Сила притяжения

В имуществе экспедиции ценных вещей не было, да и нельзя было им распоряжаться как своим собственным. В личных вещах менвитов вряд ли бы нашлись безделушки, которые не жалко было бы проспорить, а у арзаков и личного имущества не было, за исключением самых необходимых в быту вещей.

— А на что спорят, когда ничего нет? — спросил Мон-Со вслух.

— На действие, наверное, — озадачился Ильсор, пытаясь припомнить жизнь до рабства. — Ну, чтобы вышло не обидно и забавно. Хотите при всех признаться Кау-Руку в любви?

— Что?! — Мон-Со перекосило. — Я?! Ему?! Да никогда! Позориться перед всеми? А потом объяснять, что проспорил арзаку?

— Ага, так вы всё же рассматриваете вероятность, что проиграете, — не сдержался Ильсор. Разговор захватывал его, он был нормальным, человеческим и интересным. — А что, разве проспорить позорно?

— Ну уж нет, я не могу дать повод для кривотолков, которые бросят тень на мою репутацию! — окрысился Мон-Со. — Да я лучше вам в любви признаюсь!

Ильсор почувствовал на себе его взгляд. Повисла тишина, только ветер едва слышно шумел, натыкаясь на камень и шурша песком.

— Я… польщён, мой полковник, — осторожно сказал Ильсор, потупившись как бы в смущении. Разговор из интересного стал опасным. — Правда, очень польщён.

— А генерал, я смотрю, вас вниманием не балует, — протянул Мон-Со. — Я-то думал…

Ещё ниже опустив голову, Ильсор сжался. Ну кто его тянул за язык? Вообразил, что может нормально поговорить с Мон-Со, вот и договорился! Что теперь отвечать?

— Моему господину чужды низменные страсти, — проговорил он дрожащим голосом. — Он думает только о задаче, которую поставил перед ним великий Гван-Ло.

— Ну да, ну да, — иронично ответил Мон-Со. Наверное, сейчас сообразил, что они с Ильсором остались вдвоём в этой пустыне, никто не увидит. А потом можно приказать забыть. Мысль о том, что он всё забудет, немного радовала. Хотя были и гораздо более страшные вещи, чем то, что Мон-Со только что задумал, а это можно и пережить, если отстраниться и не слишком зацикливаться.

— Так что, спорим на секс? — предложил Мон-Со. Ильсор изумился так, что, забывшись, едва не посмотрел ему в глаза.

— Мой полковник? — переспросил он. — Как вы сказали?

— На секс. Если вы выиграете и нас спасёт штурман, то я польщу вам ещё больше. А если нас спасёт кто-то другой, то вам придётся потрудиться. Что вы так алеете, вам такие вещи внове?

Несколько минут Ильсор сидел, молча уставившись на горизонт. Он был загнан в ловушку: яростный и осознанный отказ его выдаст. Для Мон-Со это всё развлечение, он и так может просто приказать отдаться, и загипнотизированный Ильсор будет плакать от счастья, что господин снизошёл до него.

— Не внове, мой полковник, — сказал он наконец. — Но если вы хотите поспорить на самом деле, то следует учитывать и нюансы тоже.

— Какие ещё нюансы?

— Что секс — это вещь обоюдная. И что удовольствие получают обе стороны. Разумеется, если вы не любите, когда ваш партнёр вырывается и рыдает от боли.

Мон-Со презрительно дёрнул плечом:

— Нет, насиловать я не умею, да и какое в этом удовольствие?

— Вот именно, — согласился Ильсор, у которого немного отлегло от сердца. — Значит, кто бы ни выиграл спор, на самом деле выиграют оба.

— Вот ещё, — не согласился Мон-Со. — Ещё скажите что-нибудь про акт любви и доверия. Вы, арзаки, вечно витали в облаках!

— Как я могу вам не доверять? — Ильсор для убедительности даже приложил ладонь к груди. — Вы же не сделаете мне ничего плохого?

— Про любовь вы ничего не сказали, — заметил Мон-Со. — Ну так что, спорим?

Ильсор первым протянул ему руку для пожатия.

Экран волшебного телевизора был тёмным. Страшила обошёл его кругом и пробормотал:

— Ничего не понимаю. Ящик-ящик, будь добренький, покажи нам Ильсора!

— Сломался? — предположил Фред, напряжённо глядя на безжизненный экран.

— А если по-другому? — спросила Энни. — Ящик-ящик, будь добренький, покажи нам лагерь пришельцев!

Экран осветился, и собравшиеся перед телевизором увидели уже знакомую картину: замок Гуррикапа, возвышающуюся за ним громаду космического корабля и суетящиеся на территории фигурки.

— А покажи нам, пожалуйста, Ильсора в лагере, — попросил Страшила. Картинка не изменилась, и правитель Изумрудного города с удивлением обернулся к остальным:

— Неужели Ильсора нет в Волшебной стране?

— Не заставили ли его менвиты отправиться к камням Гингемы? — предположил Железный Дровосек. — Ведь пушки свои они так и не включили.

— Может быть, — пробормотал Страшила. — Ведь ящик не показывает, что происходит за пределами Волшебной страны. Придётся подождать, пока Ильсор вернётся. А пока покажи нам, ящик, рыжего генерала!

На экране показался Баан-Ну, который что-то говорил нескольким стоящим перед ним менвитам.