Фандом: Ориджиналы. Костя одним широким шагом оказался рядом с закрытой кабинкой. Резко распахнул дверь, срывая хлипкий замок, и удостоверился, что фантазия дорисовала ему все правильно. На крышке унитаза сидел Русаков и держал во рту мужской член, а второй «посетитель» кабинки со спущенными штанами направил телефон на его лицо.
Добавить в моё избранное
250 мин, 55 сек 21541
У меня своих знакомых хватает.
— Опять «стерву» включаешь?
— Ладно, — согласился Васильев. — Только никаких украшений, ленточек и цветочков на машину не цеплять.
— Спасибо! — счастливо расплылся молодой коллега. — Ты меня очень выручил.
Остаток смены прошел без эксцессов. Завалили работой, телефонными выяснениями, клиентами и операторскими документами. Васильев вспоминал последнюю улыбку Игоря и тешил себя надеждой, что она была адресована лично ему. От этой мысли почему-то в душе разливалось тепло, и даже утренняя студентка оказалась задвинутой на задний план.
Вечером с чувством выполненного долга передал смену, и с трудом фокусируя взгляд, побрел на парковку. Ира напросилась пассажиркой, чтобы ее подбросили ближе к дому. Позевывая и вяло переговариваясь, подошли к машине.
— Иписьпереипись, — непроизвольно вырвалось у Васильева. — Ир, ты только глянь. Вот гадство.
На заднем правом крыле явственно проступали царапина и вмятина. Качественная, глубокая, словно кто-то с чувством приложился к этому многострадальному месту.
— Зашибись, — констатировала Власова. — И тебе, и машине красивыми надо быть на свадьбе-то. Что делать будешь?
— Пойду у охранников Торгового Центра пленку попрошу. Может там что-то видно. Потом — заявление писать. Тьфу! А как не хочется-то, ты бы только знала!
— Верю. Можно я пока в машине подожду?
Васильев открыл дверь с пассажирской стороны и уже собирался идти к охранникам, но его тормознули.
— Что это у тебя тут?
— Ира разворачивала записку, лежавшую на водительском сиденье. Ей на коленки упала розовая бумажка номиналом пять тысяч рублей.
— Ого, — удивился Васильев. — Что пишут?
— «Прошу прощения за машину. Очень мало времени, поэтому ждать не могу. Вот мой номер, звоните, если будут вопросы». Этот умник тебе в приоткрытое окно «валентинку» пропихнул. Молодец, догадался, — похвалила Ира незнакомого криворукого шофера.
— Это не меняет того, что права он купил. И дальше продолжает решать проблемы с помощью купюр, — огрызнулся Костя. — Ладно, хрен с ним. Надо знакомому автослесарю позвонить, может подскажет чего.
Васильев достал телефон, потыкал в экран, выискивая номер.
— Коля, здравствуй, это Костя Васильев… Меня на парковке какой-то придурок прижал. Давай я тебе фотку скину, а ты подскажешь, как с этой бедой бороться. Хорошо? А Шура ругаться не будет, что ты опять за старое взялся? Ты же, кажется, больше не работаешь в гараже? Так это «релакс» называется? Тогда ладно. Сейчас картинку отправлю, подожди.
Он пощелкал камерой, набрал сообщение и отослал знакомому ремонтнику. Через две минуты пришел ответ, и Костя облегченно выдохнул.
— Ну и хорошо.
— Что? — Ира в магнитоле выискивала подходящую музыку.
— Все лечится. И быстро, — прокомментировал Костя, задорно подмигивая. Что может сравниться с первым утренним глотком кофе? Только первый вдох бодрящего, насыщенного аромата этого возбуждающего напитка.
«Да-а, — протянул Игорь, закидывая длинные ноги на подоконник балкона, — не зря кофе на третьем месте по контрабанде после наркотиков и оружия».
Русаков еще поводил носом над чашкой, наполненной темной жидкостью, и осторожно пригубил, смакуя и облизывая губы. Наконец-то у него получилось в меру добавить соли и имбиря. До настоящего бариста ему еще конечно далеко, но учиться таким вещам никогда не поздно. Вкус у его кофе с практикой стал насыщенней, и букет благородного напитка приятно распространился по рецепторам, даря пряность и душистость эликсира жизни.
Игорь еще раз с удовольствием выдохнул и отправил маленький кусочек сыра в рот, продолжая баловать себя этим свежим, теплым утром, сидя на балконе. Теплый бисквит, распространяя ванильный дух, ожидал своей очереди.
В его однокомнатной квартирке требовался ремонт, и не мешало бы прикупить новую мебель, и уж точно поскорее выплатить ипотечный кредит за эти отдельные квадратные метры, но на что хватило хозяина, так это только на ремонт маленького балкона. Мягкий топчан, на котором можно удобно вытянуться, складной столик и несколько горшков со свежей зеленью на подоконниках с широкими евроокнами — вот и все что вместилось здесь в придачу к потрясающему виду.
С высоты пятого этажа старенькой хрущевки открывалась завораживающая панорама на парк отдыха и небольшое озеро. И каждый раз, выходя на балкон, Русаков с удовлетворением наблюдал, как природа постепенно меняет краски, звуки и запахи с одного сезона на другой.
Такие утренние посиделки с самим собой настраивали на благодушный лад. Дела весь день спорились. И если возникали проблемы, то решались в основном со спокойной и незлобной ухмылкой. А тем более сегодня на работу спешить не надо, отец приехал из отпуска и отпустил сына на три дня.
Эйфорию от предстоящего отдыха прервал телефонный звонок.
— Опять «стерву» включаешь?
— Ладно, — согласился Васильев. — Только никаких украшений, ленточек и цветочков на машину не цеплять.
— Спасибо! — счастливо расплылся молодой коллега. — Ты меня очень выручил.
Остаток смены прошел без эксцессов. Завалили работой, телефонными выяснениями, клиентами и операторскими документами. Васильев вспоминал последнюю улыбку Игоря и тешил себя надеждой, что она была адресована лично ему. От этой мысли почему-то в душе разливалось тепло, и даже утренняя студентка оказалась задвинутой на задний план.
Вечером с чувством выполненного долга передал смену, и с трудом фокусируя взгляд, побрел на парковку. Ира напросилась пассажиркой, чтобы ее подбросили ближе к дому. Позевывая и вяло переговариваясь, подошли к машине.
— Иписьпереипись, — непроизвольно вырвалось у Васильева. — Ир, ты только глянь. Вот гадство.
На заднем правом крыле явственно проступали царапина и вмятина. Качественная, глубокая, словно кто-то с чувством приложился к этому многострадальному месту.
— Зашибись, — констатировала Власова. — И тебе, и машине красивыми надо быть на свадьбе-то. Что делать будешь?
— Пойду у охранников Торгового Центра пленку попрошу. Может там что-то видно. Потом — заявление писать. Тьфу! А как не хочется-то, ты бы только знала!
— Верю. Можно я пока в машине подожду?
Васильев открыл дверь с пассажирской стороны и уже собирался идти к охранникам, но его тормознули.
— Что это у тебя тут?
— Ира разворачивала записку, лежавшую на водительском сиденье. Ей на коленки упала розовая бумажка номиналом пять тысяч рублей.
— Ого, — удивился Васильев. — Что пишут?
— «Прошу прощения за машину. Очень мало времени, поэтому ждать не могу. Вот мой номер, звоните, если будут вопросы». Этот умник тебе в приоткрытое окно «валентинку» пропихнул. Молодец, догадался, — похвалила Ира незнакомого криворукого шофера.
— Это не меняет того, что права он купил. И дальше продолжает решать проблемы с помощью купюр, — огрызнулся Костя. — Ладно, хрен с ним. Надо знакомому автослесарю позвонить, может подскажет чего.
Васильев достал телефон, потыкал в экран, выискивая номер.
— Коля, здравствуй, это Костя Васильев… Меня на парковке какой-то придурок прижал. Давай я тебе фотку скину, а ты подскажешь, как с этой бедой бороться. Хорошо? А Шура ругаться не будет, что ты опять за старое взялся? Ты же, кажется, больше не работаешь в гараже? Так это «релакс» называется? Тогда ладно. Сейчас картинку отправлю, подожди.
Он пощелкал камерой, набрал сообщение и отослал знакомому ремонтнику. Через две минуты пришел ответ, и Костя облегченно выдохнул.
— Ну и хорошо.
— Что? — Ира в магнитоле выискивала подходящую музыку.
— Все лечится. И быстро, — прокомментировал Костя, задорно подмигивая. Что может сравниться с первым утренним глотком кофе? Только первый вдох бодрящего, насыщенного аромата этого возбуждающего напитка.
«Да-а, — протянул Игорь, закидывая длинные ноги на подоконник балкона, — не зря кофе на третьем месте по контрабанде после наркотиков и оружия».
Русаков еще поводил носом над чашкой, наполненной темной жидкостью, и осторожно пригубил, смакуя и облизывая губы. Наконец-то у него получилось в меру добавить соли и имбиря. До настоящего бариста ему еще конечно далеко, но учиться таким вещам никогда не поздно. Вкус у его кофе с практикой стал насыщенней, и букет благородного напитка приятно распространился по рецепторам, даря пряность и душистость эликсира жизни.
Игорь еще раз с удовольствием выдохнул и отправил маленький кусочек сыра в рот, продолжая баловать себя этим свежим, теплым утром, сидя на балконе. Теплый бисквит, распространяя ванильный дух, ожидал своей очереди.
В его однокомнатной квартирке требовался ремонт, и не мешало бы прикупить новую мебель, и уж точно поскорее выплатить ипотечный кредит за эти отдельные квадратные метры, но на что хватило хозяина, так это только на ремонт маленького балкона. Мягкий топчан, на котором можно удобно вытянуться, складной столик и несколько горшков со свежей зеленью на подоконниках с широкими евроокнами — вот и все что вместилось здесь в придачу к потрясающему виду.
С высоты пятого этажа старенькой хрущевки открывалась завораживающая панорама на парк отдыха и небольшое озеро. И каждый раз, выходя на балкон, Русаков с удовлетворением наблюдал, как природа постепенно меняет краски, звуки и запахи с одного сезона на другой.
Такие утренние посиделки с самим собой настраивали на благодушный лад. Дела весь день спорились. И если возникали проблемы, то решались в основном со спокойной и незлобной ухмылкой. А тем более сегодня на работу спешить не надо, отец приехал из отпуска и отпустил сына на три дня.
Эйфорию от предстоящего отдыха прервал телефонный звонок.
Страница 7 из 75
