Фандом: Ориджиналы. Спальня. Юрген в коленно-локтевой — голый, текущий, жаждущий, чтоб его отымели! И омега — нежный одуванчик! В сравнении, конечно же. Так-то выбирал самого крупного в клубе. Ну и что? Из Юргена ручьем смазка, яйца чуть ли не звенят, глаза похотью застилает… а этот? Ладошкой по ягодицам гладит! Пыхтит что-то там позади, мнется. Юрген не сдержавшись, рыкнул: — Давай уже, вставляй! Кому говорю! А что в ответ, Прародителя их во все дыры?! В ответ тихий скулеж: Не могу, я стесняюсь!
Добавить в моё избранное
70 мин, 24 сек 4333
Пусть даже обстановка отчетливо напоминает мечту БДСМ-щика.
Заказали еду с помощью электронного меню. Дитрих рассказывал о заведении, клубе, интересовался чем-то там у Юргена, пребывавшего в состоянии прострации, вел себя обходительно и… конкретно издевательски!
— Знаете, — Юрген прервал поток ничего не значащих слов от Дитриха. — Давайте я просто принесу вам свои извинения и мы разойдемся. Находиться здесь выше моих сил.
Ему и впрямь было худо. Самоконтроль трещал по швам, комната действовала на нервы, омега раздражал. Самое хреновое — через неделю максимум предстояла течка, и Юрген уже испытывал на себе ее предвестников — истеричное состояние, неуравновешенность и неприятный зуд ануса. Бесило еще и отсутствие каких-либо партнеров — провести течку с ним так никто из его любовников и не захотел. Все трое внезапно порвали с Юргеном без объяснения причин.
— Будем считать, что ваши извинения я принял, — Дитрих подождал, пока альфа недоумевающе поднимет на него свои глаза. — Вот только ими одними вы не отделаетесь.
— Что еще? — хрипло спросил Юрген. — Хотите увеличить цену?
— Это, — Дитрих вынул из кармана сложенные листы, расправил их и положил перед альфой. — Вот все, что я выделил. Но не вы меня, а я вас — как полагается. Сегодня.
Юрген смел со стола бокалы и графин с водой, навис над омегой и прорычал ему в лицо:
— Соображаешь, что говоришь?!
Дитрих признался себе, что Юрген и впрямь пугал. Избыток альфа-гормонов давил физически. Да еще и эти габариты, сверкающие гневом глаза, бугрящиеся на плечах мускулы…
— Вы крайне соблазнительны, — промурлыкал он альфе, проводя пальцем по щетине. — Так бы и завалил прямо здесь.
Костински застыл. Все, что он смог — округлить глаза и раскрыть рот.
Завалил? Омега его… не боится? Эт-то что за фрукт такой?
Дитрих глотнул воды из спасенного бокала, глядя Юргену в глаза. Больше играл, спасая нервы и себя — пока противник дезориентирован, вроде бы достаточно смирный. А то против этакого быка он не выстоит!
Юрген отстранился, сел. Злобно посматривая на спокойного омегу, усиленно размышлял о предложенном и о Дитрихе. Однозначно не брутальный — ниже сантиметров на тридцать-тридцать пять. Худощавый, хоть и крепкий, без излишней субтильности и мягкости. Симпатичный — тут не отнять: кареглазый шатен, лицо вполне себе. Секса хотелось жутко. Безумно — до звездочек в глазах. Омега сам предлагает. Вроде бы даже не хлопнулся в бессознательном состоянии, когда у Юргена отказали тормоза. Сидит, пьет водичку, разглядывает его с исследовательским интересом и ждет ответ. Не брутален, что уж там. Но и на сопливо-трепетного не тянет — выдержка и характер есть. Но допустить, чтобы его поимел Дитрих Шейн?! С другой стороны, это все же сам Дитрих Шейн! Не обычный среднестатистический омега, а президент «Шейн-групп» — в данном случае это повышало градус его мужественности в глазах Костински. И документы. Разнесчастный контракт, отправленный Шейну бывшим секретарем! Юргену плевать на убытки, но на производстве порядка пятисот рабочих — Юрген не привык разбрасываться квалифицированной силой. И… Родитель дери, его возмущает сама ситуация или то, что нашелся омега, способный, вроде бы, поиметь его?
Шейн ждал: согласится, откажется или тупо морду набьет? Хоть на ромашке гадай! Ромашки вряд ли, а вот розы он где-то точно видел, Дитрих чуть было не оглянулся в поисках вазы с цветами. Вовремя одернул себя. Но каков же самец! Какое тело! Какой темперамент! С таким ни на секунду нельзя расслабляться! Шейн признал, что простые варианты — не его путь. Вот Юрген — другое дело.
Меж тем, альфа ускоренно проворачивал возможные варианты. А их было не так-то много. И течка — течка наступала, в голове набатом стучало: «Достаточное количество спермы!». Мысль о детях и диагнозе поставили точку.
Твою-то жопу, Прародитель гребаных омег! И Родитель альф заодно — удружили, сволочи!
— Течка, — наконец выдал Юрген, неимоверным усилием заставив себя говорить спокойно, хотя от напряжения ему хотелось прибить омегу и свалить в закат. — Через неделю.
— Я говорил про сегодняшний вечер, — Дитрих сразу не понял.
— Срать мне на то, что ты там говорил, — отрезал Юрген. Под его пальцами хрустнули подлокотники. — На поставки оборудования тоже. Если производство закрою, то на общем доходе это не так уж сильно скажется, чтобы расстроиться. Проводишь со мной течку, делаешь что хочешь, — он смял распечатки контракта со своими неосторожными записями. — Хоть все перечисленное переделай. Хочу ребенка. Заделаешь — свободен! — Юрген вдруг успокоился. То ли опять скачок гормонов в преддверии течки, то ли уверенность, что и этот уйдет в туман.
Дитрих выронил бокал. Теперь наступила его очередь подбирать челюсть и пытаться дышать ровно. От неожиданного заявления омега выматерился вслух и вовремя остановился на полуслове — да этот кабаняка же сам, сам к нему на член готов полезть!
Заказали еду с помощью электронного меню. Дитрих рассказывал о заведении, клубе, интересовался чем-то там у Юргена, пребывавшего в состоянии прострации, вел себя обходительно и… конкретно издевательски!
— Знаете, — Юрген прервал поток ничего не значащих слов от Дитриха. — Давайте я просто принесу вам свои извинения и мы разойдемся. Находиться здесь выше моих сил.
Ему и впрямь было худо. Самоконтроль трещал по швам, комната действовала на нервы, омега раздражал. Самое хреновое — через неделю максимум предстояла течка, и Юрген уже испытывал на себе ее предвестников — истеричное состояние, неуравновешенность и неприятный зуд ануса. Бесило еще и отсутствие каких-либо партнеров — провести течку с ним так никто из его любовников и не захотел. Все трое внезапно порвали с Юргеном без объяснения причин.
— Будем считать, что ваши извинения я принял, — Дитрих подождал, пока альфа недоумевающе поднимет на него свои глаза. — Вот только ими одними вы не отделаетесь.
— Что еще? — хрипло спросил Юрген. — Хотите увеличить цену?
— Это, — Дитрих вынул из кармана сложенные листы, расправил их и положил перед альфой. — Вот все, что я выделил. Но не вы меня, а я вас — как полагается. Сегодня.
Юрген смел со стола бокалы и графин с водой, навис над омегой и прорычал ему в лицо:
— Соображаешь, что говоришь?!
Дитрих признался себе, что Юрген и впрямь пугал. Избыток альфа-гормонов давил физически. Да еще и эти габариты, сверкающие гневом глаза, бугрящиеся на плечах мускулы…
— Вы крайне соблазнительны, — промурлыкал он альфе, проводя пальцем по щетине. — Так бы и завалил прямо здесь.
Костински застыл. Все, что он смог — округлить глаза и раскрыть рот.
Завалил? Омега его… не боится? Эт-то что за фрукт такой?
Дитрих глотнул воды из спасенного бокала, глядя Юргену в глаза. Больше играл, спасая нервы и себя — пока противник дезориентирован, вроде бы достаточно смирный. А то против этакого быка он не выстоит!
Юрген отстранился, сел. Злобно посматривая на спокойного омегу, усиленно размышлял о предложенном и о Дитрихе. Однозначно не брутальный — ниже сантиметров на тридцать-тридцать пять. Худощавый, хоть и крепкий, без излишней субтильности и мягкости. Симпатичный — тут не отнять: кареглазый шатен, лицо вполне себе. Секса хотелось жутко. Безумно — до звездочек в глазах. Омега сам предлагает. Вроде бы даже не хлопнулся в бессознательном состоянии, когда у Юргена отказали тормоза. Сидит, пьет водичку, разглядывает его с исследовательским интересом и ждет ответ. Не брутален, что уж там. Но и на сопливо-трепетного не тянет — выдержка и характер есть. Но допустить, чтобы его поимел Дитрих Шейн?! С другой стороны, это все же сам Дитрих Шейн! Не обычный среднестатистический омега, а президент «Шейн-групп» — в данном случае это повышало градус его мужественности в глазах Костински. И документы. Разнесчастный контракт, отправленный Шейну бывшим секретарем! Юргену плевать на убытки, но на производстве порядка пятисот рабочих — Юрген не привык разбрасываться квалифицированной силой. И… Родитель дери, его возмущает сама ситуация или то, что нашелся омега, способный, вроде бы, поиметь его?
Шейн ждал: согласится, откажется или тупо морду набьет? Хоть на ромашке гадай! Ромашки вряд ли, а вот розы он где-то точно видел, Дитрих чуть было не оглянулся в поисках вазы с цветами. Вовремя одернул себя. Но каков же самец! Какое тело! Какой темперамент! С таким ни на секунду нельзя расслабляться! Шейн признал, что простые варианты — не его путь. Вот Юрген — другое дело.
Меж тем, альфа ускоренно проворачивал возможные варианты. А их было не так-то много. И течка — течка наступала, в голове набатом стучало: «Достаточное количество спермы!». Мысль о детях и диагнозе поставили точку.
Твою-то жопу, Прародитель гребаных омег! И Родитель альф заодно — удружили, сволочи!
— Течка, — наконец выдал Юрген, неимоверным усилием заставив себя говорить спокойно, хотя от напряжения ему хотелось прибить омегу и свалить в закат. — Через неделю.
— Я говорил про сегодняшний вечер, — Дитрих сразу не понял.
— Срать мне на то, что ты там говорил, — отрезал Юрген. Под его пальцами хрустнули подлокотники. — На поставки оборудования тоже. Если производство закрою, то на общем доходе это не так уж сильно скажется, чтобы расстроиться. Проводишь со мной течку, делаешь что хочешь, — он смял распечатки контракта со своими неосторожными записями. — Хоть все перечисленное переделай. Хочу ребенка. Заделаешь — свободен! — Юрген вдруг успокоился. То ли опять скачок гормонов в преддверии течки, то ли уверенность, что и этот уйдет в туман.
Дитрих выронил бокал. Теперь наступила его очередь подбирать челюсть и пытаться дышать ровно. От неожиданного заявления омега выматерился вслух и вовремя остановился на полуслове — да этот кабаняка же сам, сам к нему на член готов полезть!
Страница 5 из 21
