Lullaby

— А вот и нет, — торжествующе вмешивается Гермиона. — Перед тем, как меня парализовало, я успела сделать копию хоркрукса, а настоящий спрятала в сумочку. Так что не зря мучилась.

Снейп удивленно смотрит на Гермиону, потом хмыкает и шутливо склоняет голову в поклоне:

— Простите, что сомневался в вас, миледи, — уголки его губ приподнимаются. — Но давайте впредь вы не будете лезть в пекло, не посоветовавшись хотя бы со мной? Я пришлю вам клык василиска совиной почтой, думаю, вы заслуживаете право убить хоркрукс собственноручно.

— А Кэрроу? Они…

— Поппи стерла им память. Теперь никто снова не знает, что я шпион Дамблдора. Гарри, ты доешь или мне в тебя эту кашу силой запихать?…

Мы с мужем вместе убирали его кабинет, устраняя последние следы учиненного Кэрроу безобразия, весь день. Я, проспавший три дня, не могу уснуть, а он вырубается мгновенно, так что у меня есть много времени на размышления. Снейп спит беспокойно — царапает ногтями подушку, ворочается, а под самое утро начинает что-то неразборчиво шептать. Прислушиваюсь:

— Альбус, ты обещал… Я пытаюсь, у меня не получается… Альбус, что делать?

Его голос наполнен таким страданием, что сердце сжимается, и я решаю подыграть мужу:

— Северус, напомни, что я обещал? — шепчу я, придвинувшись так близко, что едва не касаюсь губами уха мужа.

— Мальчишка… Я не должен был… Почему он так на меня действует? — лихорадочно шепчет муж в подушку. — Он как наркотик… Хочу его, Альбус, ты обещал, что я не буду его хотеть, ты обещал!

От такого заявления впадаю в ступор: а при чем тут его влечение ко мне и Дамблдор? Впрочем, муж не дает мне долго гадать — его как прорвало:

— Хотя бы раз… Но я ему противен, Альбус… Что со мной? Даже с Лили… Никогда так не было… Альбус, ты меня обманул!

Резко вдохнув, как всхлипнув, Снейп открывает глаза и долго бессмысленно пялится в потолок, пока я, не смея дышать, притворяюсь спящим.

— Сон… — муж устраивается поудобнее и подтягивает меня к себе. — Тсс, Гарри, спи, утро еще не скоро.

Потом я ощущаю поцелуй в ухо. Потом с меня снимают Слезу. И тихая, мурлычащая мелодия уносит меня в страну грез, к волшебным, сотканным из воды и света птицам, зверям, людям…

Глава 8 (Рейтинг!)

— Когда ты перестанешь себя калечить? — ругаюсь я, смешивая в пиале ингредиенты для восстанавливающего связки зелья. — Я прекрасно сплю и без твоих песенок! В следующий раз я просто проглочу Слезу, и ты не сможешь ее снять, понял?

С глухим стуком ставлю перед угрюмо проверяющим пергаменты мужем полную пиалу зелья и бесцеремонно сую туда палец.

— Ты что? — удивленно приподнимает брови Снейп, глотая свое зелье залпом. — Горло болит?

— Оно так необыкновенно пахнет, — задумчиво разглядываю я густую, стекающую по пальцу жидкость. — И на мед похоже. Наверное, вкусное…

— Ну-ну, — насмешливо хмыкает Снейп, опуская глаза.

Через мгновение мой возмущенный вопль снова прерывает его работу:

— Черт, почему ты не сказал, что оно настолько горькое? Как ты это пьешь? Да еще полную пиалу???

— Привык, — муж не отрывается от пергамента, тщательно расчеркивая его красным. — Я пью его с младенчества.

— Я думал, ты его сам изобрел, — озадаченно морщусь я, пока вкусовые рецепторы проклинают меня за глупость.

— Нет, — Снейп берет другой пергамент, смотрит на него пару секунд, размашисто ставит под коротеньким текстом «Тролль» и сминает. — Состав придумала мама, и если бы не она, я потерял бы голос в колыбели. Гарри, если ребенок не спит, он орет. А я еще не умел контролировать свое проклятие.

— Проклятие? — шепотом переспрашиваю я: голос почему-то срывается. — Это великий дар, а не проклятие. Ты спас Рона и Гермиону от Упивающихся, ты своими колыбельными снимаешь последствия моих выбросов… Если бы мне такой голос, я бы уже накричал на Вол…

— Гарри!

— Чтобы он сдох в муках, — сжимаю я кулаки, избегая смотреть в глаза мужу. — Но ты, наверное, не можешь, иначе бы давно накричал…

— Я собирался, — муж трет глаза и тянется за новым пергаментом. — Но Альбус мне запретил. Дело в том, Гарри, что я могу шпионить за Темным Лордом, лгать ему, делать зелья-пустышки, но не убить. Прежде чем Лорд умрет от моего крика, у меня рассосется мозг или я истеку кровью.

Меня передергивает — ничего себе перспектива! А жаль… Было бы неплохо, если бы Снейп мог убить Волдеморта так же, как и тех Упивающихся…

Я не отхожу от мужа весь день: сижу рядом, пока он проверяет пергаменты, болтаю ногами, сидя на табуретке в углу лаборатории, пока он варит зелья, и отстаю, лишь когда Северус идет в душ, чтобы смыть с кожи едкие пары. Это мне на руку, это я планировал — быстро наложенное заклинание Подглядывания, и я уже цепенею, разглядывая в прозрачное окошко в двери обнаженное, гибкое тело мужа.