Фандом: Гарри Поттер. Мальчик, который не погибает. Еще до поступления в Хогвартс он доставлял достаточно проблем крестному отцу — знаменитому Гарри Поттеру. А вот когда он попал в школу…
Добавить в моё избранное
264 мин, 7 сек 10634
Это у магов так принято. Надеюсь, ее не увидит миссис Дуглас. Постарайтесь прислать ответ с той же совой. Очень скучаю. Рики.
Он свернул пергамент и направился на поиски кого-нибудь из старост. Найдя Эльвиру, Рики поколебался — обращаться ли к ней: сегодня она сняла значок. Но, в конце концов, от этого с ней не воспрещалось разговаривать, и Рики спросил, нет ли у нее совы. Увы, Эльвира была счастливой владелицей кошки. Зато сказала, что есть школьные совы, которых может брать кто угодно. Рики тут же отправился искать этих сов, и на пороге гостиной столкнулся с Лео, закончившим работу в библиотеке раньше обычного. Лео попросил подождать, пока он отнесет книги, после чего составил Рики компанию.
По пути Лео рассказывал обо всем, что попадало в поле зрения. Скорее всего, он повел Рики кружным путем, поскольку неведомо как они оказались возле горгульи, ведущей, по словам Лео, в кабинет директора. Они прошли мимо и были уже довольно далеко, разглядывая картину за доспехами, когда услышали скрип и спорящие голоса.
— Но, Северус, если он чувствует, что это не его палочка, значит… — взволнованно доказывала профессор МакГонагол.
— Ничего это не значит, успокойтесь. А свою палочку он пока что все равно не получит. Она слишком мощная для обычного ребенка.
Постепенно удаляясь, голоса стихли за поворотом.
Рики и Лео с пониманием переглянулись.
— А ты мне не верил, — укорил Рики. — Я знал, здесь что-то нечисто.
— Похоже, ты прав, — признал сразу посерьезневший Лео.
Далее Рики без особого труда вытянул из друга, что профессор Снейп пригласил Лео для приватной беседы, сообщил о нежелании Рики обучаться магии и просил Лео повлиять на него. Именно с этой целью Лео и затеял экскурсию по замку.
Если бы не все это, Рики получил бы огромное удовольствие от похода в совяльню. Он позволил Лео выбрать сову, а сам все время думал о том, что услышал сегодня. Выходит, вся эта гриффиндорская мафия с самого начала знала. Разве не сказал Филч у Олливандера: «Директор дал мне четкие инструкции»? Директор Альбус Дамблдор вызывал неизменное доверие учеников, и Рики он тоже казался симпатичным стариканом с вполне терпимыми странностями. А теперь стало очевидным, он скрывает его палочку. Отнимает конфету у ребенка, и как ему только не стыдно! Рики очень хотелось подойти к директору и напрямую спросить. Сложно представить, что ответил бы директор в таком случае, но тем приятней было пофантазировать. Он хотел поделиться этой шуткой с Лео, но передумал, предположив, что тогда ему придется выслушивать предостережения и объяснять, что вовсе не планирует ничего подобного на самом деле.
Снейп сейчас сказал, что его палочка слишком мощная для него. То же самое говорила и Селена — о том, что слизеринцам такие часто попадаются. Но как они могут быть уверены, что он не справится?! Рики вспомнил слова папы: «Никто не будет решать за тебя». Достопочтенная гриффиндорская и окологриффиндорская мафия нагло превысила свои полномочия, и Рики ломал голову, как бы им отплатить.
Лео после того случая стал замкнут, а в общении с Рики натянуто предупредителен.
— Слушай, ты совершенно не виноват, что мне не дают мою палочку, — напрямую сказал однажды Рики, сворачивая готовое сочинение для профессора Тюшо по защите от темных сил. Лео отвернулся. — Ты имел полное право не верить мне, да и кто бы мог предположить такое?
— Не в этом дело, — возразил Лео. — Я не просто не поверил — я согласился стать соучастником Снейпа. А он даже не объяснил мне, в чем дело. Прекрасно понимаю, почему ты хочешь бросить все к чертям и уехать домой из этой школы.
Никогда раньше Лео так не разговаривал. Рики понял — как минимум один человек разделяет его намерения относительно гриффиндорской мафии.
— Ну ладно, — примирительно произнес он. — Я уже никуда не собираюсь уезжать. И они меня еще узнают. Коза ностра Гриффиндоро!
Лео захихикал и выронил перо.
— В чем дело? — растерялся Рики.
— Такие слова смешные! Не могу! — давился Лео, силясь сдержать смех.
— Нормальные итальянские, — недоуменно прокомментировал Рики.
— Не говори так больше, — попросил Лео, отсмеявшись.
И вот наступил великий день. Рики уже слышать не мог слово «квиддич», но в то же время изнемогал от любопытства. Они с Лео разместились на трибуне с другими болельщиками «Слизерина», и у Рики хватило ума задать вопрос.
— А что, если студент какого-то колледжа хочет болеть за команду соперника?
— Ему голову оторвут, — отрезал Генри Флинт.
И в самом деле, ученики рассаживались строго вместе со своим колледжем, и никаких отступлений от этого правила Рики разглядеть не удалось. Кроме того, посмотреть квиддичный матч приехало очень много взрослых, большинство которых составляли родители. Дора Нотт отделилась от одноклассников, чтобы сесть вместе с папой и дядей.
Он свернул пергамент и направился на поиски кого-нибудь из старост. Найдя Эльвиру, Рики поколебался — обращаться ли к ней: сегодня она сняла значок. Но, в конце концов, от этого с ней не воспрещалось разговаривать, и Рики спросил, нет ли у нее совы. Увы, Эльвира была счастливой владелицей кошки. Зато сказала, что есть школьные совы, которых может брать кто угодно. Рики тут же отправился искать этих сов, и на пороге гостиной столкнулся с Лео, закончившим работу в библиотеке раньше обычного. Лео попросил подождать, пока он отнесет книги, после чего составил Рики компанию.
По пути Лео рассказывал обо всем, что попадало в поле зрения. Скорее всего, он повел Рики кружным путем, поскольку неведомо как они оказались возле горгульи, ведущей, по словам Лео, в кабинет директора. Они прошли мимо и были уже довольно далеко, разглядывая картину за доспехами, когда услышали скрип и спорящие голоса.
— Но, Северус, если он чувствует, что это не его палочка, значит… — взволнованно доказывала профессор МакГонагол.
— Ничего это не значит, успокойтесь. А свою палочку он пока что все равно не получит. Она слишком мощная для обычного ребенка.
Постепенно удаляясь, голоса стихли за поворотом.
Рики и Лео с пониманием переглянулись.
— А ты мне не верил, — укорил Рики. — Я знал, здесь что-то нечисто.
— Похоже, ты прав, — признал сразу посерьезневший Лео.
Далее Рики без особого труда вытянул из друга, что профессор Снейп пригласил Лео для приватной беседы, сообщил о нежелании Рики обучаться магии и просил Лео повлиять на него. Именно с этой целью Лео и затеял экскурсию по замку.
Если бы не все это, Рики получил бы огромное удовольствие от похода в совяльню. Он позволил Лео выбрать сову, а сам все время думал о том, что услышал сегодня. Выходит, вся эта гриффиндорская мафия с самого начала знала. Разве не сказал Филч у Олливандера: «Директор дал мне четкие инструкции»? Директор Альбус Дамблдор вызывал неизменное доверие учеников, и Рики он тоже казался симпатичным стариканом с вполне терпимыми странностями. А теперь стало очевидным, он скрывает его палочку. Отнимает конфету у ребенка, и как ему только не стыдно! Рики очень хотелось подойти к директору и напрямую спросить. Сложно представить, что ответил бы директор в таком случае, но тем приятней было пофантазировать. Он хотел поделиться этой шуткой с Лео, но передумал, предположив, что тогда ему придется выслушивать предостережения и объяснять, что вовсе не планирует ничего подобного на самом деле.
Снейп сейчас сказал, что его палочка слишком мощная для него. То же самое говорила и Селена — о том, что слизеринцам такие часто попадаются. Но как они могут быть уверены, что он не справится?! Рики вспомнил слова папы: «Никто не будет решать за тебя». Достопочтенная гриффиндорская и окологриффиндорская мафия нагло превысила свои полномочия, и Рики ломал голову, как бы им отплатить.
Лео после того случая стал замкнут, а в общении с Рики натянуто предупредителен.
— Слушай, ты совершенно не виноват, что мне не дают мою палочку, — напрямую сказал однажды Рики, сворачивая готовое сочинение для профессора Тюшо по защите от темных сил. Лео отвернулся. — Ты имел полное право не верить мне, да и кто бы мог предположить такое?
— Не в этом дело, — возразил Лео. — Я не просто не поверил — я согласился стать соучастником Снейпа. А он даже не объяснил мне, в чем дело. Прекрасно понимаю, почему ты хочешь бросить все к чертям и уехать домой из этой школы.
Никогда раньше Лео так не разговаривал. Рики понял — как минимум один человек разделяет его намерения относительно гриффиндорской мафии.
— Ну ладно, — примирительно произнес он. — Я уже никуда не собираюсь уезжать. И они меня еще узнают. Коза ностра Гриффиндоро!
Лео захихикал и выронил перо.
— В чем дело? — растерялся Рики.
— Такие слова смешные! Не могу! — давился Лео, силясь сдержать смех.
— Нормальные итальянские, — недоуменно прокомментировал Рики.
— Не говори так больше, — попросил Лео, отсмеявшись.
И вот наступил великий день. Рики уже слышать не мог слово «квиддич», но в то же время изнемогал от любопытства. Они с Лео разместились на трибуне с другими болельщиками «Слизерина», и у Рики хватило ума задать вопрос.
— А что, если студент какого-то колледжа хочет болеть за команду соперника?
— Ему голову оторвут, — отрезал Генри Флинт.
И в самом деле, ученики рассаживались строго вместе со своим колледжем, и никаких отступлений от этого правила Рики разглядеть не удалось. Кроме того, посмотреть квиддичный матч приехало очень много взрослых, большинство которых составляли родители. Дора Нотт отделилась от одноклассников, чтобы сесть вместе с папой и дядей.
Страница 30 из 76
