Фандом: Гарри Поттер. События 1992-1993 учебного года глазами юной, но очень ответственной волшебницы и её друзей.
Добавить в моё избранное
22 мин, 42 сек 1898
Ну, и карандаш, конечно. Потому что карандашом я составляла план.
Разделила пергамент на три части. В первом столбце написала имена жертв. Во втором — где и когда были совершены нападения, в третьем — всех претендентов на звание чудовища из Тайной комнаты (пришлось включить даже самые абсурдные варианты).
Получилось примерно вот что:
1. Миссис Норрис — коридор на втором этаже — Хэллоуинский пир (подвесили за хвост!)
2. Колин Криви — лестница рядом с кухней — в ночь после матча со Слизерином (с фотоаппаратом в руках)
3. Джастин Финч-Флетчли — учебный коридор на третьем этаже — последняя неделя перед каникулами (вместе с П. Б. Ником)
4. Почти Безголовый Ник — учебный коридор на третьем этаже — последняя неделя перед каникулами (вместе с Джастином)
Монстр:
1. Упырь-невидимка
2. Горгона (её аналог?)
3. Кто-то из кошачьих (передушены петухи)
4. Очередное чудовище Хагрида (маловероятно)
5. Ученик??? (вообще сомнительно)
Я, наверное, долго промучилась бы, пытаясь найти хоть какую-то логику в этой мешанине, но двери Больничного крыла открылись, и за ширмой послышались голоса. Друзья пришли меня навестить. Всё бы ничего, но кроме книг и шоколадных лягушек Гарри принёс потрёпанный маггловский дневник.
В начале февраля меня выписали, а ещё через неделю произошло событие, перевернувшее мир с ног на голову. Нет, дело не в том, что был День Святого Валентина. Этот праздник не заслуживает внимания, хотя я, разумеется, отправила профессору Локонсу валентинку. С его стороны было очень мило прислать мне открытку, пока я лежала в Больничном крыле с кошачьей мордой, и он заслуживает благодарности. Хотя мне действительно интересно: неужели он получил всего сорок шесть валентинок? По-моему, для такого героя и… ммм… приятного человека это чудовищно мало.
Но именно в этот день Гарри разгадал тайну дневника Т. Реддла, а я достала пергамент, над которым недавно раздумывала, и обвела четвёртый пункт в кружок.
Хотя по-прежнему мало верю, что Хагрид кого-то убил.
— Гермиона, ты выбрала Уход за магическими существами? — поднимаю голову и встречаюсь с удивлённым взглядом Сьюзен Боунс.
— Да, его тоже. А что?
— Нет, ничего, просто увидела у тебя эту книгу и удивилась.
Я выдвигаю соседний стул, и Сьюзен садится рядом.
— Я даже удивлена. Думала, что ты выберешь что-нибудь более… серьёзное.
— Серьёзного тоже хватит, — пожимаю плечами я. Меньше всего мне хочется обсуждать своё расписание на следующий год. Если оно, конечно, окажется таким, как я надеюсь. — А что выбрала ты?
— Тоже Уход. Ещё Нумерологию, Маггловедение, Прорицания. Говорят, Нумерология очень сложная, но мне посоветовали.
— Я чаще слышу, что профессор Вектор — очень строгий преподаватель. Даже строже профессора МакГонагалл.
Сьюзен суетливо поправила волосы, и я подумала, что о строгости учителей с пуффендуйкой лучше не говорить. Ещё откажется от чего-нибудь, и это будет на моей совести.
Ни за что.
— Слушай, Сьюзен, — я понизила голос. — У вас на факультете нет подозрений, что за монстр нападает на учеников?
— Есть парочка, — голос у неё становится таким неуверенным, будто я — та самая профессор Вектор. — Некоторые говорят, что это птица.
— Птица? — кажется, мой список нуждается в дополнениях.
Сьюзен кивает.
— Ты не заметила, как мало пауков осталось в замке?
— Ты имеешь в виду, что птицы едят пауков? — я чувствую такое разочарование, что уже сожалею, что спросила. — А причём тут студенты?
— Наверное, есть птицы, которые убивают…
— Убивают? Сьюзен, это смешно. За время нападений никто не умер, кроме… — я заставляю себя замолчать.
— Кроме Миртл Гаррисон, — Сьюзен опасливо оглядывается и с тревогой добавляет. — Я знаю. Кстати, она была магглорождённой, даже не полукровкой. Не знаю, почему она умерла, а остальные окаменели, но это странно. Может, они видели эту птицу издалека, а Миртл вблизи? Ведь даже Почти Безголовый Ник…
Я разворачиваю пергамент и приписываю в третьем столбце — «6. Птица (исчезли пауки) — смотреть вблизи».
— А ещё, ‑ Сьюзен начинает совсем шептать. — Некоторые боятся, что это змея. Потому что Гарри может… ну, он змееуст, это все видели, и вдруг он… ну, то есть я его ни в чём не подозреваю, но остальные… и ты пойми… Ой!
Она замирает, будто в библиотеке появился сам Салазар Слизерин и посоветовал ей не общаться с магглорождённой. Однако, к моему раздражению, это не основатель Хогвартса, а всего лишь Эрни Макмиллан — чистокровный волшебник в десятом колене, как он недавно сообщил Гарри.
Сьюзен пискнула что-то вроде «пока, Гермиона» и скрылась в глубине библиотеки.
— О чём это вы говорили? — подозрительно спрашивает пуффендуец, останавливаясь возле меня.
Разделила пергамент на три части. В первом столбце написала имена жертв. Во втором — где и когда были совершены нападения, в третьем — всех претендентов на звание чудовища из Тайной комнаты (пришлось включить даже самые абсурдные варианты).
Получилось примерно вот что:
1. Миссис Норрис — коридор на втором этаже — Хэллоуинский пир (подвесили за хвост!)
2. Колин Криви — лестница рядом с кухней — в ночь после матча со Слизерином (с фотоаппаратом в руках)
3. Джастин Финч-Флетчли — учебный коридор на третьем этаже — последняя неделя перед каникулами (вместе с П. Б. Ником)
4. Почти Безголовый Ник — учебный коридор на третьем этаже — последняя неделя перед каникулами (вместе с Джастином)
Монстр:
1. Упырь-невидимка
2. Горгона (её аналог?)
3. Кто-то из кошачьих (передушены петухи)
4. Очередное чудовище Хагрида (маловероятно)
5. Ученик??? (вообще сомнительно)
Я, наверное, долго промучилась бы, пытаясь найти хоть какую-то логику в этой мешанине, но двери Больничного крыла открылись, и за ширмой послышались голоса. Друзья пришли меня навестить. Всё бы ничего, но кроме книг и шоколадных лягушек Гарри принёс потрёпанный маггловский дневник.
В начале февраля меня выписали, а ещё через неделю произошло событие, перевернувшее мир с ног на голову. Нет, дело не в том, что был День Святого Валентина. Этот праздник не заслуживает внимания, хотя я, разумеется, отправила профессору Локонсу валентинку. С его стороны было очень мило прислать мне открытку, пока я лежала в Больничном крыле с кошачьей мордой, и он заслуживает благодарности. Хотя мне действительно интересно: неужели он получил всего сорок шесть валентинок? По-моему, для такого героя и… ммм… приятного человека это чудовищно мало.
Но именно в этот день Гарри разгадал тайну дневника Т. Реддла, а я достала пергамент, над которым недавно раздумывала, и обвела четвёртый пункт в кружок.
Хотя по-прежнему мало верю, что Хагрид кого-то убил.
— Гермиона, ты выбрала Уход за магическими существами? — поднимаю голову и встречаюсь с удивлённым взглядом Сьюзен Боунс.
— Да, его тоже. А что?
— Нет, ничего, просто увидела у тебя эту книгу и удивилась.
Я выдвигаю соседний стул, и Сьюзен садится рядом.
— Я даже удивлена. Думала, что ты выберешь что-нибудь более… серьёзное.
— Серьёзного тоже хватит, — пожимаю плечами я. Меньше всего мне хочется обсуждать своё расписание на следующий год. Если оно, конечно, окажется таким, как я надеюсь. — А что выбрала ты?
— Тоже Уход. Ещё Нумерологию, Маггловедение, Прорицания. Говорят, Нумерология очень сложная, но мне посоветовали.
— Я чаще слышу, что профессор Вектор — очень строгий преподаватель. Даже строже профессора МакГонагалл.
Сьюзен суетливо поправила волосы, и я подумала, что о строгости учителей с пуффендуйкой лучше не говорить. Ещё откажется от чего-нибудь, и это будет на моей совести.
Ни за что.
— Слушай, Сьюзен, — я понизила голос. — У вас на факультете нет подозрений, что за монстр нападает на учеников?
— Есть парочка, — голос у неё становится таким неуверенным, будто я — та самая профессор Вектор. — Некоторые говорят, что это птица.
— Птица? — кажется, мой список нуждается в дополнениях.
Сьюзен кивает.
— Ты не заметила, как мало пауков осталось в замке?
— Ты имеешь в виду, что птицы едят пауков? — я чувствую такое разочарование, что уже сожалею, что спросила. — А причём тут студенты?
— Наверное, есть птицы, которые убивают…
— Убивают? Сьюзен, это смешно. За время нападений никто не умер, кроме… — я заставляю себя замолчать.
— Кроме Миртл Гаррисон, — Сьюзен опасливо оглядывается и с тревогой добавляет. — Я знаю. Кстати, она была магглорождённой, даже не полукровкой. Не знаю, почему она умерла, а остальные окаменели, но это странно. Может, они видели эту птицу издалека, а Миртл вблизи? Ведь даже Почти Безголовый Ник…
Я разворачиваю пергамент и приписываю в третьем столбце — «6. Птица (исчезли пауки) — смотреть вблизи».
— А ещё, ‑ Сьюзен начинает совсем шептать. — Некоторые боятся, что это змея. Потому что Гарри может… ну, он змееуст, это все видели, и вдруг он… ну, то есть я его ни в чём не подозреваю, но остальные… и ты пойми… Ой!
Она замирает, будто в библиотеке появился сам Салазар Слизерин и посоветовал ей не общаться с магглорождённой. Однако, к моему раздражению, это не основатель Хогвартса, а всего лишь Эрни Макмиллан — чистокровный волшебник в десятом колене, как он недавно сообщил Гарри.
Сьюзен пискнула что-то вроде «пока, Гермиона» и скрылась в глубине библиотеки.
— О чём это вы говорили? — подозрительно спрашивает пуффендуец, останавливаясь возле меня.
Страница 5 из 7
