редкое понимание чувств брата. Но вот насчёт лени я был не согласен с Шерлоком, вспомнив, что Майкрофт говорил о Леонардо. Наверное, ему найти себе ровню намного тяжелее — от женщин такого не ждёшь, и не в силу каких-то одиозных выкладок священников и некоторых моих коллег, а просто в силу того воспитания, что они получают. Хотя я знавал одну пару, где муж с женой были друзьями и полностью разделяли интересы друг друга, но это большая редкость.

— По вашему лицу я вижу, что вы не согласны со мной, — сказал Холмс, — хотя не понимаю, с чем тут можно не согласиться?

Я попытался объяснить ему мою мысль.

— Вы думаете: дело в этом? К сожалению, если ты сидишь всё время в четырёх стенах, тебе с неба не упадёт какая-нибудь женщина-врач.

— Почему именно врач?

— А кто ещё из женщин сейчас получает мало-мальски приличное образование? Любовь любовью, но если ты закончил Оксфорд по трём направлениям…

— Правда?