Фандом: Ведьмак. — Amadan beanna, куда ты дела Вернона Роше?! — полувсхлипнул одноглазый, пятясь и пытаясь спрятаться уже за Геральта.
Добавить в моё избранное
79 мин, 43 сек 16930
Точнее, развесившего уши под дверью.
В общем, теперь мучились они уже вдвоем. Часам к трем ночи Роше угомонилась, уснув, железной хваткой вцепившись в руку бедного эльфа. Только удостоверившись, что смертоубийств больше не предвидится, Бьянка с чистой совестью выпроводила Яна и отправилась спать сама.
Но и выспаться толком не удалось. Часов в восемь утра из-за стены донесся вопль виршеплета, мигом ее разбудив:
— Ты! Ты обесчестил мою Верунечку. Подлец! Нахал! Да я тебя…
Бьянке захотелось побиться головой об стену, как это ранее делал одноглазый. Ну, или впечатать в эту самую стену возмущенного барда. Промучившись еще с полчаса, но так и не сумев больше заснуть, девушка все-таки решила, что пора подниматься.
Представляя себе разнообразные способы экзекуции над Лютиком, Бьянка шла по коридору, уставившись себе под ноги. И в момент, когда мечты увели ее к четвертованию опостылевшего за одно утро виршеплета, она не заметила, как врезалась в кого-то.
Девушка подняла глаза на со стоном сползающего по стене эльфа, который был ей смутно знаком. Кажется, это был правая рука Иорвета. Она нахмурилась, вспоминая его имя, Киаран, кажется, или Элеас. Нет, вроде Киаран. Да, Киаран, про него командир еще во Флотзаме говорил, что его люди Лоредо поймали. Это его еще ведьмак на барке лечил, когда прокляли Роше…
После сегодняшней ночи Бьянка даже немного прониклась сочувствием к ушастым. Посему она не стала ему грубить в ответ на фразу:
— Bloede beanna, смотри куда идешь! Так и убить ведь можно ненароком, — просипел сидящий на полу эльф.
— Ты как? Живой? — сочувственно спросила она.
— С некоторых пор мне кажется, что нет… — как-то непонятно выдал остроухий.
— В смысле?
— Мне кажется, что я попал в персональный ад… — пожаловался он.
— Ну, ты извини, что я в тебя врезалась. Я просто тебя не заметила… — удивленно пробормотала она. — Не думала я, что вы, Белки, такие нежные…
— Да причем тут ты, dh'oine?! У тебя когда-нибудь брат сходил с ума?
— А-а-а, ты об этом? Нет. Брат не сходил. Зато командир у меня превратился в истеричную бабу, — нервно хихикнула она. — Так что мы, считай, с тобой — братья по несчастью… Я вот сегодня твоего всю ночь спасала.
— От чего? — округлил глаза эльф. — Она его изнасиловать пыталась? А то я слышал тут истории…
— Да нет, вроде не пыталась. Вроде она только на его жизнь посягала — честь не трогала…
— Мне солдат из ваших рассказывал, — поделился Киаран. — Только я одного не понял: почему Иорвет в одной нижней рубашке был?
— Да как тебе сказать? Мы с Яном его раздели.
— Что?! Зачем?! — Киаран даже немного отодвинулся от девушки. Недаром говорят, что dh'oine все озабоченные!
— О чем ты подумал, идиот ушастый?! — Бьянка не знала разозлиться ей или рассмеяться. Подумав, она выбрала второе. — Они с Роше уснули на лежанке практически в обнимку, а брат твой в полном боевом облачении был. Ты представляешь, каково ему было бы поутру? У него и так ночь «веселенькая» выдалась.
— А почему тогда Роше был… была одета? Она ведь тоже в полном боевом облачении находилась, — с нескрываемым недоверием спросил Киаран. Ну, не верил он в благородные намерения dh'oine, хоть ты тресни.
— Мы пытались, — несколько сконфуженно произнесла Бьянка. — Ты разве не заметил никаких следов на лице Яна? Командир отчаянно защищала свою честь во сне, так что нам пришлось ограничиться сапогами. Хотя как одним из них Ян как раз и получил в лоб.
— О-о-о… — только и смог выдать Киаран.
— Ну, — преувеличенно бодро сказала девушка, — ты так и будешь на полу сидеть? — она встала на ноги и протянула ему руку. Эльф, чуть поколебавшись, принял её.
Бернаду Лоредо было страшно как никогда. Ведь быть наживкой для поимки драконоподобной твари — то еще «удовольствие». Он сидел под дубом связанный и совершенно беззащитный.
А тем временем Иорвет с Геральтом занимались тем, что загоняли Королевскую Виверну к поляне, где рос этот самый дуб. Виверна, откровенно говоря, не хотела загоняться. Она усиленно сопротивлялась стараниям «охотников», попутно пытаясь их сожрать. Вероятно, она не догадывалась, что они ее гнали к еде, и не терпела посягательств на свою территорию. Да и два животрепещущих куска мяса были весьма, с ее точки зрения, привлекательны.
Проваландавшись таким образом пару часов, эльф и ведьмак, наконец, смогли добиться от нее, чего они хотели. Ящерица с довольным рыком кинулась на Лоредо. Так и не стало больше флотзамского коменданта. Почтим же память безвременно почившего Бернарда Лоредо минутой молчания… Но это мы что-то отвлеклись.
Итак, виверна загрызла Лоредо. Геральт выбросил вперед руку, сложив пальцы в знаке Аксий. Тварь замерла.
— Держите ее! Связывайте! — заорал он, напрягаясь. — Я долго ее не удержу.
В общем, теперь мучились они уже вдвоем. Часам к трем ночи Роше угомонилась, уснув, железной хваткой вцепившись в руку бедного эльфа. Только удостоверившись, что смертоубийств больше не предвидится, Бьянка с чистой совестью выпроводила Яна и отправилась спать сама.
Но и выспаться толком не удалось. Часов в восемь утра из-за стены донесся вопль виршеплета, мигом ее разбудив:
— Ты! Ты обесчестил мою Верунечку. Подлец! Нахал! Да я тебя…
Бьянке захотелось побиться головой об стену, как это ранее делал одноглазый. Ну, или впечатать в эту самую стену возмущенного барда. Промучившись еще с полчаса, но так и не сумев больше заснуть, девушка все-таки решила, что пора подниматься.
Представляя себе разнообразные способы экзекуции над Лютиком, Бьянка шла по коридору, уставившись себе под ноги. И в момент, когда мечты увели ее к четвертованию опостылевшего за одно утро виршеплета, она не заметила, как врезалась в кого-то.
Девушка подняла глаза на со стоном сползающего по стене эльфа, который был ей смутно знаком. Кажется, это был правая рука Иорвета. Она нахмурилась, вспоминая его имя, Киаран, кажется, или Элеас. Нет, вроде Киаран. Да, Киаран, про него командир еще во Флотзаме говорил, что его люди Лоредо поймали. Это его еще ведьмак на барке лечил, когда прокляли Роше…
После сегодняшней ночи Бьянка даже немного прониклась сочувствием к ушастым. Посему она не стала ему грубить в ответ на фразу:
— Bloede beanna, смотри куда идешь! Так и убить ведь можно ненароком, — просипел сидящий на полу эльф.
— Ты как? Живой? — сочувственно спросила она.
— С некоторых пор мне кажется, что нет… — как-то непонятно выдал остроухий.
— В смысле?
— Мне кажется, что я попал в персональный ад… — пожаловался он.
— Ну, ты извини, что я в тебя врезалась. Я просто тебя не заметила… — удивленно пробормотала она. — Не думала я, что вы, Белки, такие нежные…
— Да причем тут ты, dh'oine?! У тебя когда-нибудь брат сходил с ума?
— А-а-а, ты об этом? Нет. Брат не сходил. Зато командир у меня превратился в истеричную бабу, — нервно хихикнула она. — Так что мы, считай, с тобой — братья по несчастью… Я вот сегодня твоего всю ночь спасала.
— От чего? — округлил глаза эльф. — Она его изнасиловать пыталась? А то я слышал тут истории…
— Да нет, вроде не пыталась. Вроде она только на его жизнь посягала — честь не трогала…
— Мне солдат из ваших рассказывал, — поделился Киаран. — Только я одного не понял: почему Иорвет в одной нижней рубашке был?
— Да как тебе сказать? Мы с Яном его раздели.
— Что?! Зачем?! — Киаран даже немного отодвинулся от девушки. Недаром говорят, что dh'oine все озабоченные!
— О чем ты подумал, идиот ушастый?! — Бьянка не знала разозлиться ей или рассмеяться. Подумав, она выбрала второе. — Они с Роше уснули на лежанке практически в обнимку, а брат твой в полном боевом облачении был. Ты представляешь, каково ему было бы поутру? У него и так ночь «веселенькая» выдалась.
— А почему тогда Роше был… была одета? Она ведь тоже в полном боевом облачении находилась, — с нескрываемым недоверием спросил Киаран. Ну, не верил он в благородные намерения dh'oine, хоть ты тресни.
— Мы пытались, — несколько сконфуженно произнесла Бьянка. — Ты разве не заметил никаких следов на лице Яна? Командир отчаянно защищала свою честь во сне, так что нам пришлось ограничиться сапогами. Хотя как одним из них Ян как раз и получил в лоб.
— О-о-о… — только и смог выдать Киаран.
— Ну, — преувеличенно бодро сказала девушка, — ты так и будешь на полу сидеть? — она встала на ноги и протянула ему руку. Эльф, чуть поколебавшись, принял её.
Бернаду Лоредо было страшно как никогда. Ведь быть наживкой для поимки драконоподобной твари — то еще «удовольствие». Он сидел под дубом связанный и совершенно беззащитный.
А тем временем Иорвет с Геральтом занимались тем, что загоняли Королевскую Виверну к поляне, где рос этот самый дуб. Виверна, откровенно говоря, не хотела загоняться. Она усиленно сопротивлялась стараниям «охотников», попутно пытаясь их сожрать. Вероятно, она не догадывалась, что они ее гнали к еде, и не терпела посягательств на свою территорию. Да и два животрепещущих куска мяса были весьма, с ее точки зрения, привлекательны.
Проваландавшись таким образом пару часов, эльф и ведьмак, наконец, смогли добиться от нее, чего они хотели. Ящерица с довольным рыком кинулась на Лоредо. Так и не стало больше флотзамского коменданта. Почтим же память безвременно почившего Бернарда Лоредо минутой молчания… Но это мы что-то отвлеклись.
Итак, виверна загрызла Лоредо. Геральт выбросил вперед руку, сложив пальцы в знаке Аксий. Тварь замерла.
— Держите ее! Связывайте! — заорал он, напрягаясь. — Я долго ее не удержу.
Страница 13 из 23
