Синдром попутчика

А однажды ко мне в такси чинно подсела сама Смерть. Ловко разместив на заднем сидении авто косу — хотя как она туда вообще поместилась с ее-то размерами, для меня, пожалуй, навсегда останется загадкой, — закутанная в чернильно-черный балахон фигура с черепом на месте лица приятным баритоном назвала адрес и всю дорогу больше не шевелилась. Пожалуй, я бы тоже не шевелился — коса даже на вид была довольно острой. По прибытию к месту назначения обнаружилась небольшая разношерстная толпа в не менее эффектных костюмах, и тут Смерть оживилась, бодро вылезая из машины, и едва не забыв у меня свою косу.

— Эй, Смерть заказывали? — довольно ехидно поинтересовался мой попутчик, перекрикивая одобрительные вопли приятелей.

Впрочем, я не слишком бы и удивился, окажись он настоящей Смертью, но если у меня и могли оставаться какие-то сомнения, они все развеялись, когда он расплатился со мной вполне человеческими, современными деньгами. Хотя, стоило отметить, что Смерть оказалась щедра на чаевые.

Но, хоть и достаточно редко, доводилось мне встречать и куда более экзотичных пассажиров. Они обычно приходили по вечерам, ближе к ночи, но случались и в предрассветной дымке раннего утра. Они были многолики, могли скрываться за масками, иллюзиями или капюшонами, а могли выглядеть совершенно обыденно, усыпляя бдительность и до последнего лишая сомнений, что они могли быть не вполне людьми.

Первый встреченный мной иной, как я их про себя звал за неимением любого другого варианта, был молод, смертельно бледен и не менее смертельно ранен. Точнее, человека с такими жуткими ранами в области груди и живота отвезти можно было только в морг, а он даже в таком состоянии умудрялся оставаться в живых. От помощи, правда, отказался наотрез, как и от предложения отвезти в больницу. Даже не знаю, почему я вообще согласился его куда-то везти: труп в машине был не самой доброй приметой — чревато прибавлением проблем, головной болью и кучей бумажной работы.

Пока ехали, я и сам едва богу душу не отдал, больше внимания уделяя своему необычному пассажиру, чем дороге, что делать категорически запрещалось, и чего я себе практически никогда не позволял. Когда же он вдруг затих и, казалось, и вовсе перестал дышать, я запаниковал.

— Эй, ты там хоть живой? — я тут же притормозил в неположенном месте. К счастью, никто этому свидетелем не был, а незнакомец этот меня точно не выдаст.

Я принялся его тормошить, попутно проверяя пульс — вдруг он там уже умер, а я и не заметил, — и вспоминал, куда же переложил аптечку, как тут он шарахнулся в сторону. Пусть на улице совсем стемнело, я ясно мог разглядеть выражение его лица и, будто слегка светившихся в темноте, неестестесвенно-зеленых глаз.

— Да уж поживее тебя буду, — прохрипел он с насмешкой. — Думаю, остановка затянулась.

Я лишь хмыкнул, совершенно не впечатлившись, — тоже мне, живее всех живых, — но все же поспешил уехать. Чем быстрее мы доберемся, тем лучше. Я все еще периодически поглядывал на него, но и он задумчиво рассматривал меня в ответ.

— Какого цвета моя кровь? — неожиданно поинтересовался он.

— Сейчас темень такая, что хоть глаз выколи, ты издеваешься? Красная же, какой она еще может быть? Не зеленая же. Или были варианты? Ты там головой не ударялся?

Ни на один вопрос мне уже не ответили, но мой ответ его явно удовлетворил, и он прикрыл глаза, откинувшись на сидении. Я вдруг тоскливо подумал, во сколько мне обойдется чистка салона. За несколько улиц до нужного адреса он вдруг приказал — а иначе это и не назовешь — остановить машину на пустыре неподалеку.

— Уверен? — с сомнением протянул я.

Тишина была мне ответом, но зато каким красноречивым. Что ж, желание клиента — закон. Пусть тогда пеняет на себя и на том свете не жалуется. Но каково же было мое удивление, когда в свете фар я заметил одинокую фигуру, возникшую, словно из ниоткуда. Гневно сверкнув желтыми и такими же нечеловечески светящимися глазами, мужчина бережно вытащил моего пассажира из машины, выговаривая ему без остановки:

— Ну, и куда, скажи на милость, тебя понесло, да еще и в таком виде? Совсем жить надоело, экспериментатор хренов? А мне тебя потом от начальства отмазывай?

— Лучше заткнись и расплатись с таксистом, — огрызнулся тот, пытаясь стоять ровно и без посторонней помощи. — Мой кошелек еще в Будапеште стянули.

Как он вообще тогда очутился здесь — вопрос хоть и интересный, но маловажный в сравнении с тем, что я такими темпами рисковал оказаться без оплаты. Критично смерив меня взглядом, будто только что меня заметил, желтоглазый — а за неимением имен, приходилось их различать хотя бы так, все равно больше почти ничего видно не было — страдальчески вздохнул.

— Ладно, раз уж ты поспособствовал доставке нашей Снегурочки…

— И это кто еще Снегурочка, скотина? Из нас двоих ты явно на это прозвище тянешь больше, с твоим-то именем!