Фандом: Ориджиналы. Костя одним широким шагом оказался рядом с закрытой кабинкой. Резко распахнул дверь, срывая хлипкий замок, и удостоверился, что фантазия дорисовала ему все правильно. На крышке унитаза сидел Русаков и держал во рту мужской член, а второй «посетитель» кабинки со спущенными штанами направил телефон на его лицо.
Добавить в моё избранное
250 мин, 55 сек 21607
Ехали недолго. Свернули на неприметный съезд, еще немного вглубь леса и оказались на берегу широкой реки. На небольшом взгорке среди высоченных сосен стоял большой дом с хозяйскими постройками. Васильев хлопнул дверью машины и кивнул в сторону крыльца. Игорь последовал за ним и только тут заметил, что в кресле сидит человек. Мужчина устроился с удобством: с пледом, планшетом и кружкой кофе. Рядом на парапете, поджав лапки, примостился Шкура. Кот признал прибывших, лениво прогнулся и запрыгнул на руки хозяина. Русаков протянул ладонь, чтобы погладить старого знакомца, и тот в ответ вытянул мордочку, подставляясь под ласку. Мужчину с планшетом Игорь видел еще осенью на шашлыках, но они не были представлены друг другу.
— Илья, познакомься, — сказал Васильев. — Это Игорь. Он будет жить в первом коттедже, а проживание оплачивать производством и реставрацией мебели для других домов.
— Очень приятно, — протянул руку Илья, здороваясь с озадаченным Русаковым. — А пока ты Мишку провожал под кустом случайно еще и повара не находил?
— Я умею готовить, — признался Игорь, все еще не понимая, во что ввязывается.
— Отлично! — возликовал Илья. — А то моя жена не справляется. На ней и дети, и готовка. Устает, не успевает. Ты, Костян, почаще маршрут «работа-дом» меняй, глядишь, весь необходимый персонал соберешь.
— Какой еще персонал? — переспросил Игорь, когда его утянули в «Логан» и показали дорогу дальше.«Опель» остался стоять у большого дома.
— Мы помимо основной работы с Ильей строительством занялись. Тут несколько домиков будут.
Они тормознули около первого строения. «А»-образный фасад, высокие евроокна с передней стороны. Вся территория вокруг захламлена строительным мусором. Казалось, рабочая бригада только что закончила смену и ушла на перекур.
— Электричество еще не везде подвели, но бойлер работает, и вода есть.
Костя достал большой фонарь и открыл дверь в дом. Пропустил вперед Шкуру, который важно прошелся, обнюхивая все вокруг, и шмыгнул куда-то наверх. Игорь осторожно зашел следом. Костя закрыл дверь, чтобы не выпустить тепло.
Гость огляделся. На просторном этаже под полиэтиленовыми пленками угадывалась мебель. Небольшая кухня поблескивала хромированными деталями и лаковым покрытием. Тут же рядом — маленькая дверь и лестница наверх. Он забрал фонарь из рук Кости и, подсвечивая ступеньки, поднялся на второй этаж. Еще одна дверь, за которой пряталась нормальных размеров ванная комната. Широкое окно, выходящее на лес и бурную речку. Посередине этажа стояла двуспальная кровать, еще обтянутая целлофаном. По центру матраса уже растянулась знакомая шкура Шкуры.
— Я этот дом за собой застолбил, но раз уж ты приехал…
Васильев запнулся, нерешительно поджав губы.
— То жить нам придется вместе? — догадался Игорь.
— Ну, не на улицу же тебя выгонять, беспризорник.
— А утром ты меня как обычно выставишь? — Русаков осторожно приблизился к Косте.
— Постараюсь не делать этого, — честно пообещал тот.
— И не сбежишь, прикрываясь выдуманными причинами?
— Даже соглашусь быть привязанным к этой самой кровати.
— И больше слова не скажешь, что я тебе не подхожу? — руки Игоря скользнули под теплую дубленку, обхватывая Васильева.
— Только если ты так скажешь, — Костя подтянул парня за подбородок, серьезно заглядывая в глаза.
— Не дождешься. Будешь меня теперь долго-долго терпеть.
— Ну что ж, — притворно вздохнул Костя и приглашающее развел руки. — «Добро пожаловать на борт».
Шкура примостился на подоконнике. Хоть из окна и не тянуло сквозняком, но хотелось забраться под теплый, родной бок хозяина. А как к нему подобраться, если на кровати, куда планировал попасть кот, происходили энергичные баталии? Слышались приглушенные стоны, перешептывания, активные перемещения и толчки. Так можно бедное животное и с матраса спихнуть, или хвост прижать, или придавить ненароком. Эти двуногие вообще же не видят, не чувствуют, как рядом животина страдает от невнимания. Шкура отвлекся от наблюдения за ними и начал вылизывать свои фантомные яйца.
Васильев проделывал с Игорем примерно то же самое, только с вполне реальными.
— Я не от тебя сбежал, — пробормотал он, когда освободил рот. — От себя. Когда тебя с Борисом увидел, мне так плохо стало. Я уже и забыл, что можно так испугаться за кого-то, за чью-то жизнь, здоровье. Я совершенно из памяти вытравил, как пропускать через себя эмоции и волнения.
— Эгоист хренов, — пробормотал Русаков, пытаясь за волосы оттянуть его голову от своего паха.
— Так проще жить. Без внутренних волнений и дрязг. А сегодня у меня словно клапан какой-то в груди открылся. Оказывается, я все это время не в полные легкие дышал. Все ждал чего-то. Хороших новостей или наоборот плохих. Не знаю. Но этот душевный тремор меня отпустил, только когда ты на заправке как черт из табакерки выскочил.
— Илья, познакомься, — сказал Васильев. — Это Игорь. Он будет жить в первом коттедже, а проживание оплачивать производством и реставрацией мебели для других домов.
— Очень приятно, — протянул руку Илья, здороваясь с озадаченным Русаковым. — А пока ты Мишку провожал под кустом случайно еще и повара не находил?
— Я умею готовить, — признался Игорь, все еще не понимая, во что ввязывается.
— Отлично! — возликовал Илья. — А то моя жена не справляется. На ней и дети, и готовка. Устает, не успевает. Ты, Костян, почаще маршрут «работа-дом» меняй, глядишь, весь необходимый персонал соберешь.
— Какой еще персонал? — переспросил Игорь, когда его утянули в «Логан» и показали дорогу дальше.«Опель» остался стоять у большого дома.
— Мы помимо основной работы с Ильей строительством занялись. Тут несколько домиков будут.
Они тормознули около первого строения. «А»-образный фасад, высокие евроокна с передней стороны. Вся территория вокруг захламлена строительным мусором. Казалось, рабочая бригада только что закончила смену и ушла на перекур.
— Электричество еще не везде подвели, но бойлер работает, и вода есть.
Костя достал большой фонарь и открыл дверь в дом. Пропустил вперед Шкуру, который важно прошелся, обнюхивая все вокруг, и шмыгнул куда-то наверх. Игорь осторожно зашел следом. Костя закрыл дверь, чтобы не выпустить тепло.
Гость огляделся. На просторном этаже под полиэтиленовыми пленками угадывалась мебель. Небольшая кухня поблескивала хромированными деталями и лаковым покрытием. Тут же рядом — маленькая дверь и лестница наверх. Он забрал фонарь из рук Кости и, подсвечивая ступеньки, поднялся на второй этаж. Еще одна дверь, за которой пряталась нормальных размеров ванная комната. Широкое окно, выходящее на лес и бурную речку. Посередине этажа стояла двуспальная кровать, еще обтянутая целлофаном. По центру матраса уже растянулась знакомая шкура Шкуры.
— Я этот дом за собой застолбил, но раз уж ты приехал…
Васильев запнулся, нерешительно поджав губы.
— То жить нам придется вместе? — догадался Игорь.
— Ну, не на улицу же тебя выгонять, беспризорник.
— А утром ты меня как обычно выставишь? — Русаков осторожно приблизился к Косте.
— Постараюсь не делать этого, — честно пообещал тот.
— И не сбежишь, прикрываясь выдуманными причинами?
— Даже соглашусь быть привязанным к этой самой кровати.
— И больше слова не скажешь, что я тебе не подхожу? — руки Игоря скользнули под теплую дубленку, обхватывая Васильева.
— Только если ты так скажешь, — Костя подтянул парня за подбородок, серьезно заглядывая в глаза.
— Не дождешься. Будешь меня теперь долго-долго терпеть.
— Ну что ж, — притворно вздохнул Костя и приглашающее развел руки. — «Добро пожаловать на борт».
Шкура примостился на подоконнике. Хоть из окна и не тянуло сквозняком, но хотелось забраться под теплый, родной бок хозяина. А как к нему подобраться, если на кровати, куда планировал попасть кот, происходили энергичные баталии? Слышались приглушенные стоны, перешептывания, активные перемещения и толчки. Так можно бедное животное и с матраса спихнуть, или хвост прижать, или придавить ненароком. Эти двуногие вообще же не видят, не чувствуют, как рядом животина страдает от невнимания. Шкура отвлекся от наблюдения за ними и начал вылизывать свои фантомные яйца.
Васильев проделывал с Игорем примерно то же самое, только с вполне реальными.
— Я не от тебя сбежал, — пробормотал он, когда освободил рот. — От себя. Когда тебя с Борисом увидел, мне так плохо стало. Я уже и забыл, что можно так испугаться за кого-то, за чью-то жизнь, здоровье. Я совершенно из памяти вытравил, как пропускать через себя эмоции и волнения.
— Эгоист хренов, — пробормотал Русаков, пытаясь за волосы оттянуть его голову от своего паха.
— Так проще жить. Без внутренних волнений и дрязг. А сегодня у меня словно клапан какой-то в груди открылся. Оказывается, я все это время не в полные легкие дышал. Все ждал чего-то. Хороших новостей или наоборот плохих. Не знаю. Но этот душевный тремор меня отпустил, только когда ты на заправке как черт из табакерки выскочил.
Страница 71 из 75
