Фандом: Ориджиналы. Райниэль… — шорохом осенней листвы срывается с твоих губ мое имя, и я невольно вздрагиваю, потому что… Потому что только в твоем голосе есть что-то, что заставляет мое сердце биться так яростно, так отчаянно, так болезненно-сладко, что остальной мир просто меркнет в моих глазах, и остается только небольшой островок спокойствия среди всего этого безумия, два метра тюремной камеры и несколько часов относительного затишья до того, как за мной придут те, кто должен будет привести в исполнение смертный приговор. Нет, мой смелый воин, я не боюсь. Будет то, что должно произойти. Но ты… Такой мягкий, такой слабый, такой ранимый… Что будет с тобою после того, как меня не станет? Я не боюсь за себя, в моем темном языке нет сумеречного слова «страх». Но оно существует в словаре твоего родного мира, мира бездушных машин и подлых людей, мира, в котором нет ни малейшего понятия о чести, верности слову, достоинстве.
Добавить в моё избранное
139 мин, 3 сек 14812
Что-то дикое, первобытное зарождается внутри меня. Некое торжество, ощущение безграничного счастья, тепла, и еще что-то, что я никак не могу обозначить словами. Это больше, чем нежность, это больше, чем любовь, это цельность, как будто я нашел недостающие кусочки своей души. И мое одиночество истаивает под пронзительной чистотой этого взгляда.
— Я… умираю… — хриплый голос касается моих ушей. — Мне…
Нет… Нет… НЕЕЕЕЕЕЕТ! Ты не можешь! Я только нашел тебя! Я так ждал тебя, я искал тебя среди тысяч звезд, я тосковал по тебе! Неужели Великая наказывает меня? Неужели восемь сотен лет одиночества, надежд, мечтаний закончатся вот так, нелепо? За что ты так жестока со мной, Великая?
Еще немного, и я скачусь в безумие. Ждать так долго, чтобы найти вторую половину своей души, заключенную в нелепую, изломанную оболочку смертного человеческого тела? Я проклят, не иначе… Животный вой вырывается из моего горла. Так кричат майты, грациозные, красивые хищники моего родного мира, теряя свою пару.
Как, как могло так получиться, что мой Истинный, мой Единственный — это человек? Существо другого мира, настолько же далекого от меня, как звезды от этой Драконами проклятой планеты? Он закрывает глаза, его тело странно напрягается, а затем как-то обмякает в моих руках. Нет… нет… Багровая пелена застилает мой разум. Пространство вокруг меня скручивается в тугие спирали, и я молю Великую дать мне шанс спасти того, без кого моя жизнь уже не будет иметь смысла.
Она появляется словно из ниоткуда. Прекрасная, вечно юная Владычица Виирдаану. Она услышала мой зов. И я открываюсь ей, обнажаю душу, не скрывая ничего. Пусть я недостоин жизни — на моих руках слишком много крови, слишком много грязи, но ради него, за него я отдам свою жизнь. Он никогда не узнает об этом. Он не сможет оценить этой жертвы. Но без него я больше не смогу жить, а он без меня — он сможет, потому что пока еще он не знает о том, что его судьба — Драконами проклятый тейлаат.
Да, Великая, за него я отдам все, что принадлежит лично мне. Душу, тело, разум. Только позволь мне спасти его. Позволь… принять его первый вздох, еще раз увидеть его глаза, осмысленный взгляд которых проникает в душу. Позволь убедиться в том, что он будет жить…
Она ничего не говорит, лишь медленно кивает. Обещание принято. Я склоняюсь перед ней, и время замирает, останавливая свое движение в этой точке пространства…
Генерального Штаба
Республика Вейр, Дарганис
Третий месяц осени, 12 день
Год 5734 по календарю Тейлаат
За 20 лет до установления мира
Эйнар Греннон
Адмирал Военного Космического Флота
Республики Вейр
Три месяца спустя
— Адмирал Греннон, рад вас видеть в добром здравии! — улыбка от уха до уха определенно не идет адмиралу Трею Витмару, убеленному сединами почтенному старцу, по совместительству являющемуся главой Генерального Штаба. Рваный шрам на правой скуле наливается зловещим багрянцем, делая его похожим на классического злодея из старинных постановок. Поприветствовав меня крепким пожатием сухой горячей ладони, он жестом предлагает мне занять кресло. — Доктор Айерсон наконец-то выпустил вас из-под своей неусыпной опеки?
— О, да, — улыбаюсь я. Тон адмирала — вполне что ни на есть самый дружелюбный, но вот то, что кроется за его словами и интонацией, мне не нравится. Очень сильно не нравится. Есть в них какой-то скрытый намек, что-то такое, отчего моя внутренняя сигнализация орет дурным голосом. Что ж… Поиграем, адмирал. На моей стороне — моя молодость, которой вы, совершенно не стесняясь открыто пользуетесь, и которую считаете своим козырем, если нужно провернуть какое-либо до отвращения грязное дело. — Джейкоб Айерсон — один из лучших медиков нашего Флота. В его загребущие лапы лучше не попадать, ибо тогда даже Академия покажется раем, — отпускаю я грубую шутку. Витмар громко смеется, довольный столь меткой характеристикой, данной мною моему же близкому другу, а я продолжаю наблюдать за ним так, что он этого просто не замечает. Что-то мне подсказывает, что не на пряники он меня сюда позвал.
— Что ж, Эйнар, — отсмеявшись, произносит он. — Перейдем к делу, — тон адмирала становится сухим и официальным, а слова скупыми и краткими. Я внутренне подбираюсь, внешне же я просто внимательно и предельно собранно слежу за речью главы Генштаба. Странное чувство нереальности происходящего охватывает меня, но держать свои чувства под полным контролем удается на удивление легко.
— События у Нейтральной Зоны показали, что тейлааты, они же темные альвы, хоть на вид почти ничем и не отличаются от представителей Альвеи, все же на деле подлые и трусливые существа. Они сорвали важные переговоры и едва не убили тебя. Мы долго расследовали произошедшее у Хейдоса…
— Я… умираю… — хриплый голос касается моих ушей. — Мне…
Нет… Нет… НЕЕЕЕЕЕЕТ! Ты не можешь! Я только нашел тебя! Я так ждал тебя, я искал тебя среди тысяч звезд, я тосковал по тебе! Неужели Великая наказывает меня? Неужели восемь сотен лет одиночества, надежд, мечтаний закончатся вот так, нелепо? За что ты так жестока со мной, Великая?
Еще немного, и я скачусь в безумие. Ждать так долго, чтобы найти вторую половину своей души, заключенную в нелепую, изломанную оболочку смертного человеческого тела? Я проклят, не иначе… Животный вой вырывается из моего горла. Так кричат майты, грациозные, красивые хищники моего родного мира, теряя свою пару.
Как, как могло так получиться, что мой Истинный, мой Единственный — это человек? Существо другого мира, настолько же далекого от меня, как звезды от этой Драконами проклятой планеты? Он закрывает глаза, его тело странно напрягается, а затем как-то обмякает в моих руках. Нет… нет… Багровая пелена застилает мой разум. Пространство вокруг меня скручивается в тугие спирали, и я молю Великую дать мне шанс спасти того, без кого моя жизнь уже не будет иметь смысла.
Она появляется словно из ниоткуда. Прекрасная, вечно юная Владычица Виирдаану. Она услышала мой зов. И я открываюсь ей, обнажаю душу, не скрывая ничего. Пусть я недостоин жизни — на моих руках слишком много крови, слишком много грязи, но ради него, за него я отдам свою жизнь. Он никогда не узнает об этом. Он не сможет оценить этой жертвы. Но без него я больше не смогу жить, а он без меня — он сможет, потому что пока еще он не знает о том, что его судьба — Драконами проклятый тейлаат.
Да, Великая, за него я отдам все, что принадлежит лично мне. Душу, тело, разум. Только позволь мне спасти его. Позволь… принять его первый вздох, еще раз увидеть его глаза, осмысленный взгляд которых проникает в душу. Позволь убедиться в том, что он будет жить…
Она ничего не говорит, лишь медленно кивает. Обещание принято. Я склоняюсь перед ней, и время замирает, останавливая свое движение в этой точке пространства…
4. Эйнар
Штаб-квартираГенерального Штаба
Республика Вейр, Дарганис
Третий месяц осени, 12 день
Год 5734 по календарю Тейлаат
За 20 лет до установления мира
Эйнар Греннон
Адмирал Военного Космического Флота
Республики Вейр
Три месяца спустя
— Адмирал Греннон, рад вас видеть в добром здравии! — улыбка от уха до уха определенно не идет адмиралу Трею Витмару, убеленному сединами почтенному старцу, по совместительству являющемуся главой Генерального Штаба. Рваный шрам на правой скуле наливается зловещим багрянцем, делая его похожим на классического злодея из старинных постановок. Поприветствовав меня крепким пожатием сухой горячей ладони, он жестом предлагает мне занять кресло. — Доктор Айерсон наконец-то выпустил вас из-под своей неусыпной опеки?
— О, да, — улыбаюсь я. Тон адмирала — вполне что ни на есть самый дружелюбный, но вот то, что кроется за его словами и интонацией, мне не нравится. Очень сильно не нравится. Есть в них какой-то скрытый намек, что-то такое, отчего моя внутренняя сигнализация орет дурным голосом. Что ж… Поиграем, адмирал. На моей стороне — моя молодость, которой вы, совершенно не стесняясь открыто пользуетесь, и которую считаете своим козырем, если нужно провернуть какое-либо до отвращения грязное дело. — Джейкоб Айерсон — один из лучших медиков нашего Флота. В его загребущие лапы лучше не попадать, ибо тогда даже Академия покажется раем, — отпускаю я грубую шутку. Витмар громко смеется, довольный столь меткой характеристикой, данной мною моему же близкому другу, а я продолжаю наблюдать за ним так, что он этого просто не замечает. Что-то мне подсказывает, что не на пряники он меня сюда позвал.
— Что ж, Эйнар, — отсмеявшись, произносит он. — Перейдем к делу, — тон адмирала становится сухим и официальным, а слова скупыми и краткими. Я внутренне подбираюсь, внешне же я просто внимательно и предельно собранно слежу за речью главы Генштаба. Странное чувство нереальности происходящего охватывает меня, но держать свои чувства под полным контролем удается на удивление легко.
— События у Нейтральной Зоны показали, что тейлааты, они же темные альвы, хоть на вид почти ничем и не отличаются от представителей Альвеи, все же на деле подлые и трусливые существа. Они сорвали важные переговоры и едва не убили тебя. Мы долго расследовали произошедшее у Хейдоса…
Страница 13 из 38
