Фандом: Ориджиналы. Костя одним широким шагом оказался рядом с закрытой кабинкой. Резко распахнул дверь, срывая хлипкий замок, и удостоверился, что фантазия дорисовала ему все правильно. На крышке унитаза сидел Русаков и держал во рту мужской член, а второй «посетитель» кабинки со спущенными штанами направил телефон на его лицо.
Добавить в моё избранное
250 мин, 55 сек 21571
Поселок располагался в некотором отдалении, чтобы людей преимущественно умственного труда не тревожили фейерверками и громким весельем обычные смертные отдыхающие. Но случались и исключения.
На турбазе народу явно прибавилось. Игорь узнал Настю — фотографа с Ромкиной свадьбы и Николая, который помог отремонтировать машину. Они сопровождали молодую беременную женщину, поддерживали под локоть и все время поправляли шаль на ее животе.
Вот уж кого не ожидал Игорь увидеть, так это Александра Андреевича. Судя по всему, владелец сети салонов совершенно не чурался общаться с приезжими, среди которых было много его клиентов и знакомых. Он громко и четко организовывал парней, которые таскали коробки и пакеты с едой на совместный стол. Судя по манерам и общению, эти молодые люди с его работы: распоряжения выполняли быстро, без оговорок, беззлобно подшучивая друг над другом.
Игорь пошел дальше, выискивая друзей. Нашел Женьку, которой на уши плотно присела их соседка по домику. Наталья с вытаращенными от преувеличенного ужаса глазами что-то рассказывала молодой девушке:
— Представляешь? Притащить их в общую компанию? Не понимаю я Ольгу. Вот совсем не понимаю. Зачем? Им же еще обвыкнуться нужно. Прочувствовать новую семью, новые улучшенные условия. А они их сразу в люди выводят. Мало ли что у них на уме. С младшей-то понятно. Что с двухгодовалой взять? Она их за родных считать будет. А вот старший? Ты его видела? Смотрит так хмуро. Словно всех нас насквозь видит или что-то нехорошее замышляет. Уж я-то могу разницу увидеть. У меня-то такой же растет. Я-то знаю, чем пятнадцатилетние дышат.
Вероятно, разговор шел о том парне, который приехал вместе с Ольгиной семьей. Игорь обратил внимание на отношение Васильева к этому парнишке. Если свою дочь Вику и младших Власовых он в шутку шпынял, с Ольгиными маленькими девочками был ласков и приветлив, то с этим подростком держался на равных. По-взрослому что-то объяснял или подсказывал. Парень не производил впечатления бестолкового малолетки.
«Интересно, — подумал Русаков, отходя от Натальи в поисках приятеля, — а она в курсе, что ее великовозрастный сынок уже утащил банку пива и сидит в кустах сигаретами дымит?»
Ромка вскоре нашелся. Он выполнял очередную «просьбу» Власова — пытался разжечь костер. Получалось плохо. Вернее, совсем не получалось. Рядом дымил мангал, у которого колдовал еще один смутно знакомый отдыхающий. Игорь вспомнил, что видел его в конторе, где познакомился с Васильевым. Ремнев, кажется. Его еще в пример приводили, как правильно должен выглядеть«офисный планктон».
— Хорошо пахнет, — прокомментировал Игорь. — В чем замачивали мясо?
Алексей обрадовался, понял, что можно пообщаться с кем-то сведущим в вопросах кулинарии. Они затеяли дискуссию по поводу гармонично подобранных приправ и вин. За подтверждением своих версий даже пришлось полезть во всезнающую сеть.
— Что, Ремнев, тебя побили на твоем же поле?
Язвительный вопрос прозвучал от подошедшего мужчины. Он по-свойски обнял Алексея за шею и попытался утащить горячий кусок мяса.
— А вам бы все поехидничать, Степан Викторович? — легонько шлепнув того по пальцам, ответил Алексей. — Подожди, пока все не приготовится.
— Мне необходимо снять пробу, — отрезал мужчина, которого назвали Степаном Викторовичем и тихо, чтобы услышал только Алексей, добавил. — Я ведь принимаю пищу приготовленную только моим личным кулинаром.
Дегустатор потрепал Ремнева по волосам, многозначительно подмигнул и пошел здороваться с Николаем и Александром Андреевичем.
Русаков заинтересованно проводил немного сутуловатую фигуру и перевел обратно взгляд на Алексея. Тот тоже смотрел вслед Степану Викторовичу и улыбался как-то тепло и немного интимно. Так не смотрят на обычного знакомого.
«Вероятно, так и выглядит счастливый человек», — рассудил Игорь. Много позже он понял, что эти двое вместе. Что-то общее роднило их. Может то, как почти случайно касались или опирались друг на друга, или пересекались взгляды, которыми обменивались, когда думали, что на них никто не смотрит. Или шутили до слез, а никто из присутствующих не мог понять повода для их веселья.
— Привет, Оленьи Глазки, — на него сзади налетел Александр Андреевич. — Я же говорил, что все получится.
— Здравствуйте, — обрадовался Игорь. — Это вы о чем?
— О том, что найдешь себе кого-то на постоянной основе.
— Так вроде бы нет еще никого.
— Как это нет? Не может быть, — изумился блондин.
— Шура, отстать от человека, — осадил его Николай.
Тут же появился Васильев.
— Игорь, где ты ползаешь? Я тебя везде ищу, — окликнул Костя, таща перед собой переносной холодильник. — Эй, детвора! Налетай, подешевело! Мороженое вам принес.
Дети в радиусе слышимости, кинулись к нему и начали вытаскивать из пластмассового короба эскимо, рожки и стаканчики.
На турбазе народу явно прибавилось. Игорь узнал Настю — фотографа с Ромкиной свадьбы и Николая, который помог отремонтировать машину. Они сопровождали молодую беременную женщину, поддерживали под локоть и все время поправляли шаль на ее животе.
Вот уж кого не ожидал Игорь увидеть, так это Александра Андреевича. Судя по всему, владелец сети салонов совершенно не чурался общаться с приезжими, среди которых было много его клиентов и знакомых. Он громко и четко организовывал парней, которые таскали коробки и пакеты с едой на совместный стол. Судя по манерам и общению, эти молодые люди с его работы: распоряжения выполняли быстро, без оговорок, беззлобно подшучивая друг над другом.
Игорь пошел дальше, выискивая друзей. Нашел Женьку, которой на уши плотно присела их соседка по домику. Наталья с вытаращенными от преувеличенного ужаса глазами что-то рассказывала молодой девушке:
— Представляешь? Притащить их в общую компанию? Не понимаю я Ольгу. Вот совсем не понимаю. Зачем? Им же еще обвыкнуться нужно. Прочувствовать новую семью, новые улучшенные условия. А они их сразу в люди выводят. Мало ли что у них на уме. С младшей-то понятно. Что с двухгодовалой взять? Она их за родных считать будет. А вот старший? Ты его видела? Смотрит так хмуро. Словно всех нас насквозь видит или что-то нехорошее замышляет. Уж я-то могу разницу увидеть. У меня-то такой же растет. Я-то знаю, чем пятнадцатилетние дышат.
Вероятно, разговор шел о том парне, который приехал вместе с Ольгиной семьей. Игорь обратил внимание на отношение Васильева к этому парнишке. Если свою дочь Вику и младших Власовых он в шутку шпынял, с Ольгиными маленькими девочками был ласков и приветлив, то с этим подростком держался на равных. По-взрослому что-то объяснял или подсказывал. Парень не производил впечатления бестолкового малолетки.
«Интересно, — подумал Русаков, отходя от Натальи в поисках приятеля, — а она в курсе, что ее великовозрастный сынок уже утащил банку пива и сидит в кустах сигаретами дымит?»
Ромка вскоре нашелся. Он выполнял очередную «просьбу» Власова — пытался разжечь костер. Получалось плохо. Вернее, совсем не получалось. Рядом дымил мангал, у которого колдовал еще один смутно знакомый отдыхающий. Игорь вспомнил, что видел его в конторе, где познакомился с Васильевым. Ремнев, кажется. Его еще в пример приводили, как правильно должен выглядеть«офисный планктон».
— Хорошо пахнет, — прокомментировал Игорь. — В чем замачивали мясо?
Алексей обрадовался, понял, что можно пообщаться с кем-то сведущим в вопросах кулинарии. Они затеяли дискуссию по поводу гармонично подобранных приправ и вин. За подтверждением своих версий даже пришлось полезть во всезнающую сеть.
— Что, Ремнев, тебя побили на твоем же поле?
Язвительный вопрос прозвучал от подошедшего мужчины. Он по-свойски обнял Алексея за шею и попытался утащить горячий кусок мяса.
— А вам бы все поехидничать, Степан Викторович? — легонько шлепнув того по пальцам, ответил Алексей. — Подожди, пока все не приготовится.
— Мне необходимо снять пробу, — отрезал мужчина, которого назвали Степаном Викторовичем и тихо, чтобы услышал только Алексей, добавил. — Я ведь принимаю пищу приготовленную только моим личным кулинаром.
Дегустатор потрепал Ремнева по волосам, многозначительно подмигнул и пошел здороваться с Николаем и Александром Андреевичем.
Русаков заинтересованно проводил немного сутуловатую фигуру и перевел обратно взгляд на Алексея. Тот тоже смотрел вслед Степану Викторовичу и улыбался как-то тепло и немного интимно. Так не смотрят на обычного знакомого.
«Вероятно, так и выглядит счастливый человек», — рассудил Игорь. Много позже он понял, что эти двое вместе. Что-то общее роднило их. Может то, как почти случайно касались или опирались друг на друга, или пересекались взгляды, которыми обменивались, когда думали, что на них никто не смотрит. Или шутили до слез, а никто из присутствующих не мог понять повода для их веселья.
— Привет, Оленьи Глазки, — на него сзади налетел Александр Андреевич. — Я же говорил, что все получится.
— Здравствуйте, — обрадовался Игорь. — Это вы о чем?
— О том, что найдешь себе кого-то на постоянной основе.
— Так вроде бы нет еще никого.
— Как это нет? Не может быть, — изумился блондин.
— Шура, отстать от человека, — осадил его Николай.
Тут же появился Васильев.
— Игорь, где ты ползаешь? Я тебя везде ищу, — окликнул Костя, таща перед собой переносной холодильник. — Эй, детвора! Налетай, подешевело! Мороженое вам принес.
Дети в радиусе слышимости, кинулись к нему и начали вытаскивать из пластмассового короба эскимо, рожки и стаканчики.
Страница 37 из 75
