Фандом: Сотня. И на Кольце бывают аварии. Постчетвертый сезон.
Добавить в моё избранное
37 мин, 13 сек 18088
— ответил Беллами и опустил рацию.
— Непременно, моя морда успела соскучиться по твоим кулакам, — довольная ухмылка из голоса Мерфи так и не исчезла. — А теперь не мешай работать, это вам не кнопочки нажимать.
— Я следующим пойду, угомонись ты с кнопочками! — Монти звучал куда менее довольно.
— Мы тянули жребий, — сообщил Мерфи явно для тех, кто отсутствовал при жеребьевке. — Мне тут везет несколько больше, чем на Земле. Все, отстаньте! — И рация умолкла. Можно подумать, кто-то к нему приставал.
— Они расчищают подход к двери с той стороны, — пояснил Беллами Эхо, и она заметно расслабилась. — Правда, не знаю, что нам это даст, но, наверное, у них есть план.
Следующие пару часов за дверями отсека работали попеременно Монти, Харпер и Мерфи. Первые двое большую часть времени молчали, отвлекаясь только на приветствия и сообщения о проблемах и удачах, зато Мерфи трепался почти без перерыва все свои три раза по пятнадцать минут, и только прямая просьба Беллами заткнуться и дать Эхо поспать смогла заставить его умолкнуть.
Наконец на связь вышла Рейвен и сообщила, что после всех обсуждений, обдумываний и расчетов у них есть только один план, безумный и рискованный, но иначе никак. Беллами бросил взгляд на Эхо, та решительно кивнула, даже не спросив — какой план-то? И он с ней согласился — а что, разве у них есть варианты? Безумно и рискованно, а как иначе. По-другому у них не бывает.
— Вам придется открыть двери, — сказала Рейвен и замолчала, давая им время осмыслить.
Безумие как оно есть. Риск? Какой риск, о чем вы. Просто самоубийство. Подумаешь.
— Я сниму блокировку, вы откроете дверь изнутри, а потом снова закроете. Если сделать все быстро, мы сумеем потом нагнать воздух принудительно, восстановить давление, и вы сможете подготовиться.
— Что сделать быстро? — севшим голосом спросила Эхо, и Беллами мысленно малодушно поблагодарил, что она его опередила, и это не его голос прозвучал так испуганно.
— Спокойно. Если вы будете хорошо держаться, вас не вынесет. А если Белл будет в состоянии удержаться одной рукой, а второй принять костюмы с кислородными баллонами, то потом вы сможете их надеть и вернуться к нам.
— Костюмы химзащиты? — отлично, успел справиться с голосом. — Считаешь, они помогут?
— Считаю, что и без костюма в космосе можно продержаться несколько секунд. А в герметичных костюмах с помощью того, кто придет за вами, мы сможем перетащить вас к шлюзу и за чуть большее время. Ну, раздует вас немножко изнутри, переживете. Есть шанс, что костюм выдержит и его не успеет разорвать. Да если и прорвет. Успеем вытащить.
Оптимистично. Но они правы — а как еще. Скафандр у них только один. Шаттлов, способных подлететь и состыковаться с их перекрученным отсеком, нет в природе. Восстанавливать коридор, разрушенный осколком — нереально, даже если бы были материалы и инструменты. Вариантов нет.
— Да, согласен. Это сработает, — сказал он вслух, проглотив промежуточные размышления, чтобы не засорять эфир — Рейвен и ребята и так в курсе, а Эхо незачем знать о том, что хуже этого только действительно вообще без костюмов выпрыгнуть. Меньше знаешь — спокойнее выходить в космос.
Эхо слушала внимательно, когда он объяснял, что и как им надо будет делать, кивала и даже, когда он сказал, что из отсека все будет вылетать, едва они откроют дверь, вовремя напомнила о том самом жизненно необходимом им блоке управления, за которым они пришли. При ударе Беллами его прикрыл, и надеялся, что тот не поврежден. Было бы обидно пройти через все это зря. Однако при открытии дверей в открытый космос прибором стоило озаботиться отдельно, закрепив понадежнее… Раз Эхо была в состоянии все это сообразить, значит — слушала внимательно и правда понимала, что он говорит. Она была спокойна, сосредоточена, но Беллами видел, что она боится — побледневшее лицо, расширенные зрачки, слишком твердо сжатые губы… он сам так их сжимал, когда чувствовал, что иначе они будут трястись.
— Я буду у самой двери втаскивать груз, а тебе придется открыть створки и закрыть, как только груз будет внутри. Сможешь?
Эхо молча кивнула, потом озвучила почти ровным голосом:
— Конечно. Я умею нажимать на кнопочки.
— Вот и умница, — вырвалось у него, как для Октавии в детстве. Тут же показалось, что Эхо сейчас вскинется — что за сюсюкание с воином Азгеды, — но она лишь вздохнула и неуверенно улыбнулась, так что ему захотелось еще и ободряюще провести рукой по ее встрепанным волосам, однако вот от этого лучше было воздержаться, что он и сделал.
После расчистки в небольшое смотровое окно двери был виден не только загнувшийся внутрь покореженный металл, который невозможно было убрать, но и то, что осталось от коридора. Было жутковато видеть остатки пола, кусок обшивки стены, какие-то провода и шланги, металлические трубы, обрывающиеся в никуда на фоне равнодушного черного неба и звезд.
— Непременно, моя морда успела соскучиться по твоим кулакам, — довольная ухмылка из голоса Мерфи так и не исчезла. — А теперь не мешай работать, это вам не кнопочки нажимать.
— Я следующим пойду, угомонись ты с кнопочками! — Монти звучал куда менее довольно.
— Мы тянули жребий, — сообщил Мерфи явно для тех, кто отсутствовал при жеребьевке. — Мне тут везет несколько больше, чем на Земле. Все, отстаньте! — И рация умолкла. Можно подумать, кто-то к нему приставал.
— Они расчищают подход к двери с той стороны, — пояснил Беллами Эхо, и она заметно расслабилась. — Правда, не знаю, что нам это даст, но, наверное, у них есть план.
Следующие пару часов за дверями отсека работали попеременно Монти, Харпер и Мерфи. Первые двое большую часть времени молчали, отвлекаясь только на приветствия и сообщения о проблемах и удачах, зато Мерфи трепался почти без перерыва все свои три раза по пятнадцать минут, и только прямая просьба Беллами заткнуться и дать Эхо поспать смогла заставить его умолкнуть.
Наконец на связь вышла Рейвен и сообщила, что после всех обсуждений, обдумываний и расчетов у них есть только один план, безумный и рискованный, но иначе никак. Беллами бросил взгляд на Эхо, та решительно кивнула, даже не спросив — какой план-то? И он с ней согласился — а что, разве у них есть варианты? Безумно и рискованно, а как иначе. По-другому у них не бывает.
— Вам придется открыть двери, — сказала Рейвен и замолчала, давая им время осмыслить.
Безумие как оно есть. Риск? Какой риск, о чем вы. Просто самоубийство. Подумаешь.
— Я сниму блокировку, вы откроете дверь изнутри, а потом снова закроете. Если сделать все быстро, мы сумеем потом нагнать воздух принудительно, восстановить давление, и вы сможете подготовиться.
— Что сделать быстро? — севшим голосом спросила Эхо, и Беллами мысленно малодушно поблагодарил, что она его опередила, и это не его голос прозвучал так испуганно.
— Спокойно. Если вы будете хорошо держаться, вас не вынесет. А если Белл будет в состоянии удержаться одной рукой, а второй принять костюмы с кислородными баллонами, то потом вы сможете их надеть и вернуться к нам.
— Костюмы химзащиты? — отлично, успел справиться с голосом. — Считаешь, они помогут?
— Считаю, что и без костюма в космосе можно продержаться несколько секунд. А в герметичных костюмах с помощью того, кто придет за вами, мы сможем перетащить вас к шлюзу и за чуть большее время. Ну, раздует вас немножко изнутри, переживете. Есть шанс, что костюм выдержит и его не успеет разорвать. Да если и прорвет. Успеем вытащить.
Оптимистично. Но они правы — а как еще. Скафандр у них только один. Шаттлов, способных подлететь и состыковаться с их перекрученным отсеком, нет в природе. Восстанавливать коридор, разрушенный осколком — нереально, даже если бы были материалы и инструменты. Вариантов нет.
— Да, согласен. Это сработает, — сказал он вслух, проглотив промежуточные размышления, чтобы не засорять эфир — Рейвен и ребята и так в курсе, а Эхо незачем знать о том, что хуже этого только действительно вообще без костюмов выпрыгнуть. Меньше знаешь — спокойнее выходить в космос.
Эхо слушала внимательно, когда он объяснял, что и как им надо будет делать, кивала и даже, когда он сказал, что из отсека все будет вылетать, едва они откроют дверь, вовремя напомнила о том самом жизненно необходимом им блоке управления, за которым они пришли. При ударе Беллами его прикрыл, и надеялся, что тот не поврежден. Было бы обидно пройти через все это зря. Однако при открытии дверей в открытый космос прибором стоило озаботиться отдельно, закрепив понадежнее… Раз Эхо была в состоянии все это сообразить, значит — слушала внимательно и правда понимала, что он говорит. Она была спокойна, сосредоточена, но Беллами видел, что она боится — побледневшее лицо, расширенные зрачки, слишком твердо сжатые губы… он сам так их сжимал, когда чувствовал, что иначе они будут трястись.
— Я буду у самой двери втаскивать груз, а тебе придется открыть створки и закрыть, как только груз будет внутри. Сможешь?
Эхо молча кивнула, потом озвучила почти ровным голосом:
— Конечно. Я умею нажимать на кнопочки.
— Вот и умница, — вырвалось у него, как для Октавии в детстве. Тут же показалось, что Эхо сейчас вскинется — что за сюсюкание с воином Азгеды, — но она лишь вздохнула и неуверенно улыбнулась, так что ему захотелось еще и ободряюще провести рукой по ее встрепанным волосам, однако вот от этого лучше было воздержаться, что он и сделал.
После расчистки в небольшое смотровое окно двери был виден не только загнувшийся внутрь покореженный металл, который невозможно было убрать, но и то, что осталось от коридора. Было жутковато видеть остатки пола, кусок обшивки стены, какие-то провода и шланги, металлические трубы, обрывающиеся в никуда на фоне равнодушного черного неба и звезд.
Страница 8 из 10
