Делай, что должно. Хранители

Ему бы сейчас выплакаться, отрыдаться, а он себя до сих пор в руках держит, проклятым холодом скованный. Кэльх бросил быстрый взгляд на Аэно: не жди, вернусь поздно. Потому что никому другому Теиль помочь не позволит. Нейхини Тамая только телу ношу облегчит, а душу — душу опять Кэльху латать.

Не впервой. Справится.

Глава 4

Письмо из Фарата, от Совета Чести, прилетело в Ткеш, в дом Солнечных, в конце лета. Видно, старейшие нэх давали новому Хранителю время освоиться в Ташертисе, привыкнуть к иным порядкам, законам и обычаям, принять их. Кэльх был им за это благодарен весьма и весьма: они с Аэно как раз успели разобраться со многими неотложными делами. И с украшениями Кэйлока, и с Лашши и Ликом, и с обучением Аэно. И даже успели отплясать в кругу, да так, что к нему не решились подступить даже мать с сестрами, до того жаркой была их пляска. Косились на них после этого… Со смешками, понимающе, и одновременно с теплом. И чуть ли не пинками выставили с праздника, когда вывалились из круга растрепанные, ошалелые. Кэльх так точно: забыл уже, как может откликаться родная земля, одаривая и отдариваясь, почти подтрунивая над непутевым Хранителем. Аэно и вовсе как кот отфыркивался, глотая воду из поданного кем-то кувшина. Кэльх на него засмотрелся… Тут-то рука отца на плечо и легла, подталкивая к дому.

— Идите, огонек, идите. После вернетесь, как остынете.

Нет, из круга они тогда не голышом выскочили, но разницы не было никакой: всем и так все было яснее ясного. И «остывали» они до поздней ночи, а вернее — до раннего-раннего утра, так что и праздник уже закончился, и люди разошлись, и дом утих — а им все было не оторваться друг от друга, не разжать стиснутых рук, не прекратить поцелуев, несмотря на огнем горящие губы. Так и уснули, не раскатившись в стороны, одним целым. Утром шипели оба и смеялись, и обещали больше так не засыпать… Глупости говорили, конечно — было потом так, и не раз.

Но кроме обещаний та ночь оставила и что-то другое. Не просто тепло — а как будто второй огонек, где-то там, за сердцем, за прячущейся внутри неугасимой искрой, за живущим в груди огненным зверем. И когда Кэльх на следующий день вызвал Чи`ата, то чуть не отшатнулся: размах крыльев огненной птицы вырос раза в три, если не в четыре. В тот же день с ладоней Аэно спрыгнул не рысенок — рысь.

А теперь вот письмо.

Совет Чести прислал самое наиофициальнейшее из возможных: нарочный из столицы вручил нэх Орте свиток, запечатанный черно-алым сургучом с оттиском Большого Круга Стихий. Глава рода Солнечных торжественно сломала печать на семейном совете, пробежала написанное глазами и перевела взгляд на старшего сына и его ученика:

— Совет Чести Ташертиса желает видеть вас в Фарате не позднее, чем через декаду.

— Вспомнили, — хмыкнул Кэльх.

Сколько лет не вспоминали — а тут нате. Наверняка Чемс виноват, кому еще было рассказать о случившемся? Сам Кэльх о новом Хранителе молчал, понимая, что пока не утрясется и не уляжется, пока сам окончательно не выздоровеет, пока Аэно к Ташертису не привыкнет — в столицу лучше не ехать. Но на старого друга Кэльх ни капли не злился, в конце концов, и сам уже подумывал послать весточку, начать потихоньку готовиться к дороге. Так что из-за стола он поднялся с невольной улыбкой.

— Мы пойдем собирать вещи. Матушка…

— Идите уж.

Волнение Аэно он чувствовал так же, как если бы оно было его собственным, хотя юноша держался ровно, с деланным спокойствием. Кого другого оно бы обмануло — не было ни легкой дрожи рук, ни закушенных губ, ни невольно мечущегося взгляда. Кэльху хватило увидеть глубокие борозды на ладони, в которой, пока шли наверх, Аэно сжимал подвески своего браслета. Поэтому, едва закрылась дверь, и привычно лег на место крюк, поймал, обнял, легонько прижимая к себе.

— Ну что ты, рысенок? Тебе нечего бояться.

— Я не боюсь, — почти возмутился Аэно, но в плечо уткнулся лбом, сцепил руки на поясе. В грудь Кэльху отдавались быстрые удары его сердца, потихоньку замедляющиеся: объятия Аэно действительно успокаивали. — Я не уверен, что мне удастся внятно объяснить Совету то, что я хочу объяснить. Слишком уж мало информации. Я не готов…

— Значит, это отложим на потом. Аэно, я сам хочу прежде заглянуть в библиотеку Хранителей. Там собираются все данные, что с нами связаны, в том числе и о подобных выгораниях. Посмотрим, может быть, найдем что-то, или Замс Чистый огонь подскажет, — Кэльх мягко погладил Аэно по спине. — И не переживай, рысенок: Совет это не Круг Чистых, у нас другие нравы.

— Я должен увидеть их сам, прежде чем оценить, — Аэно чуть фыркнул, потерся носом о плечо любимого. И запрокинул голову, прищурился, глядя в лицо Кэльху: — Значит, библиотека? Это о-очень интересно. Надеюсь, меня в нее пустят?

— Кто же не пустит в библиотеку Хранителей Хранителя? — усмехнулся тот. — Так что… Собираемся?