Фандом: Ведьмак. — Amadan beanna, куда ты дела Вернона Роше?! — полувсхлипнул одноглазый, пятясь и пытаясь спрятаться уже за Геральта.
Добавить в моё избранное
79 мин, 43 сек 16906
А Иорвет не знал, куда себя деть. Убивать он умел, а вот лечить…
Тут его неожиданно схватили за руку. Одноглазый недоуменно воззрился на эльфку в странной одежде, что и держала сейчас его за запястье.
— Я знала, что ты придешь за мной, Иорвет! — на последнем издыхании просипела девушка. А Иорвет тут же попытался припомнить среди своих людей эту странную женщину. Не выходило. Неужели он стареет? А эльфка тем временем продолжала:
— Иорвет, я умираю. Судьба так жестоко обошлась с нами! Я пришла в этот прекрасный мир, чтобы найти тебя, мой одноокий герой! — что говорила девушка дальше, вышеупомянутый Иорвет уже не слышал. Он подскочил, точно ошпаренный, на ноги, забыв и о брате, и о долге командира, и о том, кто он вообще такой. Единственной мыслью в его голове было: «Бежать!».
— Роше, спаси меня, Роше! — кинулся к шпиону одноглазый. Последний уже даже не попытался уйти от надвигавшегося на него двухметрового скоя`таэля. Вернон уже привычно спрятал эльфа себе за спину, случайно поймав на себе взгляд весьма и весьма выпученных от удивления глаз Бьянки, только что спустившейся в трюм.
— Ядрить твои помидоры, Лютик! А ведь ты не врал! — почесал репу краснолюд, наблюдавший картину, как Роше хлопает по плечу несчастного командира Белок.
— Вот! — назидательно поднял палец вверх вершиплет. — А я тебе ещё балладу не пел.
— Иорвет… — просипела умирающая эльфка. — Неужели ты не хочешь побыть со мной в последние минуты моей жизни?
— Да пошла ты а d'yeabl aep arse! — чуть ли не фальцетом взвыл одноглазый. — Мы же избавились от всех вас, чертовы извращенки!
Он в непонятном помешательстве выхватил из нагрудных ножен кинжал и кинулся на полудохлую женщину.
— Ах так! — внезапно вскинулась она. — Тогда я проклинаю тебя, чертов уродец! Не достанешься мне, так не доставайся же никому! Баба одноглазая! — она из последних сил приподнялась и выбросила правую руку в сторону зеленого командира.
Роше, увидев непонятное голубоватое сияние, исходящее из пальцев эльфки, резко оттолкнул одноглазого с пути непонятного света. Однако сам он не успел увернуться от направленного на скоя'таэля заклятья.
Пространство резко полыхнуло ярко-синим и так же резко угасло. Эльфка была мертва. А Роше…
— Ох ты ж, срань драконья! — высказался за всех Золтан Хивай.
— Командир? — полузадушено пискнула Бьянка.
— Вернон? — сделал предположение Геральт. — Хотя не очень похоже, — задумчиво добавил он.
— О чем вы там, холера мать вашу, бормочете все?! — весьма зрелая милсдарыня в форменной темерской шинели и любимом шапероне Вернона Роше уперла руки в боки.
— Знаешь, — заикаясь, протянул бард. — А тебе идет…
— Да какого лешего тут происходит?! Объясни хотя бы ты, ушастый! — женщина в одежде командира полосок повернулась к Иорвету. Эльф, кажется, оцепенел. Милсдарыня подошла к нему вплотную и встряхнула за плечи. Получилось у нее это не очень, потому как и массой, и ростом она, мягко говоря, уступала Вернону Роше. И действие сие очень походило на истерику ревнивой жены.
— Amadan beanna, куда ты дела Вернона Роше?! — полувсхлипнул одноглазый, пятясь назад и одновременно пытаясь спрятаться уже за Геральта.
Ведьмак молчал.
— Командир, — неуверенно обратилась к неизвестной даме Бьянка. — Это ведь ты, Роше?
— Нет, Святой Лебеда и пророчица Итлина в одном лице! — раздраженно рыкнула женщина.
— Последнее намного ближе к истине, — тихо заметил Лютик.
— Что ты там сказал, виршеплет? — надвинулась на него мадам, закатывая на ходу рукава.
— Да ничего такого… — замахал руками поэт. — Ты на, погляди, — он вытащил из-за пазухи небольшое серебряное зеркальце и протянул его женщине в шапероне.
— И чего я там не видел? — она раздраженно выхватила из рук барда протянутый предмет. Посмотрелась в серебряную пластину. И тут же выронила ее из рук. Оное зеркальце со звоном ударилось о деревянный настил трюма и покатилось куда-то в сторону. Роше (а то, что это был, то есть была она, уже сомнений не оставалось), медленно осела на пол, ошалело озираясь по сторонам.
Геральт, не обращая внимания на все еще прятавшегося за его спиной бравого командира Белок, медленно подошел к Верноне))) и присел на корточки рядом с ней. Помолчал. Задумчиво потер подбородок. Почесал темечко. Хмыкнул. Затем очень задумчиво произнес:
— М-да…
— Что, ведьмак, нравится надо мной издеваться? Ну же, назови меня ублюдком! — обреченно сказала женщина.
— Склонность к мазохизму, неадекватное поведение, смена пола… М-да, с такими проклятиями я еще не сталкивался, — хмуро процедил белоголовый.
— Да я тебе сколько хочешь таких баб достану, — зло фыркнул одноглазый. — И склонных к мазохизму, и неадекватных…
— Я думаю, Иорвет, что тебе стоит заткнуться, — наставительно сказал Белый Волк.
Тут его неожиданно схватили за руку. Одноглазый недоуменно воззрился на эльфку в странной одежде, что и держала сейчас его за запястье.
— Я знала, что ты придешь за мной, Иорвет! — на последнем издыхании просипела девушка. А Иорвет тут же попытался припомнить среди своих людей эту странную женщину. Не выходило. Неужели он стареет? А эльфка тем временем продолжала:
— Иорвет, я умираю. Судьба так жестоко обошлась с нами! Я пришла в этот прекрасный мир, чтобы найти тебя, мой одноокий герой! — что говорила девушка дальше, вышеупомянутый Иорвет уже не слышал. Он подскочил, точно ошпаренный, на ноги, забыв и о брате, и о долге командира, и о том, кто он вообще такой. Единственной мыслью в его голове было: «Бежать!».
— Роше, спаси меня, Роше! — кинулся к шпиону одноглазый. Последний уже даже не попытался уйти от надвигавшегося на него двухметрового скоя`таэля. Вернон уже привычно спрятал эльфа себе за спину, случайно поймав на себе взгляд весьма и весьма выпученных от удивления глаз Бьянки, только что спустившейся в трюм.
— Ядрить твои помидоры, Лютик! А ведь ты не врал! — почесал репу краснолюд, наблюдавший картину, как Роше хлопает по плечу несчастного командира Белок.
— Вот! — назидательно поднял палец вверх вершиплет. — А я тебе ещё балладу не пел.
— Иорвет… — просипела умирающая эльфка. — Неужели ты не хочешь побыть со мной в последние минуты моей жизни?
— Да пошла ты а d'yeabl aep arse! — чуть ли не фальцетом взвыл одноглазый. — Мы же избавились от всех вас, чертовы извращенки!
Он в непонятном помешательстве выхватил из нагрудных ножен кинжал и кинулся на полудохлую женщину.
— Ах так! — внезапно вскинулась она. — Тогда я проклинаю тебя, чертов уродец! Не достанешься мне, так не доставайся же никому! Баба одноглазая! — она из последних сил приподнялась и выбросила правую руку в сторону зеленого командира.
Роше, увидев непонятное голубоватое сияние, исходящее из пальцев эльфки, резко оттолкнул одноглазого с пути непонятного света. Однако сам он не успел увернуться от направленного на скоя'таэля заклятья.
Пространство резко полыхнуло ярко-синим и так же резко угасло. Эльфка была мертва. А Роше…
— Ох ты ж, срань драконья! — высказался за всех Золтан Хивай.
— Командир? — полузадушено пискнула Бьянка.
— Вернон? — сделал предположение Геральт. — Хотя не очень похоже, — задумчиво добавил он.
— О чем вы там, холера мать вашу, бормочете все?! — весьма зрелая милсдарыня в форменной темерской шинели и любимом шапероне Вернона Роше уперла руки в боки.
— Знаешь, — заикаясь, протянул бард. — А тебе идет…
— Да какого лешего тут происходит?! Объясни хотя бы ты, ушастый! — женщина в одежде командира полосок повернулась к Иорвету. Эльф, кажется, оцепенел. Милсдарыня подошла к нему вплотную и встряхнула за плечи. Получилось у нее это не очень, потому как и массой, и ростом она, мягко говоря, уступала Вернону Роше. И действие сие очень походило на истерику ревнивой жены.
— Amadan beanna, куда ты дела Вернона Роше?! — полувсхлипнул одноглазый, пятясь назад и одновременно пытаясь спрятаться уже за Геральта.
Ведьмак молчал.
— Командир, — неуверенно обратилась к неизвестной даме Бьянка. — Это ведь ты, Роше?
— Нет, Святой Лебеда и пророчица Итлина в одном лице! — раздраженно рыкнула женщина.
— Последнее намного ближе к истине, — тихо заметил Лютик.
— Что ты там сказал, виршеплет? — надвинулась на него мадам, закатывая на ходу рукава.
— Да ничего такого… — замахал руками поэт. — Ты на, погляди, — он вытащил из-за пазухи небольшое серебряное зеркальце и протянул его женщине в шапероне.
— И чего я там не видел? — она раздраженно выхватила из рук барда протянутый предмет. Посмотрелась в серебряную пластину. И тут же выронила ее из рук. Оное зеркальце со звоном ударилось о деревянный настил трюма и покатилось куда-то в сторону. Роше (а то, что это был, то есть была она, уже сомнений не оставалось), медленно осела на пол, ошалело озираясь по сторонам.
Геральт, не обращая внимания на все еще прятавшегося за его спиной бравого командира Белок, медленно подошел к Верноне))) и присел на корточки рядом с ней. Помолчал. Задумчиво потер подбородок. Почесал темечко. Хмыкнул. Затем очень задумчиво произнес:
— М-да…
— Что, ведьмак, нравится надо мной издеваться? Ну же, назови меня ублюдком! — обреченно сказала женщина.
— Склонность к мазохизму, неадекватное поведение, смена пола… М-да, с такими проклятиями я еще не сталкивался, — хмуро процедил белоголовый.
— Да я тебе сколько хочешь таких баб достану, — зло фыркнул одноглазый. — И склонных к мазохизму, и неадекватных…
— Я думаю, Иорвет, что тебе стоит заткнуться, — наставительно сказал Белый Волк.
Страница 3 из 23
