Русалка, вернувшаяся с холода

Выбор был действительно хорош: крупный лазурит с бриллиантами — достойная награда для спасительницы, ничего не скажешь. А зеленоватый местный везувиан, из которого были искусно вырезаны чешуйки на хвосте, призван был напоминать обладательнице этой вещи о чудесном острове посреди моря и о том, кто преподнес ей этот подарок и за какой поступок.

На следующий день Темный Лорд скомандовал возвращение: видно, ему неприятно было ощущать себя романической «девой в беде». Весь остров он заоблиевейтить, естественно, не мог, поэтому Малфоям и всей остальной компании пришлось срочно паковать саквояжи и возвращаться на родину…

Глава двенадцатая. Лестрейндж-холл

— Значит, говоришь, авроры к тебе не приходили? — спросил Родольфус, вперив в Барти Крауча-младшего испытывающий взгляд.

— Не приходили, — кивнул изрядно осунувшийся и побледневший после болезни Барти. — Отец сказал, что у аврората есть дела поважнее, чем расследовать нападение на какого-то там сына директора Департамента. Это уже потом я узнал, что Повелитель исчез. Мордред! — он стукнул кулаком по столу. — Темный Лорд пропал, а на его поиски даже некому было отправиться. Вы в аврорате, я в клинике, Белла вообще… И все это, как нарочно, в один день. Как же ее так угораздило, а?

Братья Лестрейнджи молча переглянулись.

— А Люциус? — Барти с надеждой посмотрел на них. — У него везде есть связи. Неужели даже ему ничего не удалось нарыть?

— Люциус делает все, что может, — ответил Рабастан. — Но под домашним арестом много не нароешь. Час-другой под обороткой — максимум, что он может себе позволить. Его проверяют по нескольку раз в день, и только благодаря тому, что Нарцисса время от времени его подменяет, ему удается ненадолго выбраться из поместья. У Нотта, Эйвери, Гойла та же история. А мы совсем, как говорится, на коротком поводке — авроры являются в поместье по три раза на дню. А эта миссис Харден вообще торчит здесь круглые сутки. Чудовищная женщина, просто чудовищная.

Рабастан сокрушенно вздохнул.

— Погодите-ка, я ничего не понял, — Барти с недоумением посмотрел на него. — Какая миссис Харден? К Белле приставили сиделку или все-таки аврора?

— И то и другое в одном бокале, — лаконично ответил Родольфус. — Когда колдомедик, который лечил Беллатрикс, вернулся во Францию, Нарцисса обратилась к целителю Тики, чтобы тот посоветовал ей хорошую сиделку. Ну, он и посоветовал…

— Твой отец должен ее знать, — сказал Рабастан. — Это настоящий громмамонт или, вернее, монумент в целительском халате поверх аврорской мантии. Не успела она переступить порог, как сообщила, что двадцать лет любовалась на злостных симулянтов, поэтому Белла пусть даже не пытается притвориться больнее, чем она есть. А нас с Руди предупредила, чтобы мы не пытались запугать ее или подкупить. А мы, вообще-то, и не собирались, — с некоторой долей обиды произнес он.

— А-а, вспомнил! — оживился Барти. — Отец действительно когда-то о ней рассказывал. Она двадцать лет прослужила в тюремном госпитале при Азкабане, а потом ушла: то ли замуж, то ли в отставку — уж не скажу. Помню только, что в Министерстве шутили, что узнав о ее уходе, узники так ликовали, что половина дементоров передохла. Если это та самая мегера, то вам с Беллой можно только посочувствовать.

— Та самая… — Рабастан тяжело вздохнул. — Я на своем веку видел много женщин, но ни одна из них не смотрела на меня так, как эта.

— С отвращением? — попытался уточнить Барти. — Или совсем наоборот — с интересом?

— Вот именно, что с интересом, — буркнул Рабастан, — только гастрономическим. Словно прикидывала, сколько времени понадобится дементору, чтобы превратить меня в увядшую тыкву.

Барти сочувственно покивал. Он бы тоже не обрадовался, посмотри на него подобным образом женщина, да еще такая корпулентная. Барти вообще не любил крупных женщин — ему всегда казалось, что они смотрят на него со скрытым пренебрежением. И он был даже немножко благодарен отцу за то, что тот в свое время не позволил матери отправить Барти в Шармбатон — там, говорят, не директриса, а целая мраморная колонна в рюшечках.

— Значит, аврорат привлекает к работе старые кадры… — задумчиво проговорил Родольфус. — Видимо, своих людей не хватает.

— Конечно не хватает, — кивнул Рабастан. — Люциус же тебе писал, что сетью окутали практически всех. Долохова, Джагсона, Каркарова, Мальсибера взяли под стражу, а Пиритс вообще в Азкабане — кто-то видел его в ту ночь в Годриковой Впадине.

— У Пиритса в Годриковой Впадине невеста, — вспомнил Барти услышанную в больнице сплетню, — потому он и поперся туда в Хэллоуин. А на обратном пути попался аврорам. Глупо получилось.

— Откуда знаешь? — спросил Родольфус.

— У одной из мунговских медиведьм в этой деревне сестра живет, она и рассказала. Мунго — это такое место, где знают всё, — хвастливо сказал Барти, как будто он лично поставлял медиведьмам самую свежую и проверенную информацию.