Фандом: Гарри Поттер. Очередная вариация на тему закона о браках. По моему мнению, весьма консервативное магическое общество, каким его рисует Дж. Роулинг, вполне могло пойти и на такой шаг, тем более что третью подобную войну магическая Британия может просто не пережить по тем причинам, что некому будет воевать.
Добавить в моё избранное
46 мин, 54 сек 19571
— Я никогда такого не испытывала.
— Теперь ясно, почему вы смогли победить красноглазую рептилию. Отец, похоже, сделал правильный выбор.
— Какой выбор?
— Грейнджер, не задавай лишних вопросов. Вечером все узнаешь. Ах, да, это тебе, — с такими словами парень протянул потрясенной девушке тоненькую золотую цепочку с кулоном в виде пера. — Это портал к «La Gavroche», он зачарован на 17:58. Да бери уже, я ведь не змею тебе подсовываю, а всего лишь украшение.
— С какой стати я должна тебе верить? А портал я могу зачаровать и сама.
— Ох, — парень застонал и схватился за голову, — ты можешь хоть раз не задавать бессмысленных вопросов? Клянусь тебе честью рода Малфоев, что не имею намерения причинить тебе вред.
— Нет у вас ни чести, ни совести, Малфой, — развеселилась Гермиона. — Ладно, давай сюда свою подвеску, придется поверить.
— Он же вернет тебя обратно. Пароль — Ad gloriam2, надеюсь, запомнишь.
— Не наглей.
Девушка застегнула цепочку на шее. Что уж говорить, у Малфоев был вкус. Эта, на первый взгляд, безделица оказалась очень искусно сделанной золотой подвеской, выполненной в виде пера феникса. Ничего лишнего — сдержанно, благородно и изящно; не та грубая бижутерия, которая вечно бренчала на Лаванде, Парвати и еще паре девушек с других факультетов.
— Красиво. Но неужели нельзя было взять что-нибудь попроще?
— Так захотел отец.
— А почему золото? Я думала, вы больше любите серебро и платину, ну, в смысле, просто вам эти металлы больше подходят, и… — Девушка смутилась и залилась краской, слишком интимно прозвучал вопрос, так, как будто она думала о них. Малфой, казалось, не заметил ее смущения.
— Она мамина. Она надевала комплект только раз в год, на день весеннего равноденствия.
— Извини.
— Грейнджер, ты извиняешься третий раз за день, тебе не кажется, что это многовато?
— Я просто воспитанный человек, — Гермиона обиженно вздернула голову, — и потому понимаю, что раз уж я влезла туда, куда меня не приглашали, я обязана извиниться. А в таких личных вопросах и подавно, любопытство все равно, что наглость.
— Ты всегда наглая, это уже не лечится.
— Ну, знаешь что! — Девушка развернулась и направилась к выходу.
— Эй, не забудь, что ты идешь в ресторан, надень что-нибудь, хоть отдаленно напоминающее женскую одежду, ну, если она у тебя, конечно, есть.
Гермиона ничего не ответила, только прибавила шаг и вскоре скрылась за дверью библиотеки. Парень усмехнулся.
— Все-таки Гриффиндор — это диагноз, — тихонько прошептал он себе под нос. — Какая она наивная, она даже не предположила, что я сейчас могу передать палочку отцу через камин. Эх, Грейнджер, твоя доверчивость в самых неожиданных ситуациях тебя однажды точно погубит…
Волшебница была в ярости. Нет, она, конечно, понимала, что не является образцом изысканной женской моды, но вкус-то у нее есть, и она получше Малфоев знает, что следует надевать в маггловский ресторан.
До назначенной встречи оставалось не так уж много времени, и Гермиона тихо порадовалась тому, что большинство студентов сейчас в Хогсмиде, а значит, ее шансы незаметно улизнуть возрастают, так как объяснять местными сплетницами куда, зачем и к кому она направилась, ей хотелось меньше всего.
К пяти часам девушка металась по комнате, как львица в клетке. Сорвалась на Рона, так некстати решившего пригласить ее прогуляться по Хогсмиду, выставила Джинни, когда та решила излить ей свои проблемы, заключавшиеся в размере бриллианта на кольце, и едва не сорвала голос, разнимая затеявших шуточную потасовку первокурсников. Ожидание встречи выматывало нервы, поэтому Гермиона решила выйти пораньше и просто прогуляться на свежем воздухе до того времени, когда сработают чары.
Портал перенес ее точно ко входу ресторана. На ее счастье, случайных свидетелей не оказалось, и девушка перевела дух.
— Вы позволите, мисс? — Глубокий спокойный голос раздался прямо над ухом, и Гермиона несолидно шарахнулась в сторону. — Простите, мисс Грейнджер, я вас напугал.
— Н-ничего, все в порядке, — Гермиона выпрямилась, — но это было несколько неожиданно.
— Еще раз прошу меня извинить. — С этими словами Люциус Малфой предложил руку Гермионе, и той ничего не осталось, как опереться на нее.
Ресторан был великолепен. Изысканный, но в то же время сдержанный, он был тем, что следовало охарактеризовать как аскетичная царственность. Малфой подвел ее к столику у окна и жестом подозвал официанта. Гермиона осмотрелась. Обстановка этого помещения не совсем располагала к романтике, скорее — к деловому общению, но это не мешало ей внимательно подмечать мелкие детали. Красивая гобеленовая обивка на маленьких диванчиках, шелковые скатерти, отделанные, вероятно, венецианским кружевом, явно дорогая и старинная люстра, возможно, из богемского стекла, ненавязчивая музыка, вышколенные официанты — все говорило в пользу Малфоя-старшего, столь удачно выбравшего именно это заведение.
— Теперь ясно, почему вы смогли победить красноглазую рептилию. Отец, похоже, сделал правильный выбор.
— Какой выбор?
— Грейнджер, не задавай лишних вопросов. Вечером все узнаешь. Ах, да, это тебе, — с такими словами парень протянул потрясенной девушке тоненькую золотую цепочку с кулоном в виде пера. — Это портал к «La Gavroche», он зачарован на 17:58. Да бери уже, я ведь не змею тебе подсовываю, а всего лишь украшение.
— С какой стати я должна тебе верить? А портал я могу зачаровать и сама.
— Ох, — парень застонал и схватился за голову, — ты можешь хоть раз не задавать бессмысленных вопросов? Клянусь тебе честью рода Малфоев, что не имею намерения причинить тебе вред.
— Нет у вас ни чести, ни совести, Малфой, — развеселилась Гермиона. — Ладно, давай сюда свою подвеску, придется поверить.
— Он же вернет тебя обратно. Пароль — Ad gloriam2, надеюсь, запомнишь.
— Не наглей.
Девушка застегнула цепочку на шее. Что уж говорить, у Малфоев был вкус. Эта, на первый взгляд, безделица оказалась очень искусно сделанной золотой подвеской, выполненной в виде пера феникса. Ничего лишнего — сдержанно, благородно и изящно; не та грубая бижутерия, которая вечно бренчала на Лаванде, Парвати и еще паре девушек с других факультетов.
— Красиво. Но неужели нельзя было взять что-нибудь попроще?
— Так захотел отец.
— А почему золото? Я думала, вы больше любите серебро и платину, ну, в смысле, просто вам эти металлы больше подходят, и… — Девушка смутилась и залилась краской, слишком интимно прозвучал вопрос, так, как будто она думала о них. Малфой, казалось, не заметил ее смущения.
— Она мамина. Она надевала комплект только раз в год, на день весеннего равноденствия.
— Извини.
— Грейнджер, ты извиняешься третий раз за день, тебе не кажется, что это многовато?
— Я просто воспитанный человек, — Гермиона обиженно вздернула голову, — и потому понимаю, что раз уж я влезла туда, куда меня не приглашали, я обязана извиниться. А в таких личных вопросах и подавно, любопытство все равно, что наглость.
— Ты всегда наглая, это уже не лечится.
— Ну, знаешь что! — Девушка развернулась и направилась к выходу.
— Эй, не забудь, что ты идешь в ресторан, надень что-нибудь, хоть отдаленно напоминающее женскую одежду, ну, если она у тебя, конечно, есть.
Гермиона ничего не ответила, только прибавила шаг и вскоре скрылась за дверью библиотеки. Парень усмехнулся.
— Все-таки Гриффиндор — это диагноз, — тихонько прошептал он себе под нос. — Какая она наивная, она даже не предположила, что я сейчас могу передать палочку отцу через камин. Эх, Грейнджер, твоя доверчивость в самых неожиданных ситуациях тебя однажды точно погубит…
Волшебница была в ярости. Нет, она, конечно, понимала, что не является образцом изысканной женской моды, но вкус-то у нее есть, и она получше Малфоев знает, что следует надевать в маггловский ресторан.
До назначенной встречи оставалось не так уж много времени, и Гермиона тихо порадовалась тому, что большинство студентов сейчас в Хогсмиде, а значит, ее шансы незаметно улизнуть возрастают, так как объяснять местными сплетницами куда, зачем и к кому она направилась, ей хотелось меньше всего.
К пяти часам девушка металась по комнате, как львица в клетке. Сорвалась на Рона, так некстати решившего пригласить ее прогуляться по Хогсмиду, выставила Джинни, когда та решила излить ей свои проблемы, заключавшиеся в размере бриллианта на кольце, и едва не сорвала голос, разнимая затеявших шуточную потасовку первокурсников. Ожидание встречи выматывало нервы, поэтому Гермиона решила выйти пораньше и просто прогуляться на свежем воздухе до того времени, когда сработают чары.
Портал перенес ее точно ко входу ресторана. На ее счастье, случайных свидетелей не оказалось, и девушка перевела дух.
— Вы позволите, мисс? — Глубокий спокойный голос раздался прямо над ухом, и Гермиона несолидно шарахнулась в сторону. — Простите, мисс Грейнджер, я вас напугал.
— Н-ничего, все в порядке, — Гермиона выпрямилась, — но это было несколько неожиданно.
— Еще раз прошу меня извинить. — С этими словами Люциус Малфой предложил руку Гермионе, и той ничего не осталось, как опереться на нее.
Ресторан был великолепен. Изысканный, но в то же время сдержанный, он был тем, что следовало охарактеризовать как аскетичная царственность. Малфой подвел ее к столику у окна и жестом подозвал официанта. Гермиона осмотрелась. Обстановка этого помещения не совсем располагала к романтике, скорее — к деловому общению, но это не мешало ей внимательно подмечать мелкие детали. Красивая гобеленовая обивка на маленьких диванчиках, шелковые скатерти, отделанные, вероятно, венецианским кружевом, явно дорогая и старинная люстра, возможно, из богемского стекла, ненавязчивая музыка, вышколенные официанты — все говорило в пользу Малфоя-старшего, столь удачно выбравшего именно это заведение.
Страница 8 из 14
