Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Идет первый год гражданской войны за трон Барраяра. Провозгласивший себя императором Эзар Форбарра прилагает все силы, чтобы укрепить свои позиции и склонить на свою сторону графов, лишив поддержки прежнего монарха, Юрия Безумного. В ход идет всё — от военной дезинформации до матримониальных расчетов. Однако в замке графа Форратьера Эзару и его людям придется столкнуться с чередой совершенно непредвиденных обстоятельств…
Добавить в моё избранное
161 мин, 44 сек 10076
Допрашивать его сына? Хотя…
— Что он натворил?
— Несанкционированное проникновение на охраняемую территорию, м'лорд, — отбарабанил Берт, поспешая за размашисто шагающим графом.
— А по-человечески?
— А по-человечески, — пояснил показавшийся из-за поворота Негри, — это означает, что ваш неугомонный сынок, граф Форкосиган, пробрался в обход караульного поста в комнату Эбернетти. Да-да, того самого свидетеля и соучастника по делу о покушении на императора. И нет, я не знаю, на кой черт им с форратьерским племянником это понадобилось. Допрос, между прочим, для того и предназначен, чтобы это выяснить. Кстати, с вашей стороны будет любезно не вмешиваться, пока я стану его расспрашивать.
Соучастник убийцы находился один на один с его сыном? Мальчишка Форратьеров не в счет… Петр подумал и решил, что задавать вопрос «Эйрел не пострадал?» — ниже его достоинства, к тому же он вскоре сам парня увидит, да и случись с ним что-то серьезное, им бы занимались медики, а не СБ.
И точно, тот ждал их спокойно. Волосы встрепаны не больше обычного, мундир в порядке, ссадин нет. А что физиономия виноватая, так это не удивительно. Петр кивком отослал оруженосца, подвинул себе стул. Негри щелкнул кнопкой диктофона, привычной скороговоркой назвал время и обстоятельства.
— Эйрел Форкосиган, — начал он официально, — расскажи, при каких обстоятельствах ты оказался задержан СБ.
— А я задержан? Ух. — Эйрел пожал плечами, посмотрел на отца. — Извините, сэр. А мне сказали, что это вы меня ищете.
— Я бы хотел в первую очередь услышать, за что именно задержан лорд Форкосиган, — произнес граф с нажимом.
Негри поморщился, но все же не напомнил графу вслух о своей настоятельной просьбе помолчать, пока он будет допрашивать его сына.
— Не за что, а по какой причине. Задержан как свидетель в деле о государственной измене. Надеюсь, этого объяснения достаточно, чтобы в дальнейшем отвечать на мои вопросы, а не задавать свои, — с намеком добавил он для обоих Форкосиганов сразу.
— Конечно, сэр, — смешался Эйрел. Словосочетание «государственная измена» кого угодно заставит отнестись к делу со всем вниманием. — А что я такого сделал?
— Как вы с Генри Форратьером проникли в комнату Эбернетти?
— Так… через шкаф же! — В ответ на недоуменный взгляд Негри мальчик пояснил: — Там все просто, сэр. В гардеробной стоит такой здоровенный шкаф, а у него с соседней комнатой общая, как ее там, антресоль. Если убрать коробки, то можно пролезть. А это разве запрещено?
— Запрещено или нет, об этом мы потом поговорим. Сейчас объясни, почему вы открыто не вошли в дверь. Вы видели, что комната охраняется?
— Нет, сэр. Я об этом даже не знал.
— Тогда зачем вам понадобилось тайно забираться через антресоль? — в голосе шефа СБ звучало неприкрытое подозрение.
Эйрел пожал плечами.
— Да мы не то чтобы тайно. Просто мистер Эбернетти нам не открывал. Ребята подумали, его дома нет. А Арман разозлился и сказал, что уже обещал отцу отправить проверенную работу в Академию сегодня и сделает это во что бы то ни стало, и его форратьерское слово никто не нарушит. А раз учитель где-то гуляет, то сам виноват, тогда Арман просто возьмет свою вещь со стола, и ничего такого. Пролезть туда несложно, ребята говорят, они так раньше делали, когда играли, пока приезжего учителя в эту комнату не поселили…
Петр только покачал головой. Конечно, замок принадлежит Форратьерам, а их молодежь чванлива и слишком много о себе воображает. Но все равно, дело ли, чтобы мальчишки относились к учителю, отставному офицеру, как к прислуге и не стеснялись залезть в его комнату? Он еще поговорит с Эйрелом на тему надлежащего уважения к старшим, в каком бы звании те ни были. Впрочем, парень, вовремя прошедший суровую науку у армейских сержантов, подобной ошибки не совершит.
Тем временем Эйрел договорил на едином духу:
— … Но только Арман не поместился, он уже взрослый, на голову меня выше, а вот Генри смог. Только он сразу сказал, что один туда не пойдет, ну, ребята тогда решили, что мне тоже надо попробовать, я мелкий, и у меня получилось… Это ведь их замок, правда же? И ничего плохого мы не делали. Он на нас, в конце концов, даже не рассердился, сэр.
Негри тоже казался слегка ошарашенным таким оборотом дел, но перебил его твердым:
— И об этом тоже потом. Эбернетти ожидал вас?
— Нет. А с чего ему было? Арман не стал же рассказывать заранее, что подошлет к нему кого-то из братцев.
— Чем именно он был занят и как он отреагировал на ваше появление?
— Ну… Удивился. А еще ему было неудобно, потому что перчатку свою он не пристегнул. Он из ванной вышел, голова мокрая, полотенце на плечах и рука, ну… без протеза. Если бы мы знали, что он в ванной, мы бы точно отговорили Армана. Но так уж вышло. Мы извинились.
— Что он натворил?
— Несанкционированное проникновение на охраняемую территорию, м'лорд, — отбарабанил Берт, поспешая за размашисто шагающим графом.
— А по-человечески?
— А по-человечески, — пояснил показавшийся из-за поворота Негри, — это означает, что ваш неугомонный сынок, граф Форкосиган, пробрался в обход караульного поста в комнату Эбернетти. Да-да, того самого свидетеля и соучастника по делу о покушении на императора. И нет, я не знаю, на кой черт им с форратьерским племянником это понадобилось. Допрос, между прочим, для того и предназначен, чтобы это выяснить. Кстати, с вашей стороны будет любезно не вмешиваться, пока я стану его расспрашивать.
Соучастник убийцы находился один на один с его сыном? Мальчишка Форратьеров не в счет… Петр подумал и решил, что задавать вопрос «Эйрел не пострадал?» — ниже его достоинства, к тому же он вскоре сам парня увидит, да и случись с ним что-то серьезное, им бы занимались медики, а не СБ.
И точно, тот ждал их спокойно. Волосы встрепаны не больше обычного, мундир в порядке, ссадин нет. А что физиономия виноватая, так это не удивительно. Петр кивком отослал оруженосца, подвинул себе стул. Негри щелкнул кнопкой диктофона, привычной скороговоркой назвал время и обстоятельства.
— Эйрел Форкосиган, — начал он официально, — расскажи, при каких обстоятельствах ты оказался задержан СБ.
— А я задержан? Ух. — Эйрел пожал плечами, посмотрел на отца. — Извините, сэр. А мне сказали, что это вы меня ищете.
— Я бы хотел в первую очередь услышать, за что именно задержан лорд Форкосиган, — произнес граф с нажимом.
Негри поморщился, но все же не напомнил графу вслух о своей настоятельной просьбе помолчать, пока он будет допрашивать его сына.
— Не за что, а по какой причине. Задержан как свидетель в деле о государственной измене. Надеюсь, этого объяснения достаточно, чтобы в дальнейшем отвечать на мои вопросы, а не задавать свои, — с намеком добавил он для обоих Форкосиганов сразу.
— Конечно, сэр, — смешался Эйрел. Словосочетание «государственная измена» кого угодно заставит отнестись к делу со всем вниманием. — А что я такого сделал?
— Как вы с Генри Форратьером проникли в комнату Эбернетти?
— Так… через шкаф же! — В ответ на недоуменный взгляд Негри мальчик пояснил: — Там все просто, сэр. В гардеробной стоит такой здоровенный шкаф, а у него с соседней комнатой общая, как ее там, антресоль. Если убрать коробки, то можно пролезть. А это разве запрещено?
— Запрещено или нет, об этом мы потом поговорим. Сейчас объясни, почему вы открыто не вошли в дверь. Вы видели, что комната охраняется?
— Нет, сэр. Я об этом даже не знал.
— Тогда зачем вам понадобилось тайно забираться через антресоль? — в голосе шефа СБ звучало неприкрытое подозрение.
Эйрел пожал плечами.
— Да мы не то чтобы тайно. Просто мистер Эбернетти нам не открывал. Ребята подумали, его дома нет. А Арман разозлился и сказал, что уже обещал отцу отправить проверенную работу в Академию сегодня и сделает это во что бы то ни стало, и его форратьерское слово никто не нарушит. А раз учитель где-то гуляет, то сам виноват, тогда Арман просто возьмет свою вещь со стола, и ничего такого. Пролезть туда несложно, ребята говорят, они так раньше делали, когда играли, пока приезжего учителя в эту комнату не поселили…
Петр только покачал головой. Конечно, замок принадлежит Форратьерам, а их молодежь чванлива и слишком много о себе воображает. Но все равно, дело ли, чтобы мальчишки относились к учителю, отставному офицеру, как к прислуге и не стеснялись залезть в его комнату? Он еще поговорит с Эйрелом на тему надлежащего уважения к старшим, в каком бы звании те ни были. Впрочем, парень, вовремя прошедший суровую науку у армейских сержантов, подобной ошибки не совершит.
Тем временем Эйрел договорил на едином духу:
— … Но только Арман не поместился, он уже взрослый, на голову меня выше, а вот Генри смог. Только он сразу сказал, что один туда не пойдет, ну, ребята тогда решили, что мне тоже надо попробовать, я мелкий, и у меня получилось… Это ведь их замок, правда же? И ничего плохого мы не делали. Он на нас, в конце концов, даже не рассердился, сэр.
Негри тоже казался слегка ошарашенным таким оборотом дел, но перебил его твердым:
— И об этом тоже потом. Эбернетти ожидал вас?
— Нет. А с чего ему было? Арман не стал же рассказывать заранее, что подошлет к нему кого-то из братцев.
— Чем именно он был занят и как он отреагировал на ваше появление?
— Ну… Удивился. А еще ему было неудобно, потому что перчатку свою он не пристегнул. Он из ванной вышел, голова мокрая, полотенце на плечах и рука, ну… без протеза. Если бы мы знали, что он в ванной, мы бы точно отговорили Армана. Но так уж вышло. Мы извинились.
Страница 37 из 46
