Фандом: Ориджиналы. Они абсолютно разные, но, вопреки всему, они вместе. Ведь иногда просто быть с кем-то рядом — единственное, что имеет значение.
Добавить в моё избранное
7 мин, 54 сек 14034
Чертова больная фантазия.
В последнее время постоянно думаю о том, как же сложно тебя любить. Иногда кажется, что невозможно даже. Это чувство замешано на боли, яростной борьбе, удивительной нежности и преданности, собственничестве и независимости, это яд и лекарство в одном флаконе. И я люблю твою жестокость, она как дорогое выдержанное вино — от большого количества становится плохо, а в малых дозах — сплошное удовольствие.
И ты вряд ли догадываешься, что при этих мыслях в моей памяти оживает одно из самых любимых воспоминаний. Наша первая совместная поездка. Мы стоим на палубе плывущего по широкой реке теплохода. Я завороженно наблюдаю, как ветер запутывается в твоих волосах, перебирая длинные пряди. Ты смотришь куда-то вдаль сосредоточенно, цепко. Почему ты не можешь расслабиться? Здесь только я. Видишь — никому нет никакого дела, что я держу тебя за руку, кладу голову тебе на плечо. Всем плевать — только ты не можешь себя отпустить, позволить выразить чувства. Все проблемы только в твоем воображении.
А ведь был момент, когда я на самом деле думала, что у нас все получится… Тогда, во время отпуска, когда мы потерялись в море солнца, тепла и света. Я впервые видела тебя столь непосредственной, какими бывают лишь дети, ты улыбалась открыто, позволяя себе насладиться каким-то отчаянным, запрещенным счастьем. Ранимая, но жесткая, неприступная, но всегда идущая на компромисс. Ты — сплетение противоположностей. И даже руки твои, такие мягкие и нежные, умеют властно и крепко обнимать.
Висок, щека, губы, подбородок, шея — твои поцелуи как контрольные выстрелы — бьют точно в цель. Я в ответ лишь едва касаюсь твоих губ. Ты рывком притягиваешь меня к себе, лёгким движением убирая волосы с шеи. Твои руки скользят вверх от талии, объятья крепче, тихий выдох… Проводишь губами по плечу, приближаясь поцелуями к шее, и тут же оставляешь кровавый засос. «Это тебе, чтобы не забывала, когда закончится отпуск», — шепчешь и нахально усмехаешься. Легко отталкиваешь, подмигнув: «А теперь можно и спать!»
Когда ты призналась, что мои чувства взаимны, понимала ли, что для меня это значит? Должно быть, нет, иначе ты, конечно бы, промолчала. Отпуск закончился, эйфория прошла. К тебе вернулся рассудок, а с ним — и способность трезво рассуждать.
Сейчас ты не готова к серьезным отношениям, тем более подобного рода. Ты мечтаешь о крепкой, дружной, нормальной семье в будущем, и я тебе всячески желаю счастья. А я… кризис среднего возраста со всеми вытекающими… рано или поздно пройдет.
В последнее время мы часто ссорились, ты шипела и плевалась ядовитыми словами, я обвиняла тебя в бесчувственности и рыдала. Ты столько раз могла уйти… но каждый раз оставалась рядом. Не знаю, что тебя останавливало — жалость, привычка или чувство ответственности за тех, кого приручил… Ты винишь себя, что испортила мне жизнь. Говоришь, что я должна злиться на тебя и ненавидеть. А я вспоминаю все, что было, с нежностью.
Иногда нужно просто уйти, не оглядываясь. Перестать жить чужой жизнью и начать жить своей, посмотреть на себя со стороны и позавидовать. Или познакомиться с новыми людьми, чтобы вырваться из замкнутого круга. Иногда нужно остановиться и оглянуться, чтобы понять, в каком направлении двигаться дальше. Слушать свое сердце, но следовать доводам разума. Иногда нужно расслабиться, просто получать удовольствие или действовать, стремясь к своей цели. Иногда нужно довериться судьбе и позволить ей самой все расставить на свои места. Иногда — не так ведь и часто, правда? Но почему же так трудно?
Меня отвлекает звук поворачивающегося в замке ключа. Ты входишь, и одного взгляда на меня достаточно, чтобы сделать вывод:
— Опять себя накрутила?
— Привет, радость, — отвечаю с виноватой улыбкой. — Мне нужно пять минут, чтобы закончить.
Ты идешь на кухню, шуршишь пакетами, а я спешно дописываю последний абзац.
«Оглядываясь назад, я понимаю, что за этот год мы научились самому главному — взаимной заботе и доверию. Знай, что бы между нами не произошло в будущем, я всегда буду рядом, помогу и поддержу. Я буду с тобой до тех пор, пока ты нуждаешься во мне, пока не скажешь» уходи«. И я благодарна судьбе, что послала мне тебя. Пусть порой это мучительно — осознавать, что нельзя получить все и сразу, но мысли о тебе дают мне силы двигаться дальше, наполняют жизнь светом и смыслом. Я чувствую себя живой, нужной, а не просто оболочкой без души. Ведь с некоторых пор моя душа — это ты».
Решительно ставлю точку и захлопываю дневник. Когда-нибудь я покажу тебе эти записи. Когда-нибудь, но не сегодня — на этот вечер у меня определенно другие планы.
Иду на кухню — ты принесла запеченые суши, мои любимые. Обнимаю тебя сзади, зарываясь носом в волосы.
— Есть садись, — говоришь недовольным тоном.
Я тихонько смеюсь, потому что знаю — ты всегда прикрываешь заботу мнимой суровостью, будто это постыдная слабость, о которой никто не должен догадаться.
В последнее время постоянно думаю о том, как же сложно тебя любить. Иногда кажется, что невозможно даже. Это чувство замешано на боли, яростной борьбе, удивительной нежности и преданности, собственничестве и независимости, это яд и лекарство в одном флаконе. И я люблю твою жестокость, она как дорогое выдержанное вино — от большого количества становится плохо, а в малых дозах — сплошное удовольствие.
И ты вряд ли догадываешься, что при этих мыслях в моей памяти оживает одно из самых любимых воспоминаний. Наша первая совместная поездка. Мы стоим на палубе плывущего по широкой реке теплохода. Я завороженно наблюдаю, как ветер запутывается в твоих волосах, перебирая длинные пряди. Ты смотришь куда-то вдаль сосредоточенно, цепко. Почему ты не можешь расслабиться? Здесь только я. Видишь — никому нет никакого дела, что я держу тебя за руку, кладу голову тебе на плечо. Всем плевать — только ты не можешь себя отпустить, позволить выразить чувства. Все проблемы только в твоем воображении.
А ведь был момент, когда я на самом деле думала, что у нас все получится… Тогда, во время отпуска, когда мы потерялись в море солнца, тепла и света. Я впервые видела тебя столь непосредственной, какими бывают лишь дети, ты улыбалась открыто, позволяя себе насладиться каким-то отчаянным, запрещенным счастьем. Ранимая, но жесткая, неприступная, но всегда идущая на компромисс. Ты — сплетение противоположностей. И даже руки твои, такие мягкие и нежные, умеют властно и крепко обнимать.
Висок, щека, губы, подбородок, шея — твои поцелуи как контрольные выстрелы — бьют точно в цель. Я в ответ лишь едва касаюсь твоих губ. Ты рывком притягиваешь меня к себе, лёгким движением убирая волосы с шеи. Твои руки скользят вверх от талии, объятья крепче, тихий выдох… Проводишь губами по плечу, приближаясь поцелуями к шее, и тут же оставляешь кровавый засос. «Это тебе, чтобы не забывала, когда закончится отпуск», — шепчешь и нахально усмехаешься. Легко отталкиваешь, подмигнув: «А теперь можно и спать!»
Когда ты призналась, что мои чувства взаимны, понимала ли, что для меня это значит? Должно быть, нет, иначе ты, конечно бы, промолчала. Отпуск закончился, эйфория прошла. К тебе вернулся рассудок, а с ним — и способность трезво рассуждать.
Сейчас ты не готова к серьезным отношениям, тем более подобного рода. Ты мечтаешь о крепкой, дружной, нормальной семье в будущем, и я тебе всячески желаю счастья. А я… кризис среднего возраста со всеми вытекающими… рано или поздно пройдет.
В последнее время мы часто ссорились, ты шипела и плевалась ядовитыми словами, я обвиняла тебя в бесчувственности и рыдала. Ты столько раз могла уйти… но каждый раз оставалась рядом. Не знаю, что тебя останавливало — жалость, привычка или чувство ответственности за тех, кого приручил… Ты винишь себя, что испортила мне жизнь. Говоришь, что я должна злиться на тебя и ненавидеть. А я вспоминаю все, что было, с нежностью.
Иногда нужно просто уйти, не оглядываясь. Перестать жить чужой жизнью и начать жить своей, посмотреть на себя со стороны и позавидовать. Или познакомиться с новыми людьми, чтобы вырваться из замкнутого круга. Иногда нужно остановиться и оглянуться, чтобы понять, в каком направлении двигаться дальше. Слушать свое сердце, но следовать доводам разума. Иногда нужно расслабиться, просто получать удовольствие или действовать, стремясь к своей цели. Иногда нужно довериться судьбе и позволить ей самой все расставить на свои места. Иногда — не так ведь и часто, правда? Но почему же так трудно?
Меня отвлекает звук поворачивающегося в замке ключа. Ты входишь, и одного взгляда на меня достаточно, чтобы сделать вывод:
— Опять себя накрутила?
— Привет, радость, — отвечаю с виноватой улыбкой. — Мне нужно пять минут, чтобы закончить.
Ты идешь на кухню, шуршишь пакетами, а я спешно дописываю последний абзац.
«Оглядываясь назад, я понимаю, что за этот год мы научились самому главному — взаимной заботе и доверию. Знай, что бы между нами не произошло в будущем, я всегда буду рядом, помогу и поддержу. Я буду с тобой до тех пор, пока ты нуждаешься во мне, пока не скажешь» уходи«. И я благодарна судьбе, что послала мне тебя. Пусть порой это мучительно — осознавать, что нельзя получить все и сразу, но мысли о тебе дают мне силы двигаться дальше, наполняют жизнь светом и смыслом. Я чувствую себя живой, нужной, а не просто оболочкой без души. Ведь с некоторых пор моя душа — это ты».
Решительно ставлю точку и захлопываю дневник. Когда-нибудь я покажу тебе эти записи. Когда-нибудь, но не сегодня — на этот вечер у меня определенно другие планы.
Иду на кухню — ты принесла запеченые суши, мои любимые. Обнимаю тебя сзади, зарываясь носом в волосы.
— Есть садись, — говоришь недовольным тоном.
Я тихонько смеюсь, потому что знаю — ты всегда прикрываешь заботу мнимой суровостью, будто это постыдная слабость, о которой никто не должен догадаться.
Страница 2 из 3
