Чужой

Волчий вой приближался. Рон, плюнув на конспирацию, толка от которой всё равно не было, метался по поляне, выпуская заклятия наугад, и истошно орал.

— За что? За что, мать твою?

А потом взвыл так, что любой оборотень позавидовал бы:

— Мой пла-а-ащ!

Невилл мог бы аппарировать сразу, но вначале он должен был убедиться. Ну и добить оставшихся оборотней, ведь Рон не мог расправиться со всеми — в этом, собственно, и был смысл. Но Рон держался молодцом. Всего два порядком потрёпанных вервольфа: одному не хватало передней лапы и глаза, а второй и вовсе был едва ли не раскромсан на куски, — ещё подавали признаки жизни, когда Невилл спрыгнул с дерева и подошёл к поверженному противнику.

Каждому из оборотней хватило простого Ступефая в сердце. Что же до Рона, то его и добивать не понадобилось. «Даже самые тупоголовые авроры не живут без половины черепа», — так, кажется, говорил их дежурный колдомедик. Что ж, более чем верно.

Немного поразмыслив, Невилл достал из кармана свою палочку, положил её на землю, наступил на один конец ногой и потянул. Раздался сухой треск, ослепительная вспышка — и всё закончилось. Палочка была сломана. Теперь даже если авроры и найдут её где-нибудь в кустах, то никогда не сумеют узнать, какие заклинания он использовал. Конечно, они обнаружат, что на плаще Рона нет чар, но плащ действительно был старым. В последний месяц эксплуатации чары начинают барахлить, поэтому инструкция требовала списывать мантии-невидимки заранее. Но Рон никогда не прислушивался к инструкциям.

Аппарировать Невилл теперь не мог, но у него оставался аварийный порт-ключ.

Спустя две недели

Он увидел её издалека. Прямая спина, широкополая шляпа, из-под которой выбивались локоны. У Невилла даже закружилась голова от волнения, и он опёрся рукой о ближайшее надгробие — потемневшую от времени фигуру ангела с опущенными крыльями.

Разбирательства в Аврорате не заняли много времени. Всем было очевидно, что Невилл сделал всё, что мог, чтобы помочь Рону, но обстоятельства были против них. Отключенные чары Невидимости, сломанная палочка… И всё-таки вдвоём они смогли уничтожить не просто случайную банду оборотней-экстремистов, а едва ли не вторую по численности их базу.

Рона и Невилла обещали представить к наградам. Первого, разумеется, посмертно. Гермиона была занята похоронами, а потом и вовсе куда-то пропала, но Невилл её не винил, понимая, что они должны соблюдать осторожность. И всё-таки сегодня не утерпел. Выразить соболезнование вдове друга и просто давней приятельнице — это ведь вполне нормально?

Она поднялась, собираясь уходить, и Невилл, боясь, что она просто аппарирует, рванул ей наперерез. Когда он вышел — едва не выбежал — из-за ближайшего надгробия, Гермиона посмотрела на него с испугом и недоверием.

— Невилл?

— Да, — он всё ещё не мог отдышаться. — Извини, не хотел тебя напугать.

Он жадно вглядывался в её лицо, полускрытое полями шляпы. Гермиона сильно похудела, под глазами были тёмные, почти чёрные тени, глаза покраснели и опухли. Она казалась более точным воплощением скорби, чем любой плачущий ангел. Впрочем, она и должна была так выглядеть. Чтобы не вызывать подозрений — разве нет?

— Нет-нет, ничего, — она поспешно помотала головой и потупилась. — Ты что-то хотел?

— Только… — он замер в нерешительности, теребя рукав мантии. — Только спросить, как ты?

— Отвратительно.

Она вскинула на него взгляд, полный скорби и ненависти. Невилл даже отшатнулся от неожиданности, как будто получив тычок в грудь. А Гермиона, тем временем, продолжала:

— Но спокойно. За это тебе спасибо. Но… я больше никогда не хочу тебя видеть, Невилл. Никогда.

Она кивнула ему, показывая, что разговор окончен. Развернулась на каблуках и пошла в противоположную сторону кладбища, всё быстрее и быстрее. Словно пыталась убежать от него.

— Гермиона!

Она замерла на месте, но головы не повернула.

— Гермиона, прошу тебя!

— Не надо так кричать.

Её голос был тихим, а сама она стояла далеко, но Невилл почему-то различал каждое слово.

Он подбежал к ней, рывком схватил за плечи и развернул к себе:

— Я не понимаю, Гермиона. Что произошло? Что я сделал не так? Мы же…

— Тсс… — она положила указательный палец на его губы, заставляя замолчать. — Ты что, хочешь, чтобы все об этом узнали?

— Нет, — растерянно пробормотал Невилл, но его сердце забилось сильнее. На какую-то мучительную секунду ему показалось, что он сошёл с ума, а их разговора, когда она попросила его убить Рона, не было. Что это ему приснилось, привиделось, что это была галлюцинация, и он просто выдавал желаемое за действительное. — Но… я всё равно не понимаю.

— А здесь нечего понимать.

Гермиона слегка улыбнулась и высвободилась из его рук.