Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Идет первый год гражданской войны за трон Барраяра. Провозгласивший себя императором Эзар Форбарра прилагает все силы, чтобы укрепить свои позиции и склонить на свою сторону графов, лишив поддержки прежнего монарха, Юрия Безумного. В ход идет всё — от военной дезинформации до матримониальных расчетов. Однако в замке графа Форратьера Эзару и его людям придется столкнуться с чередой совершенно непредвиденных обстоятельств…
Добавить в моё избранное
161 мин, 44 сек 9993
Оценив еще с порога монументальное зрелище — фигуру императора во главе стола и замерших, как статуи, оруженосцев за спинкой его стула — входящие браво козыряли и спешили занять свои места. Адъютанты вытягивались в струнку вдвое резвее и щелкали каблуками вдвое громче обычного. В пустом помещении сразу сделалось шумно от гула голосов, топота ног, попискивания коммов и треска замочков офицерских планшетов. Эзар выжидал неподвижно, но со своего места Форкосиган видел, как тот беззвучно барабанит пальцами по лампасу.
Тема совещания была предсказуема — грядущие бои в окрестностях Даркоя, и, разумеется, военные не ждали, что кто-то предложит чудесное решение навязшей в зубах проблемы. Чертова гражданская война. Пусть сам Юрий и псих, но за обе стороны конфликта воюют опытные полководцы, недавно прошедшие двадцатилетнюю школу Цетагандийской и знающие Барраяр как свои пять пальцев. Кто кого перехитрит, решает только случай, а в лобовом столкновении победить можно разве что явным численным преимуществом. Эвакуация форлакиаловских оружейных заводов в разгар войны выглядела реальным, но едва ли популярным выходом из ситуации.
— … Получить фактический перевес в силах ни им, ни нам неоткуда, — закончил очевидным выводом свой доклад генерал Джордан. Старик славился обстоятельностью на грани педантизма, зато можно было быть уверенным, что он не упустит ни одной важной детали. — Следовательно, прогнозируются затяжные бои. Причем навязать их противнику на дальних подступах к городу не позволит рельеф местности.
— … И таким образом враг, как минимум, перережет коммуникации оружейного комплекса, пути доставки сырья от металлургов и технический монорельс, — вставил инженер-полковник Форсмит. — Даже если ему не посчастливится продвинуться в направлении Дельта.
Поморщились все, и последним — император, когда проследил разметку обозначений по карте. Условная линия Дельта на штабных схемах обозначала скоростное шоссе, выводящее прямо к южной промзоне города. Эзар явно хотел бы вмешаться в дискуссию, но предпочел молчать, чтобы не передавливать старших офицеров весом императорского слова. Только спросил:
— Ваши предложения, полковник?
— План постройки укрепрайона, исключительно с целью прикрыть от противника пути эвакуации… — полковник инженерных войск принялся излагать разумные соображения о минимизации потерь. Горячих голов, готовых ручаться, что гарантированно отобьют вражеское наступление, оставив индустриальный район нетронутым, на совещании не оказалось.
Эзар слушал доклад, сосредоточенно отслеживая что-то по штабной «синьке». Его палец двигался резкими рывками, словно целеуказатель на панели его любимого флайера, когда объект преследования неожиданно потерян.
— А вот объект 12-бис — в легенде он тоже расшифрован как оружейные склады. Почему его содержимое не включено в план первоочередной эвакуации? — вдруг поинтересовался он.
По помещению моментально пронесся шелест бумаги и тихий гул вопросов тех, кто тоже впервые обратил внимание на метку на самом краю схемы. Петр тоже наморщил лоб, спешно припоминая…
— Этот, с химоружием массового поражения? Он на консервации, сэр! — первым отозвался коммодор из интендантских частей.
На императорском лице отразился живой неподдельный интерес человека, которому только что сообщили, что дракон в подвале его замка спит уже триста лет, дело привычное и беспокоиться нечего.
— Трофейный фитаин, сэр, еще с войны, — быстро вставил майор химвойск, пока офицеры в чинах постарше быстрым шепотом требовали сведений у своих адъютантов. — Хранилище трехслойное, последнюю проверку проходило пару месяцев назад, меры безопасности задействованы. Эту пакость лучше вовсе не трогать с места, а если потребуется — сжечь. Фитаин при сгорании разлагается на неактивные составляющие, вы же знаете.
— И противнику об этом складе известно? — уточнил Эзар. Подтекст сказанного озвучен не был, но понимали все: Безумный Юрий не постесняется применить мутаген на поле боя, если почувствует, что дела идут скверно. А это — катастрофа, сравнимая с тем, чтобы сбросить на город атомную бомбу.
— Так точно, сэр, известно. Однако семь лет назад периметр охраны хранилища настроили так, чтобы при любом серьзном нарушении активировалась программа самоуничтожения.
— А потенциальную возможность диверсий мы отслеживаем, — веско прибавил молчавший до той поры глава армейской контрразведки.
— Хорошо, — коротко и неопределенно согласился император. — Продолжайте, господа.
До четвертьчасового перекура Эзар больше не ставил докладчиков в тупик неожиданными вопросами, хотя порой морщил лоб. То ли он великодушно отказался от стандартного приема «высокое начальство приезжает и вскрывает недоработки на местах», то ли понял, что сам недостаточно осведомлен о деталях здешней обстановки, и решил не заострять на этом внимание. «А мои орлы тоже хороши», — подумал генерал Форкосиган.
Тема совещания была предсказуема — грядущие бои в окрестностях Даркоя, и, разумеется, военные не ждали, что кто-то предложит чудесное решение навязшей в зубах проблемы. Чертова гражданская война. Пусть сам Юрий и псих, но за обе стороны конфликта воюют опытные полководцы, недавно прошедшие двадцатилетнюю школу Цетагандийской и знающие Барраяр как свои пять пальцев. Кто кого перехитрит, решает только случай, а в лобовом столкновении победить можно разве что явным численным преимуществом. Эвакуация форлакиаловских оружейных заводов в разгар войны выглядела реальным, но едва ли популярным выходом из ситуации.
— … Получить фактический перевес в силах ни им, ни нам неоткуда, — закончил очевидным выводом свой доклад генерал Джордан. Старик славился обстоятельностью на грани педантизма, зато можно было быть уверенным, что он не упустит ни одной важной детали. — Следовательно, прогнозируются затяжные бои. Причем навязать их противнику на дальних подступах к городу не позволит рельеф местности.
— … И таким образом враг, как минимум, перережет коммуникации оружейного комплекса, пути доставки сырья от металлургов и технический монорельс, — вставил инженер-полковник Форсмит. — Даже если ему не посчастливится продвинуться в направлении Дельта.
Поморщились все, и последним — император, когда проследил разметку обозначений по карте. Условная линия Дельта на штабных схемах обозначала скоростное шоссе, выводящее прямо к южной промзоне города. Эзар явно хотел бы вмешаться в дискуссию, но предпочел молчать, чтобы не передавливать старших офицеров весом императорского слова. Только спросил:
— Ваши предложения, полковник?
— План постройки укрепрайона, исключительно с целью прикрыть от противника пути эвакуации… — полковник инженерных войск принялся излагать разумные соображения о минимизации потерь. Горячих голов, готовых ручаться, что гарантированно отобьют вражеское наступление, оставив индустриальный район нетронутым, на совещании не оказалось.
Эзар слушал доклад, сосредоточенно отслеживая что-то по штабной «синьке». Его палец двигался резкими рывками, словно целеуказатель на панели его любимого флайера, когда объект преследования неожиданно потерян.
— А вот объект 12-бис — в легенде он тоже расшифрован как оружейные склады. Почему его содержимое не включено в план первоочередной эвакуации? — вдруг поинтересовался он.
По помещению моментально пронесся шелест бумаги и тихий гул вопросов тех, кто тоже впервые обратил внимание на метку на самом краю схемы. Петр тоже наморщил лоб, спешно припоминая…
— Этот, с химоружием массового поражения? Он на консервации, сэр! — первым отозвался коммодор из интендантских частей.
На императорском лице отразился живой неподдельный интерес человека, которому только что сообщили, что дракон в подвале его замка спит уже триста лет, дело привычное и беспокоиться нечего.
— Трофейный фитаин, сэр, еще с войны, — быстро вставил майор химвойск, пока офицеры в чинах постарше быстрым шепотом требовали сведений у своих адъютантов. — Хранилище трехслойное, последнюю проверку проходило пару месяцев назад, меры безопасности задействованы. Эту пакость лучше вовсе не трогать с места, а если потребуется — сжечь. Фитаин при сгорании разлагается на неактивные составляющие, вы же знаете.
— И противнику об этом складе известно? — уточнил Эзар. Подтекст сказанного озвучен не был, но понимали все: Безумный Юрий не постесняется применить мутаген на поле боя, если почувствует, что дела идут скверно. А это — катастрофа, сравнимая с тем, чтобы сбросить на город атомную бомбу.
— Так точно, сэр, известно. Однако семь лет назад периметр охраны хранилища настроили так, чтобы при любом серьзном нарушении активировалась программа самоуничтожения.
— А потенциальную возможность диверсий мы отслеживаем, — веско прибавил молчавший до той поры глава армейской контрразведки.
— Хорошо, — коротко и неопределенно согласился император. — Продолжайте, господа.
До четвертьчасового перекура Эзар больше не ставил докладчиков в тупик неожиданными вопросами, хотя порой морщил лоб. То ли он великодушно отказался от стандартного приема «высокое начальство приезжает и вскрывает недоработки на местах», то ли понял, что сам недостаточно осведомлен о деталях здешней обстановки, и решил не заострять на этом внимание. «А мои орлы тоже хороши», — подумал генерал Форкосиган.
Страница 3 из 46
