Охота на ведьм

Пролог

Брайан утомленно откинулся на спинку стула, наблюдая, как медленно закрывается за миссис Риччи тяжелая дверь. День выдался длинным и сложным, особенно вымотала нервы последняя клиентка, которая настойчиво просила называть ее Беттиной — чего он, естественно, делать не стал. «Держи дистанцию, — говорил ему когда-то Учитель. — Дай им тайну, загадку, приоткрой дверь в неизведанное, покажи, что ты выше них, что ты не такой, как они — и они будут есть у тебя с рук.» Так что никаких имен. Он устало потер переносицу — от назойливого сладкого запаха духов миссис Риччи и ее трескотни в висках ломило, но, поскольку платила она хорошо и приходила часто, Брайан готов был ее терпеть и дальше. Что поделать, работа у него такая…

Он переоделся, аккуратно повесил в шкаф рабочий костюм, который на самом деле терпеть не мог — но Учитель говорил, что «в нашем деле успех наполовину состоит из антуража, на четверть из твоей харизмы и на четверть — из везения», так что приходилось каждое утро облачаться в черную хламиду. Учитель был прав, как всегда — клиентам, а особенно клиенткам, хламида, похожая на старинную мантию, нравилась. С другой стороны, не в драных же джинсах заниматься тем, чем он занимался? Антураж — наше все. Он вытащил из ящика стола заработанное за день, пересчитал, потом открыл надежно спрятанный за картиной со звездами, многоугольниками и надписями на латыни и прочих маловразумительных языках сейф. Пожалуй, надо взять все с собой и завтра с утра занести в банк. Клиенты по понятным причинам предпочитали платить наличными, а у него была хорошая неделя. Усмехнувшись, Брайан упаковал все в портфель, который купил совсем недавно, пленившись его черной шероховатой на ощупь кожей, ценой и тем ощущением роскоши, которое от портфеля исходило.

— Привет, — сказал он, прижимая телефон к уху плечом и застегивая куртку. — Да, освободился. Сегодня? Ну… Я собирался отдохнуть, день был тяжелый… Хорошо, давай. Я перезвоню.

Брайан улыбнулся. Пожалуй, встреча с  Чаком — то, что ему сейчас нужно. Они были знакомы несколько недель и все никак не могли перейти к самому главному — так, может, сегодня? Ну, или просто — посидеть, выпить хорошего вина, сходить куда-нибудь вдвоем… В кино, например. Хорошо, что Чак позвонил… Настроение поползло вверх, тянущая боль в висках отступила, Брайан даже принялся насвистывать какой-то популярный мотивчик, запирая дверь. На улице уже сгущались сумерки, прохожих было на удивление мало… Хотя чего удивляться — сегодня же финал Премьер-лиги, вот все и сидят перед телевизорами, как идиоты. Сам Брайан футболом практически не интересовался, разве что так, для поддержания разговора… Он вдохнул прохладный, такой свежий после душного кабинета воздух и подумал, не прогуляться ли несколько кварталов, все-таки сидячая работа начинала сказываться…

— Простите, — голос, окликнувший его, был незнаком. — Мне, право же, неловко вас беспокоить, но не могли бы вы помочь?

У самого тротуара была припаркована большая серая машина, кажется, «хонда», с заляпанными грязью номерами — и где только грязь нашел, интересно? Хозяин машины стоял рядом, держа в руках карту. Стоял он как-то так, что Брайан сразу решил — не местный. Фермер, что ли? Он подошел ближе.

— Вы не подскажете, как проехать… вот сюда?

Брайан склонился над картой, пытаясь разглядеть, на что показывает фермер. Он толком не успел понять, что именно случилось и почему, просто в глазах потемнело, поплыло, в легких вдруг закончился воздух, и он почувствовал, что падает куда-то, где нет дна, только темнота и резкая боль. Брайан не успел даже… ничего он не успел. Ни закричать, ни дернуться, ничего. Все просто исчезло.

Когда все вернулось, он в первый момент совсем ничего не понял. Понял только, что находится где-то абсолютно не там, где должен. Болели вывернутые плечи и туго стянутые за спиной кисти рук, разламывалась голова, глаза горели, словно в них сыпанули песком, и отказывались открываться. Он попытался что-то сказать, но рот был заклеен чем-то — скотчем, наверное, в кино похитители всегда заклеивают жертве рот скотчем — так что получилось только жалкое мычание.

— Я сейчас сниму скотч, — услышал он справа спокойный голос. Мужской, грубый и незнакомый. Почти. — Поговорим… сначала. Но если будешь орать, могу и рот заклеить снова, не люблю шума. Понял? Кивни.

Брайан отчаянно закивал, так, что закружилась голова и перед закрытыми глазами замелькали красные и зеленые круги. Внезапная боль обожгла губы, как будто скотч содрали вместе с кожей, он вскрикнул и тут же испуганно замолчал, жадно глотая затхлый воздух, заморгал, пытаясь сфокусировать зрение и понять, что вообще происходит. Хоть что-нибудь понять, черт побери! Мутной желчью подступала к горлу паника, его, наверное, трясло бы, если бы он не был привязан… да, кажется, к стулу. Точно, к стулу. А стул вроде бы привинчен к полу, потому что сдвинуть его с места не получается… А пол каменный, ногам холодно.