Фандом: Гарри Поттер. Аврор Гарри Поттер, расследуя убийство Риты Скитер, приезжает в Малфой-Мэнор, и вместо преступника находит любовь. Криминально-романтическая история с тремя с половиной убийствами, одним покушением на убийство и одним суицидом.
Добавить в моё избранное
98 мин, 0 сек 6852
Гарри и Тонкс переглянулись.
— Либо Нарцисса Малфой страдает лунатизмом, — определила ситуацию Тонкс, — либо врет без зазрения совести.
— Здесь все врут, — безнадежно сказал Гарри.
Из холла донесся хлопок, и послышались тяжелые шаги. В дверях показался Аластор Хмури. Лицо его… собственно, лица на нем не было. Он молча глядел на троицу на диване. Молчание его все длилось и длилось, и Гарри начал надеяться, что Хмури будет молчать всегда, и они так и не узнают страшной новости, которую он им принес.
— Собирайтесь, — наконец, выдавил Хмури. — Мы уходим.
— Как?! — не поняла Тонкс.
— Колин Криви погиб в результате несчастного случая. Эксперты это доказали, — каждое произносимое слово, казалось, выпускало колючки в гортани Хмури и причиняло ему немыслимую боль.
— Да, но… — начала было Тонкс.
— Он поскользнулся на ступеньке, упал, ударился головой о дно и утонул. Так говорят эксперты, — последнюю фразу Хмури выплюнул с остервенением.
— Да, ступеньки там скользкие, — вякнул Гарри. — Я ведь и сам там упал.
Хмури посмотрел на Гарри. Молча, но так, что Гарри пожалел не только о своих словах, но и о самом факте своего существования.
— Но ведь Колина могли толкнуть, — неуверенно сказал Шеклболт. — В показаниях, которые мы получили, очень много странных моментов.
— Дамблдор велел прекратить дело. Сказал, что отчеты экспертов он считает убедительными, и что так будет лучше для всех, — Хмури выглядел так, как будто уже не знал, на каком он свете. — Кто-нибудь, соберите всех этих… — секунду он стоял, прикрыв глаза и собираясь с силами. — Всех этих… Я должен им сообщить, что расследование по делу Криви закончено, и все подозрения с них сняты.
Теперь надо было попасть домой, и поскорее. Едва начавшийся роман зачах на корню. Они с Люциусом встретились, их разметало по сторонам. Бороться с судьбой бесполезно. Остается признать поражение и надеяться, что в следующий раз она будет благосклонней.
Раньше Гарри не признавал поражений. Должно быть, старею, подумал он. Он взглянул на Люциуса Малфоя, стоявшего на крыльце. О боги, сохнуть по Люциусу Малфою! Должно быть, глупею. Больше всего Гарри хотелось оказаться в тишине и уюте своей квартиры, где уже нечего опасаться. «И не на что надеяться», — уныло дополнил внутренний голос.
Тонкс и Шеклболт стояли на дорожке у крыльца, дожидаясь Хмури. Гарри отошел в сторону. На плечо ему мягко опустилась снежинка. Он с удивлением поднял голову. От пухлой серой тучи отделялись сотни маленьких белых крупиц, они кружились в воздухе и падали на зеленые газоны, где сразу таяли.
Гарри перевел взгляд на крышу дома и с недоумением моргнул. На крыше кто-то был. Гарри пригляделся: неясная темная фигура возилась с большим неуклюжим предметом, взгромоздив его на парапет. То, что произошло дальше, показалось ему нереальным, как в жутком сне: огромный камень отделился от крыши и полетел прямо на него. Он попытался отскочить в сторону и одновременно вытащить палочку, споткнулся и рухнул на дорожку.
«Это не со мной происходит», — отстраненно подумал Гарри. Он услышал, как истошно закричала Тонкс, и как чей-то четкий, холодный голос произнес: «Vingardium Leviosa», и увидел стремительно приближавшийся к нему каменный обломок; каждую трещинку и ямку на его серой поверхности он смог бы нарисовать по памяти годы спустя. Камень остановился в каком-то дюйме от лица Гарри, распростертого на колючем гравии, и повис в воздухе, как остров Лапута. Гарри осторожно выполз из-под него и поднялся на ноги. Колени постыдно дрожали. Он поправил съехавшие очки и увидел как-то все сразу: и странную смесь ужаса и облегчения на личике Тонкс, и застывшего в нелепой позе Шеклболта, и Аластора Хмури, торчавшего на крыльце, подобно диковинной горгулье. И Люциуса Малфоя, единственного, кто был на своем месте в этих засыпанных первым снегом декорациях к рождественской сказке: чародей в чарующем саду, в белых волосах снежинки, в руке — волшебная палочка, направленная на камень, которому так и не суждено было положить конец суматошной жизни Гарри Поттера.
— Ну, будь я проклят, — наконец очнулся Хмури. — Дамблдор или не Дамблдор, а я этого так не оставлю!
И не оставил. Шеклболт был командирован в Министерство с объяснениями, почему распоряжение министра осталось невыполненным.
Снова прибыла группа экспертов, которые прочесали дом сверху донизу. Судя по выражению их лиц, они проклинали злой рок, разрушивший их скромное намерение почтить день субботний блаженным бездельем, ничуть не меньше Малфоев.
— Либо Нарцисса Малфой страдает лунатизмом, — определила ситуацию Тонкс, — либо врет без зазрения совести.
— Здесь все врут, — безнадежно сказал Гарри.
Из холла донесся хлопок, и послышались тяжелые шаги. В дверях показался Аластор Хмури. Лицо его… собственно, лица на нем не было. Он молча глядел на троицу на диване. Молчание его все длилось и длилось, и Гарри начал надеяться, что Хмури будет молчать всегда, и они так и не узнают страшной новости, которую он им принес.
— Собирайтесь, — наконец, выдавил Хмури. — Мы уходим.
— Как?! — не поняла Тонкс.
— Колин Криви погиб в результате несчастного случая. Эксперты это доказали, — каждое произносимое слово, казалось, выпускало колючки в гортани Хмури и причиняло ему немыслимую боль.
— Да, но… — начала было Тонкс.
— Он поскользнулся на ступеньке, упал, ударился головой о дно и утонул. Так говорят эксперты, — последнюю фразу Хмури выплюнул с остервенением.
— Да, ступеньки там скользкие, — вякнул Гарри. — Я ведь и сам там упал.
Хмури посмотрел на Гарри. Молча, но так, что Гарри пожалел не только о своих словах, но и о самом факте своего существования.
— Но ведь Колина могли толкнуть, — неуверенно сказал Шеклболт. — В показаниях, которые мы получили, очень много странных моментов.
— Дамблдор велел прекратить дело. Сказал, что отчеты экспертов он считает убедительными, и что так будет лучше для всех, — Хмури выглядел так, как будто уже не знал, на каком он свете. — Кто-нибудь, соберите всех этих… — секунду он стоял, прикрыв глаза и собираясь с силами. — Всех этих… Я должен им сообщить, что расследование по делу Криви закончено, и все подозрения с них сняты.
Глава 11
Гарри вспомнил, как Малфои столпились в гостиной, глядя на печальный исход авроров. Выглядели они скорее ошарашенными, чем ликующими. Если бы их скопом отправили в Азкабан, они горевали бы и гневались, но не удивлялись. Они давно к этому притерпелись; им казалось естественным все, что толкало вниз. Но внезапное оправдание было для них в диковинку.Теперь надо было попасть домой, и поскорее. Едва начавшийся роман зачах на корню. Они с Люциусом встретились, их разметало по сторонам. Бороться с судьбой бесполезно. Остается признать поражение и надеяться, что в следующий раз она будет благосклонней.
Раньше Гарри не признавал поражений. Должно быть, старею, подумал он. Он взглянул на Люциуса Малфоя, стоявшего на крыльце. О боги, сохнуть по Люциусу Малфою! Должно быть, глупею. Больше всего Гарри хотелось оказаться в тишине и уюте своей квартиры, где уже нечего опасаться. «И не на что надеяться», — уныло дополнил внутренний голос.
Тонкс и Шеклболт стояли на дорожке у крыльца, дожидаясь Хмури. Гарри отошел в сторону. На плечо ему мягко опустилась снежинка. Он с удивлением поднял голову. От пухлой серой тучи отделялись сотни маленьких белых крупиц, они кружились в воздухе и падали на зеленые газоны, где сразу таяли.
Гарри перевел взгляд на крышу дома и с недоумением моргнул. На крыше кто-то был. Гарри пригляделся: неясная темная фигура возилась с большим неуклюжим предметом, взгромоздив его на парапет. То, что произошло дальше, показалось ему нереальным, как в жутком сне: огромный камень отделился от крыши и полетел прямо на него. Он попытался отскочить в сторону и одновременно вытащить палочку, споткнулся и рухнул на дорожку.
«Это не со мной происходит», — отстраненно подумал Гарри. Он услышал, как истошно закричала Тонкс, и как чей-то четкий, холодный голос произнес: «Vingardium Leviosa», и увидел стремительно приближавшийся к нему каменный обломок; каждую трещинку и ямку на его серой поверхности он смог бы нарисовать по памяти годы спустя. Камень остановился в каком-то дюйме от лица Гарри, распростертого на колючем гравии, и повис в воздухе, как остров Лапута. Гарри осторожно выполз из-под него и поднялся на ноги. Колени постыдно дрожали. Он поправил съехавшие очки и увидел как-то все сразу: и странную смесь ужаса и облегчения на личике Тонкс, и застывшего в нелепой позе Шеклболта, и Аластора Хмури, торчавшего на крыльце, подобно диковинной горгулье. И Люциуса Малфоя, единственного, кто был на своем месте в этих засыпанных первым снегом декорациях к рождественской сказке: чародей в чарующем саду, в белых волосах снежинки, в руке — волшебная палочка, направленная на камень, которому так и не суждено было положить конец суматошной жизни Гарри Поттера.
— Ну, будь я проклят, — наконец очнулся Хмури. — Дамблдор или не Дамблдор, а я этого так не оставлю!
И не оставил. Шеклболт был командирован в Министерство с объяснениями, почему распоряжение министра осталось невыполненным.
Снова прибыла группа экспертов, которые прочесали дом сверху донизу. Судя по выражению их лиц, они проклинали злой рок, разрушивший их скромное намерение почтить день субботний блаженным бездельем, ничуть не меньше Малфоев.
Страница 17 из 28
