Фандом: Гарри Поттер. Когда надежда и опора семьи Блэк, он же наследник, он же будущий Мародер Сириус Блэк поступил не туда, куда предполагали мама с папой… Все было совсем не так, как вы привыкли читать.
Добавить в моё избранное
9 мин, 48 сек 16495
— А я мать!
— Но сын у тебя поступал один, а факультета попалось два.
— Как вы можете так к этому относиться? — Лисандра даже подпрыгнула от возмущения. — Вальбурга, детка моя безголовая, тебе совершенно без разницы, где будет учиться твой сын?
— Совершенно, — ответила Вальбурга. — Программа везде одинаковая, а профессор Слагхорн его на любом факультете достанет.
— Но традиции! В конце концов, чистокровность, идеи Салазара Слизерина…
— Бабушка, — Вальбурга скривилась, — ты не представляешь, но сейчас ни один факультет не является спасением. Если ты еще не забыла, то у тебя есть правнучка, которая спуталась с магглом, но если забыла, то сзади тебя висит фамильное древо.
— Это правда, свинья везде грязь найдет, — поджала губы Лисандра.
— Давайте возьмем три письма наугад и кинем их в камин, — предложил Альфард. — Оставшийся будем считать правильным.
— А не проще написать Сириусу, чтобы он сказал, на какой факультет поступил? — вздохнул Орион. — Если уж кому-то, — ядовито подчеркнул он, — это так принципиально важно.
— Дай сюда, — скомандовал Альфард и отобрал у Вальбурги письма.
Из конвертов он тотчас сделал огромную птицу и вручил ее зареванному Регулусу, а сами послания перетасовал в руках, поводил палочкой, зажигая пламя в камине, и, закрыв глаза, бросил туда один за другим три письма. Ярко вспыхнув, они немного покружились огненными бабочками и исчезли в пламени.
— Вот, — сказал Альфард, — остался правильный факультет.
— И что там? — равнодушно спросила Вальбурга.
— Гриффиндор! — прочитал Альфард.
— Я же говорил, — почему-то обрадовался Орион. — Кстати… — он чуть нахмурился. — А в других письмах было написано, куда поступил новый друг Сириуса?
Все растерянно посмотрели на камин.
— Кажется, нет, — протянула Вальбурга.
— Ну, значит, действительно Гриффиндор, — уверенно кивнул Орион и вручил письмо оторопевшей Лисандре. — Гриффиндор, дорогая бабушка! — крикнул он ей прямо в ухо. — Кнарлиха ты глухая.
— Блэк на Гриффиндоре! — запричитала Лисандра. — Блэк на Гриффиндоре. Позор, какой позор.
Она поднялась и заспешила к камину. Вытащив палочку, она уверенно загасила пламя, вступила на еще не остывшие угли и провозгласила:
— Дом Арктуруса Блэка!
Полыхнуло зеленым дымом, и Лисандра Яксли пропала из виду.
— Она так до утра все семьи обежит, — заметила Вальбурга. — Орион, если ты еще будешь сидеть со своими бумагами, напиши все-таки Сириусу. Надо же знать, хотя бы для порядка.
— Да, можно будет в его комнате цвета поменять, — рассеянно согласился Орион и вернулся к своим расчетам.
Вальбурга забрала Регулуса и ушла с ним наверх. Альфард, подобрав с пола палочку Ориона, брошенную Регулусом в пылу игры, уселся в кресло и стал забавляться, пуская из палочки искры.
— Орион, — осторожно позвал он.
— Ты дашь мне поработать?
— А ты знаешь, Сириус ведь не первый.
Орион удивленно поднял голову от бумаг и вытаращился на Альфарда.
— То есть… Мне эта Шляпа тоже предлагала Гриффиндор, — с улыбкой сказал Альфард. — Но… я ее уговорил. Точнее, испугался.
Орион подпер рукой подбородок и уставился в окно.
— А мне Рэйвенкло, — признался он. — И она была весьма настойчива, как я помню…
— Серьезно? — с облегчением выдохнул Альфард. — Тогда мне кажется, нам надо выпить за Сириуса. Первого Блэка, который принял решение вопреки.
— Ну, — Орион покосился в сторону двери, куда ушли Вальбурга и Регулус, — возможно, и не последнего. Тащи огневиски, брат.
— Сириус!
— Чего тебе? — полусонный Сириус Блэк протер глаза и нехотя взглянул на Джеймса Поттера.
— Как ты думаешь, они уже получили письма? — Поттер забрался на кровать приятеля и по-хозяйски на ней сел.
— Наверное, — буркнул Блэк. — Завтра все узнаем за завтраком.
— Какой ты спокойный! — поразился Поттер. — А мне вот все покоя не дает… Что бы сказали мои родители, если бы я попал, например, на Хаффлпафф?
— Вы будете спать? — послышался из другого конца комнаты раздраженный голос. — Что вы всю ночь шепчетесь?
— А ты проверь, — предложил Блэк, заворачиваясь в одеяло. — Возьми да напиши завтра несколько писем, как я. — Все равно нам больше сов не дадут, пока те не вернутся…
— Завтра? — завопил Поттер, и тут же в него угодила подушка.
— Ты заткнешься наконец?
— Завтра, — пробормотал Блэк. — Все, спи.
Но Джеймсу спать не хотелось. Он подгреб к себе подушку, обхватил ее руками и так какое-то время сидел, обдумывая. Потом решительно встал, подошел к кровати Питера Петтигрю, от души огрел его подушкой, вернулся к своей кровати, достал пергамент и чернила и принялся за смелый эксперимент.
— Но сын у тебя поступал один, а факультета попалось два.
— Как вы можете так к этому относиться? — Лисандра даже подпрыгнула от возмущения. — Вальбурга, детка моя безголовая, тебе совершенно без разницы, где будет учиться твой сын?
— Совершенно, — ответила Вальбурга. — Программа везде одинаковая, а профессор Слагхорн его на любом факультете достанет.
— Но традиции! В конце концов, чистокровность, идеи Салазара Слизерина…
— Бабушка, — Вальбурга скривилась, — ты не представляешь, но сейчас ни один факультет не является спасением. Если ты еще не забыла, то у тебя есть правнучка, которая спуталась с магглом, но если забыла, то сзади тебя висит фамильное древо.
— Это правда, свинья везде грязь найдет, — поджала губы Лисандра.
— Давайте возьмем три письма наугад и кинем их в камин, — предложил Альфард. — Оставшийся будем считать правильным.
— А не проще написать Сириусу, чтобы он сказал, на какой факультет поступил? — вздохнул Орион. — Если уж кому-то, — ядовито подчеркнул он, — это так принципиально важно.
— Дай сюда, — скомандовал Альфард и отобрал у Вальбурги письма.
Из конвертов он тотчас сделал огромную птицу и вручил ее зареванному Регулусу, а сами послания перетасовал в руках, поводил палочкой, зажигая пламя в камине, и, закрыв глаза, бросил туда один за другим три письма. Ярко вспыхнув, они немного покружились огненными бабочками и исчезли в пламени.
— Вот, — сказал Альфард, — остался правильный факультет.
— И что там? — равнодушно спросила Вальбурга.
— Гриффиндор! — прочитал Альфард.
— Я же говорил, — почему-то обрадовался Орион. — Кстати… — он чуть нахмурился. — А в других письмах было написано, куда поступил новый друг Сириуса?
Все растерянно посмотрели на камин.
— Кажется, нет, — протянула Вальбурга.
— Ну, значит, действительно Гриффиндор, — уверенно кивнул Орион и вручил письмо оторопевшей Лисандре. — Гриффиндор, дорогая бабушка! — крикнул он ей прямо в ухо. — Кнарлиха ты глухая.
— Блэк на Гриффиндоре! — запричитала Лисандра. — Блэк на Гриффиндоре. Позор, какой позор.
Она поднялась и заспешила к камину. Вытащив палочку, она уверенно загасила пламя, вступила на еще не остывшие угли и провозгласила:
— Дом Арктуруса Блэка!
Полыхнуло зеленым дымом, и Лисандра Яксли пропала из виду.
— Она так до утра все семьи обежит, — заметила Вальбурга. — Орион, если ты еще будешь сидеть со своими бумагами, напиши все-таки Сириусу. Надо же знать, хотя бы для порядка.
— Да, можно будет в его комнате цвета поменять, — рассеянно согласился Орион и вернулся к своим расчетам.
Вальбурга забрала Регулуса и ушла с ним наверх. Альфард, подобрав с пола палочку Ориона, брошенную Регулусом в пылу игры, уселся в кресло и стал забавляться, пуская из палочки искры.
— Орион, — осторожно позвал он.
— Ты дашь мне поработать?
— А ты знаешь, Сириус ведь не первый.
Орион удивленно поднял голову от бумаг и вытаращился на Альфарда.
— То есть… Мне эта Шляпа тоже предлагала Гриффиндор, — с улыбкой сказал Альфард. — Но… я ее уговорил. Точнее, испугался.
Орион подпер рукой подбородок и уставился в окно.
— А мне Рэйвенкло, — признался он. — И она была весьма настойчива, как я помню…
— Серьезно? — с облегчением выдохнул Альфард. — Тогда мне кажется, нам надо выпить за Сириуса. Первого Блэка, который принял решение вопреки.
— Ну, — Орион покосился в сторону двери, куда ушли Вальбурга и Регулус, — возможно, и не последнего. Тащи огневиски, брат.
— Сириус!
— Чего тебе? — полусонный Сириус Блэк протер глаза и нехотя взглянул на Джеймса Поттера.
— Как ты думаешь, они уже получили письма? — Поттер забрался на кровать приятеля и по-хозяйски на ней сел.
— Наверное, — буркнул Блэк. — Завтра все узнаем за завтраком.
— Какой ты спокойный! — поразился Поттер. — А мне вот все покоя не дает… Что бы сказали мои родители, если бы я попал, например, на Хаффлпафф?
— Вы будете спать? — послышался из другого конца комнаты раздраженный голос. — Что вы всю ночь шепчетесь?
— А ты проверь, — предложил Блэк, заворачиваясь в одеяло. — Возьми да напиши завтра несколько писем, как я. — Все равно нам больше сов не дадут, пока те не вернутся…
— Завтра? — завопил Поттер, и тут же в него угодила подушка.
— Ты заткнешься наконец?
— Завтра, — пробормотал Блэк. — Все, спи.
Но Джеймсу спать не хотелось. Он подгреб к себе подушку, обхватил ее руками и так какое-то время сидел, обдумывая. Потом решительно встал, подошел к кровати Питера Петтигрю, от души огрел его подушкой, вернулся к своей кровати, достал пергамент и чернила и принялся за смелый эксперимент.
Страница 3 из 3
