Фандом: Ориджиналы. Костя одним широким шагом оказался рядом с закрытой кабинкой. Резко распахнул дверь, срывая хлипкий замок, и удостоверился, что фантазия дорисовала ему все правильно. На крышке унитаза сидел Русаков и держал во рту мужской член, а второй «посетитель» кабинки со спущенными штанами направил телефон на его лицо.
Добавить в моё избранное
250 мин, 55 сек 21588
Я даже объяснить ничего не успела. А Ромка как-то звонко свистнул, тут же такси подъехало, меня в машину, адрес домашний назвал, а сам остался. И все. Больше его не видела.
Она сделала судорожный глоток из стакана и опять чуть не заревела:
— На звонки не отвечает, дома не показывается, у родителей нет. Больницы, морги, полицию обзвонила. Нигде нет.
Ромкины коллеги одобрительно кивнули.
— Молодец Ромыч.
— Уважаю.
— Я-то думала, он у нас негораздок, а оказывается мужиг.
— А ты пыталась с ним поговорить? — поджал губы Русаков.
— Как, Игорь? Как мне с ним поговорить? Я его два дня с собаками по городу ищу. Не сплю, не ем. Вон, девчонки заставили из дома выйти, чтобы взбодриться.
— Обещаешь, что расскажешь ему то же, что и нам сейчас? — Почему-то Игорь поверил девушке.
— Я только этого и хочу, — с надеждой в голосе ответила Женя.
Парень полез в карман и что-то положил на стол, накрывая ладонью.
— Он у меня дома. Вот ключи. Постарайся, чтобы утром вас уже трое было, а не двое.
— Игорюша! — Женька с силой обняла приятеля за шею. — Я твоим именем первенца назову.
— Тяжело будет девке с таким именем-то, — не смог промолчать Васильев, счастливо улыбаясь.
Женька сорвалась с места, попрощалась с подружками и помчалась на выход.
— Так ты сегодня бомжуешь? — поинтересовался Костя.
— Похоже, я сегодня ночую под мостом, — нисколько не расстроившись, хмыкнул Русаков.
— Ладно. Возьму тебя беспризорника на постой, — пообещал Костя. — Ну что? Может тоже на посошок и «по саням»?
Они заказали очередную песню, расплатились за столик, к неудовольствию Женькиных подружек, которые намеревались продолжить вечер, и дружно поднялись на сцену.
Если у Игоря где-нибудь в душе еще теплилась надежда услышать за сегодняшний вечер серьезное исполнение, то оно тут же испарилось. Троица певунов, передавая друг другу микрофон, рявкнула очередное музыкальное произведение, заставляя сидящих в зале отвлечься от еды.
— «А кто подводной лодкой, залив балласты водкой и выставив наружу перископ, — Оля ударила кулаком по сгибу локтя, показывая очень даже неприличный жест, — лежит в морских глубинах, борта покрыты тиной. Он верит, что когда-нибудь всплывет».
В этот момент в зал вбежал очередной посетитель — и опять знакомый. Ольгин муж. Подошел к Игорю, поздоровался за руку. Он все оглядывался по сторонам, выискивая жену. Ольга его не видела, была слишком занята куплетом.
— «А мой фрегат пиратский с командой панибратской, что раз в неделю затевают бунт, — Ира обняла своих друзей за плечи и кивнула на Костю. — Сияют дыры в парусах, и капитан стоит в трусах. Пахуч, не брит и неимоверно крут».
Троица сослуживцев так вошла в раж, что на их исполнение стали оборачиваться и другие посетители, а так же заглядывать из соседнего зала, чтобы узнать, кто так искрометно хулиганит.
Второй припев поддержала уже большая масса гостей бара. Они скандировали, подпевали друзьям. Последний куплет достался Васильеву. Ему пришлось напрячь связки, чтобы перекричать скандирующую толпу.
— «Мы в поисках сокровищ плывем среди чудовищ, оставив наших дам на берегу. Мы четко знаем — они нас понимают и очень-очень трогательно ждут».
Ольгин муж, усмехаясь, подошел к сцене и ласково поманил жену. Та отрицательно качнула головой, показывая, что занята.
— «Тысячи чертей пугают лишь детей. Дурак лишь в океане ищет брод. Коль ты кишкой не слаб и не пуглив как краб, тогда» Добро пожаловать на борт!
Последний припев пели все сидящие в зале. Дружно. С чувством. С полной отдачей. Громко аплодируя и одобрительно посвистывая.
Ольгин муж подхватил жену под коленки и закинул на плечо. Она еще что-то пыталась допеть, задыхаясь от смеха, но благоверный хлопнул по ее аккуратным полушариям и вынес из караоке.
Русаков сидел в тени и наблюдал за Васильевым. За этим неугомонным разгильдяем, беспардонным хулиганом и язвительным занудой. Стараясь не пропустить ни одного жеста, ни одного движения. С каждой минутой понимая, что как бы он ни пытался отрицать самому себе, но увяз в этом человеке. И менять ничего не хочет. Ночь выдалась безоблачной, звездной. От бара до дома Васильева недалеко, и они решили пройтись пешком, проветриться, подышать свежим воздухом. От разгоряченного дыхания поднималось облачко пара, намекая, что не за горами первые морозы и очередная зима.
Костя плелся чуть сзади и, задрав голову в ночную бездну, насвистывал мотивчик из «Kill Bill».
— Ты словно меня на заклание ведешь, — прокомментировал Игорь музыкальное сопровождение.
— Не боись. Солдат ребенка не обидит.
— Я просто не люблю, когда свистят.
— Потерпишь.
— А какие еще треки есть на твоей карте памяти?
Она сделала судорожный глоток из стакана и опять чуть не заревела:
— На звонки не отвечает, дома не показывается, у родителей нет. Больницы, морги, полицию обзвонила. Нигде нет.
Ромкины коллеги одобрительно кивнули.
— Молодец Ромыч.
— Уважаю.
— Я-то думала, он у нас негораздок, а оказывается мужиг.
— А ты пыталась с ним поговорить? — поджал губы Русаков.
— Как, Игорь? Как мне с ним поговорить? Я его два дня с собаками по городу ищу. Не сплю, не ем. Вон, девчонки заставили из дома выйти, чтобы взбодриться.
— Обещаешь, что расскажешь ему то же, что и нам сейчас? — Почему-то Игорь поверил девушке.
— Я только этого и хочу, — с надеждой в голосе ответила Женя.
Парень полез в карман и что-то положил на стол, накрывая ладонью.
— Он у меня дома. Вот ключи. Постарайся, чтобы утром вас уже трое было, а не двое.
— Игорюша! — Женька с силой обняла приятеля за шею. — Я твоим именем первенца назову.
— Тяжело будет девке с таким именем-то, — не смог промолчать Васильев, счастливо улыбаясь.
Женька сорвалась с места, попрощалась с подружками и помчалась на выход.
— Так ты сегодня бомжуешь? — поинтересовался Костя.
— Похоже, я сегодня ночую под мостом, — нисколько не расстроившись, хмыкнул Русаков.
— Ладно. Возьму тебя беспризорника на постой, — пообещал Костя. — Ну что? Может тоже на посошок и «по саням»?
Они заказали очередную песню, расплатились за столик, к неудовольствию Женькиных подружек, которые намеревались продолжить вечер, и дружно поднялись на сцену.
Если у Игоря где-нибудь в душе еще теплилась надежда услышать за сегодняшний вечер серьезное исполнение, то оно тут же испарилось. Троица певунов, передавая друг другу микрофон, рявкнула очередное музыкальное произведение, заставляя сидящих в зале отвлечься от еды.
— «А кто подводной лодкой, залив балласты водкой и выставив наружу перископ, — Оля ударила кулаком по сгибу локтя, показывая очень даже неприличный жест, — лежит в морских глубинах, борта покрыты тиной. Он верит, что когда-нибудь всплывет».
В этот момент в зал вбежал очередной посетитель — и опять знакомый. Ольгин муж. Подошел к Игорю, поздоровался за руку. Он все оглядывался по сторонам, выискивая жену. Ольга его не видела, была слишком занята куплетом.
— «А мой фрегат пиратский с командой панибратской, что раз в неделю затевают бунт, — Ира обняла своих друзей за плечи и кивнула на Костю. — Сияют дыры в парусах, и капитан стоит в трусах. Пахуч, не брит и неимоверно крут».
Троица сослуживцев так вошла в раж, что на их исполнение стали оборачиваться и другие посетители, а так же заглядывать из соседнего зала, чтобы узнать, кто так искрометно хулиганит.
Второй припев поддержала уже большая масса гостей бара. Они скандировали, подпевали друзьям. Последний куплет достался Васильеву. Ему пришлось напрячь связки, чтобы перекричать скандирующую толпу.
— «Мы в поисках сокровищ плывем среди чудовищ, оставив наших дам на берегу. Мы четко знаем — они нас понимают и очень-очень трогательно ждут».
Ольгин муж, усмехаясь, подошел к сцене и ласково поманил жену. Та отрицательно качнула головой, показывая, что занята.
— «Тысячи чертей пугают лишь детей. Дурак лишь в океане ищет брод. Коль ты кишкой не слаб и не пуглив как краб, тогда» Добро пожаловать на борт!
Последний припев пели все сидящие в зале. Дружно. С чувством. С полной отдачей. Громко аплодируя и одобрительно посвистывая.
Ольгин муж подхватил жену под коленки и закинул на плечо. Она еще что-то пыталась допеть, задыхаясь от смеха, но благоверный хлопнул по ее аккуратным полушариям и вынес из караоке.
Русаков сидел в тени и наблюдал за Васильевым. За этим неугомонным разгильдяем, беспардонным хулиганом и язвительным занудой. Стараясь не пропустить ни одного жеста, ни одного движения. С каждой минутой понимая, что как бы он ни пытался отрицать самому себе, но увяз в этом человеке. И менять ничего не хочет. Ночь выдалась безоблачной, звездной. От бара до дома Васильева недалеко, и они решили пройтись пешком, проветриться, подышать свежим воздухом. От разгоряченного дыхания поднималось облачко пара, намекая, что не за горами первые морозы и очередная зима.
Костя плелся чуть сзади и, задрав голову в ночную бездну, насвистывал мотивчик из «Kill Bill».
— Ты словно меня на заклание ведешь, — прокомментировал Игорь музыкальное сопровождение.
— Не боись. Солдат ребенка не обидит.
— Я просто не люблю, когда свистят.
— Потерпишь.
— А какие еще треки есть на твоей карте памяти?
Страница 53 из 75
