Герой

Обычно я редко открываю бар раньше одиннадцати часов — сами понимаете, иногда приходится засиживаться за полночь с каким-нибудь словоохотливым клиентом, а выспаться-то охота. Но летом, когда жара такая, что асфальт плавится на глазах, могу открыться и пораньше: всегда находятся желающие освежиться, а прибыль — на первом месте.

Вот и сегодня, едва пробило десять, я повесил табличку «открыто» и зашел внутрь, в благословенную прохладу. Даже это небольшое усилие заставило меня вспотеть — от такой жары можно и спятить. Хвала кондиционерам и тому, кто их придумал!

Я налил себе ледяной минералки и включил телевизор. Фигуристая ведущая прогноза погоды сообщила, что сейчас снаружи двадцать пять градусов. В десять утра! Что же будет днем? Ни за что не вылезу на адское пекло, и не просите. Больше жары ненавижу только молчаливых клиентов.

Еще минут пятнадцать — и появятся первые посетители. В такое время дня все обычно на работе, но шатающихся по улицам праздных гуляк никто не отменял — не все хотят зарабатывать на жизнь честным путем, особенно в Старом квартале. Вот где преступности разгул! Мой бар не трогали, и хотя бы за это следует сказать «спасибо». Приятно осознавать, что и для последних отбросов осталось что-то святое.

Я переключил канал, и тут звякнул колокольчик над дверью. Четырежды.

Они появились по одному, как в каком-нибудь шпионском фильме. Первым зашел невысокий коренастый тип со светлыми, зачесанными назад волосами. Он приспустил темные очки с носа и оглядел бар с таким видом, будто искал под столиками спрятанные пулеметы. Убедившись, что все чисто, скомандовал:

— Тони! Проверить подсобки!

Когда в бар ворвался второй, я едва не спрятался под стойку.

Это был здоровенный амбал, тоже светловолосый, но лицо его было… безумным? Более подходящего слова я подобрать не могу, так что просто умножьте его на десять, и примерно поймете, о чем я. Рот был растянут в ухмылке от уха до уха, даже вполне нормальные с виду зубы казались острыми, как бритвы. Синие глаза полыхали жаждой убийства. Я не успел и слова сказать (да и не собирался, что уж там), как он метнулся сначала в подсобку, откуда можно было попасть в мою небольшую квартирку, а затем в туалет. Минуту спустя он вышел оттуда, застегивая ширинку. Ухмылка никуда не делась, но теперь она была более довольной. Да этому типу надо написать книгу «Как без лишнего стеснения попроситься в туалет в ближайшем баре»!

— Корнелиус! — продолжал тем временем командовать первый.

Третьим появился высокий, тонкий мужчина. Тоже блондин. Братья они все, что ли? В руках он держал записную книжку и карандаш и оглядывал все с таким видом, будто охотился на чрезвычайно интересные бактерии.

— Ваше имя? — спросил он, подходя к стойке. — Я имею в виду полное имя, разумеется. Что вас зовут Джо, мы уже выяснили.

— А на кой вам мое имя? — проворчал я, постоянно косясь на Тони, который теперь обнюхивал табурет.

— На случай, если с нашим боссом что-то случится, и вас придется привлечь как ответственного.

Ага, спасибо, едва не ляпнул я. Вот теперь точно не скажу. Что это за компания и где их босс, черт возьми? Кого могут охранять такие циркачи?

Колокольчик звякнул в четвертый раз, и в бар робко заглянул мальчик лет четырнадцати. Рыжие пряди падали на глаза, он смущенно посмотрел на меня и вцепился в руку первого, все еще торчавшего у дверей.

— Малыш Рори, — первый ласково взъерошил ему волосы. — Проходи, не бойся, дядя тебя не обидит.

Появление подростка отвлекло от меня пристальное внимание Корнелиуса. Забыв о расспросах, он ограничился тем, что заказал мальчишке газировку. Тони взгромоздился на табурет и теперь раскачивался взад-вперед, рискуя вызвать небольшое землетрясение при падении.

Я думал, что на этом все закончилось. Однако колокольчик звякнул в пятый раз.

Обозрев стоящее у входа нечто, я медленно потянулся под стойку и достал бутылку текилы.

Пол-лица закрывали огромные солнцезащитные очки, на губах сияла белозубая улыбка, после Тони казавшаяся вполне себе дружелюбной. Сверху громоздилось сомбреро, которое едва прошло в мою не очень-то и узкую дверь. Цветастое пончо скрывало фигуру, шорты спускались до колен. Вместо подходящих случаю мокасин на ногах были одеты тапочки с пингвинами.

— Hola de Mexico! — провозгласил он. — Tienes tequila?

Ну конечно есть, бутылка ж на стойке, едва не взорвался я. Но меня заинтересовала эта пестрая компания, хотя Тони теперь задумчиво грыз карту бара.

— Отлично, — мексиканец снял очки и сомбреро, водрузил их на стойку и протянул руку. — Мигель Гарсиа.

Мигель оказался симпатичным парнем лет двадцати пяти. Однако по поведению вряд ли ему можно было дать больше малыша Рори, который булькал газировкой через соломинку.

— Джо, — представился я, впрочем, совершенно излишне.

— Отлично.