Фандом: Гарри Поттер. Один день из жизни семьи Лавгуд.
Добавить в моё избранное
13 мин, 54 сек 18803
А в руках газета целехонькая, даже и не промокшая.
— Вы под дождь попали? — интересуется Луна.
Так недовольно на нее никогда не смотрели. Чуть не паром дышит от злости и сквозь зубы говорит:
— Вроде того.
— Не расстраивайтесь, я сложу для вас новый колпак. Хотите? — И Луна тянется за газетой в его руках, а он тут же ее передает. Как будто бы согласен. Луна из первой страницы сворачивает квадрат. Человек все смотрит на нее ошалело. Потом кричит:
— Ай, не тронь! — И вроде даже вырвать газету хочет, только руки тянет и все стоит. — С ней-то все было в порядке.
— Да нет же, смотрите: тут пятно.
— Это не пятно, а иллюстрация. Вон как шевелится. — Он смотрит с невероятной печалью во взгляде. Луне даже жаль его становится.
— Вернуть ее вам? — Она бы с радостью отдала, только он почему-то руками машет.
— Нет, она же теперь испорчена. Я специально ходил за этим выпуском, чтобы отвлечься.
Луна с улыбкой продолжает мастерить. Ну что ему от этой газеты! Вон сколько у него их в кабинете лежит! Ноге ступить некуда, вздохнуть даже нечем. Одна кругом бумага.
— Держите ваш колпак, — говорит Луна и протягивает почти целую газету и новый колпак.
Человек отмахивается, но газету все же забирает. Смотрит на нее придирчиво и все вертит в руках.
— Брось куда-нибудь и будь добра: проваливай! — Он направляется в свой кабинет, и только дверь за его спиной закрывается, откуда ни возьмись, выходит папа. Взбудораженный немного, он громко стучит каблуками по деревянному полу.
— Пап, надень это скорее. Представляешь, этот колпак так сосредотачивает на работе, что ничем другим заниматься не хочется! Мы проверяли вместе с тем человеком за печатной машинкой. Представляешь как здорово?
И папа улыбается. Просто смотрит на нее и вдруг начинает улыбаться. Это так просто и так приято. Будто туча над его головой вдруг рассеивается, становясь лишь облаком, воздушным как вата.
— Это чудесно, моя милая! Давай его сюда.
— Только на улице, кажется, дождь идет. Бумага промокнет, и колпак растает прямо на голове. — Луна не сильно-то расстраивается. В любом случае можно сложить новый, а бумаги у них дома навалом. Не жалко ведь для дела пару листов.
— У меня же есть это! — Папа вынимает из кармана волшебную палочку, наводит ее на голову, прямо на бумажный колпак, который даже снимать и не думает. — Смотри! Импервиус. Теперь не промокнет.
— А где же это изобретение, которое ты хотел обменять?
Папа как уходит с пустыми руками, так и приходит. Ничего за его спиной не стоит, не прячется.
— Я отказался от сделки, — говорит он громко, с оглядкой назад. Чтобы и они, наверное, услышали. — Только подумать, они запросили с меня золото!
— У нас очень хороший печатный станок. Зачем нам что-то еще?
— Ты как всегда права, моя милая.
Они выходят все через ту же дверь, что и пришли. На дворе солнечно и слегка душновато.
— Смотри, дождь уже кончился. — Луна удивлена. По виду того человека она уж думала, что на улице льет как из ведра. — Даже лужи успели высохнуть.
А папа снова берет все в свои руки, чтоб не заскучать. Такой он выдумщик!
— Вон в той огромной, до сих пор есть немного воды. Не проверить ли нам, кто там водится?
— А кто? — улыбается Луна, пробуя воду носком ботинка. Не то чтобы она очень уж чистая, непрозрачная, конечно. Но вода достаточно блестит под лучами солнца. Выглядит красиво. Даже в грязной луже можно увидеть и луну, и звезды. Все, что только можно желать. Дотянуться до неба, до пушистых облаков. И все это в обычной луже, если видеть. Если суметь разглядеть.
Поправив сползший вбок колпак, папа потирает друг об дружку руки и говорит очень воодушевленно:
— Сейчас узнаем!
— Вы под дождь попали? — интересуется Луна.
Так недовольно на нее никогда не смотрели. Чуть не паром дышит от злости и сквозь зубы говорит:
— Вроде того.
— Не расстраивайтесь, я сложу для вас новый колпак. Хотите? — И Луна тянется за газетой в его руках, а он тут же ее передает. Как будто бы согласен. Луна из первой страницы сворачивает квадрат. Человек все смотрит на нее ошалело. Потом кричит:
— Ай, не тронь! — И вроде даже вырвать газету хочет, только руки тянет и все стоит. — С ней-то все было в порядке.
— Да нет же, смотрите: тут пятно.
— Это не пятно, а иллюстрация. Вон как шевелится. — Он смотрит с невероятной печалью во взгляде. Луне даже жаль его становится.
— Вернуть ее вам? — Она бы с радостью отдала, только он почему-то руками машет.
— Нет, она же теперь испорчена. Я специально ходил за этим выпуском, чтобы отвлечься.
Луна с улыбкой продолжает мастерить. Ну что ему от этой газеты! Вон сколько у него их в кабинете лежит! Ноге ступить некуда, вздохнуть даже нечем. Одна кругом бумага.
— Держите ваш колпак, — говорит Луна и протягивает почти целую газету и новый колпак.
Человек отмахивается, но газету все же забирает. Смотрит на нее придирчиво и все вертит в руках.
— Брось куда-нибудь и будь добра: проваливай! — Он направляется в свой кабинет, и только дверь за его спиной закрывается, откуда ни возьмись, выходит папа. Взбудораженный немного, он громко стучит каблуками по деревянному полу.
— Пап, надень это скорее. Представляешь, этот колпак так сосредотачивает на работе, что ничем другим заниматься не хочется! Мы проверяли вместе с тем человеком за печатной машинкой. Представляешь как здорово?
И папа улыбается. Просто смотрит на нее и вдруг начинает улыбаться. Это так просто и так приято. Будто туча над его головой вдруг рассеивается, становясь лишь облаком, воздушным как вата.
— Это чудесно, моя милая! Давай его сюда.
— Только на улице, кажется, дождь идет. Бумага промокнет, и колпак растает прямо на голове. — Луна не сильно-то расстраивается. В любом случае можно сложить новый, а бумаги у них дома навалом. Не жалко ведь для дела пару листов.
— У меня же есть это! — Папа вынимает из кармана волшебную палочку, наводит ее на голову, прямо на бумажный колпак, который даже снимать и не думает. — Смотри! Импервиус. Теперь не промокнет.
— А где же это изобретение, которое ты хотел обменять?
Папа как уходит с пустыми руками, так и приходит. Ничего за его спиной не стоит, не прячется.
— Я отказался от сделки, — говорит он громко, с оглядкой назад. Чтобы и они, наверное, услышали. — Только подумать, они запросили с меня золото!
— У нас очень хороший печатный станок. Зачем нам что-то еще?
— Ты как всегда права, моя милая.
Они выходят все через ту же дверь, что и пришли. На дворе солнечно и слегка душновато.
— Смотри, дождь уже кончился. — Луна удивлена. По виду того человека она уж думала, что на улице льет как из ведра. — Даже лужи успели высохнуть.
А папа снова берет все в свои руки, чтоб не заскучать. Такой он выдумщик!
— Вон в той огромной, до сих пор есть немного воды. Не проверить ли нам, кто там водится?
— А кто? — улыбается Луна, пробуя воду носком ботинка. Не то чтобы она очень уж чистая, непрозрачная, конечно. Но вода достаточно блестит под лучами солнца. Выглядит красиво. Даже в грязной луже можно увидеть и луну, и звезды. Все, что только можно желать. Дотянуться до неба, до пушистых облаков. И все это в обычной луже, если видеть. Если суметь разглядеть.
Поправив сползший вбок колпак, папа потирает друг об дружку руки и говорит очень воодушевленно:
— Сейчас узнаем!
Страница 4 из 4
