Демон и Кун

Мальчик сидит на крыше башни, как раз напротив таверны, изо дня в день, с утра до вечера. Видно, как он приглядывается к раненым, лежащим на тонких подстилках во временном лазарете. Бедный имекари, бедный ребенок — Адаар сказал, он умеет чувствовать чужие смерти. Под глазами синяки от бессонных ночей, лицо покрыто шрамами тяжелой жизни — почему он один? Почему никто не велит ребенку слезть вниз и отдохнуть после тяжелого перехода?

Начинается утро. Он обходит двор. Опасность? Враги? Нет.

Он успокаивается. Идет в таверну.

Женщины улыбаются ему. Любят его.

Начинается день. Он возле бревен для сражений. Меч наносит удары, сверху вниз, сверху вниз — разрубить надвое, не оставлять выживших. Так учили Хасрат. Друзья. Братья.

Начинается ночь. Нужно отвернуться — много раненых, многим можно помочь.

Нужно уходить.

Вашедан ….

Мальчик оказался демоном.

Вашедан, почему Адаар не выгнал его?

Взгляд неживой, пристальный, взрослый — как можно было не заметить этого?

Вашедан.

Начинается утро. Он смотрит на крышу — хочет найти. Беспокоится. Ищет взглядом, проверяет углы. Никто не скроется.

Исчезнуть, раствориться, стать никем. Невидимкой. Так не заметит.

Перестанет волноваться, пойдет в таверну. Там женщины, они его любят.

Начинается день. Он ищет — пристально смотрит в глаза, но не видит. Пронзает взглядом насквозь.

Никто не укроется. Нет. Укрыться может только никто.

Пришлось проверить весь замок — басра … ни черта не смыслят в стратегии. Построить такие стены, оставить столько потайных лазов — зачем? Чтобы проще было шпионам? Бен-Хасрат смеются над ними, вычерчивая карты по коротким письмам. Адаар хороший воин, но эта чертова крепость их всех погубит. Кто знает, сколько демонов прячется здесь, кроме того мальчишки?

В замке его нет. Ни возле раненых, ни в покоях Адаара.

Нужно рассказать Лелиане. Позор, проклятье, но лучше покрыть себя позором единожды, чем проснуться от чужого кинжала под ребрами.

Начинается утро. Он снова ищет. Женщины спрашивают о нем, друзья беспокоятся. Он ищет, но начинает терять. Нужно заставить его забыть. Исчезнуть окончательно. Подобраться поближе и раствориться в его сне. Стать призраком, бессмысленным воспоминанием.

— Доброе утро, Железный Бык!

— Вашедан!

Он смотрит настороженно. Он испуган. Рука на рукояти. Переставляет ноги. Так удобнее бить.

— Ты не помнишь меня, Железный Бык.

— Ошибаешься, демон.

Пальцы сжимают кожаную рукоять. Тяжелый вдох. Братья учили бить сверху вниз.

— Ты должен меня забыть.

— Это еще что за игры?

Сомнение. Пальцы замирают. Воздух в груди бесполезен. Нельзя бить на вдохе. Подобрать слова. Заставить забыть, стать никем.

— Ты не помнишь, кто я, Железный Бык.

— Прекрати сейчас же, демон!

Ярость. Гнев. Он напуган. Боится, что слова настоящие. Боится забыть. Потерять рассудок. Лишиться свободы. Нужно отступить.

— Куда ты делся? Куда ты делся? Вашедан! Проклятый басра!

Он уходит. Теперь можно идти к раненым. Их много. Некоторым уже можно помочь.

Мальчик выглядел странно. Солас утверждает, что он — воплощение милосердия, но черта с два это так. Мальчик — демон. И все же он выглядел странно. Хотел сказать что-то важное, твердил одно и то же. «Забудь, забудь», — заладил! Демонов нужно убивать.

Пришлось выяснить, чего он хотел. Пойти к Адаару. Басалитан … рассказал про духов, про то, как они путешествуют из мира демонов в мир людей. Говорил долго, вспоминал мертвых. Рассказал, кем раньше был Коул. Упомянул Круг Ферелдена. Нужно отправить письмо Бен-Хасрат, выяснить больше. Если мальчишка действительно попал в переплет, лучше всего будет отправить его домой. Он должен понять такую милость — не зря ведь каждый вечер он сидит в лазарете, вспоминая чужие жизни. Вашедан, мерзость! Копается в мыслях умирающих.

Начинается утро. Он не приходит во двор. Не появляется в таверне. Его нет в залах с едой. Нет в саду.

Он в комнате.

Сон. Утес. Волны бьются о скалы. Шумит дождь. Искренний друг с лисьими волосами предлагает помощь. Нужно соглашаться. Нужно спасти братьев. Помочь кадану ….

Кадан. Красивое слово.

Нужно помочь. Огонь летит в небеса. Растворяется в вечернем сумраке. Теперь братья будут спасены.

Черные силуэты. Посохи, мечи, луки. Опасность! Они поднимаются на утес. Нет! Нет! Они идут не туда! Не туда! Кадан смотрит печально. Просит отвернуться. Нет! Нужно смотреть. Нужно чувствовать вину.

Пепел.

— Вашедан! Что ты здесь делаешь?!

— Не спится, простыня пропиталась потом, страшно позвать тамаccран …. В темноте таятся тени. Если залезет в голову, как его потом вытащить? Все чешется, дрожь, слезы остывают на щеках.