Герой

Мне то же самое, что у него, — он загадочно покосился на Рори.

Я едва не поперхнулся. Он же текилы просил! Или я не так расслышал? Однако просьбу выполнил. Клиент всегда прав.

Мигель опрокинул в себя стакан газировки и пихнул севшего рядом с ним номера один в бок.

— Расслабься, Шон, что ты такой напряженный?

— Заехать в данный квартал — не самая удачная затея, сеньор, — отрапортовал он. — Согласно статистике… Как там дальше, Корнелиус?

Тот важно поправил очки карандашом.

— Согласно статистике число убийств, грабежей и нанесения тяжких телесных…

— Ой, какие вы зануды, — отмахнулся Мигель. — Я вообще в гости приехал, могли бы не увязываться за мной, если не нравится.

— Чтобы вы снова потерялись, сеньор? — возразил Шон. — Тони, не трогай!

Я едва успел спасти бутылку дорогого виски из жадных лап отморозка Тони. И дело не в том, что он и вправду был дорогим. Трезвым-то этот Тони меня адски пугал, и я знать не хотел, каков он в состоянии опьянения.

— Да подумаешь, потерялся разок! — фыркнул Мигель. — Надо же было вам рассказать все папе…

— Дон Игнасио дал четкие указания: не выпускать вас из поля зрения, — парировал Шон.

— В детстве часто терялись? — предположил я.

— Не, — махнул рукой Мигель. — Это было на прошлой неделе. Я забрел в незнакомый район в Мехико, но Тони меня нашел.

— Разрушив при этом несколько хижин в трущобах, — прокомментировал Корнелиус. — Общий ущерб составил пятьсот пятьдесят шесть песо.

Произведя в уме быстрый подсчет, я поразился ничтожности цифр. Да я с одного клиента больше зарабатываю!

— А в детстве я тоже терялся, да, — вдруг задумался Мигель. — Но мои орлы этот случай даже не помнят, потому что еще не работали на меня. Я, собственно, потому и приехал.

— Чтобы потеряться? — на автомате спросил я и сам поразился глупости своего вопроса. Ну и аура у этого типа, всякая дурь в голову лезет!

— Ага, — ухмыльнулся Мигель. — И чтобы меня снова нашли.

— Простите, я вас не понимаю! — взмолился я. — Расскажите уже, что вы тут забыли, или я сам попрошу Тони убить меня!

Мигель словно того и ждал. Попросив еще газировки, он начал рассказ.

— Пап! Там олени! А тут Санта, а тут столько огней, смотри, какие гирлянды! — в состоянии полнейшего счастья десятилетний Мигель носился от лавки к лавке, тараща глаза на украшенные к Рождеству витрины. — БАБУЛЯ! — вдруг крикнул он на всю улицу.

Кое-кто из покупателей уронил только что запакованные подарки, у стоящей поблизости машины сработала сигнализация.

— Я тут, мой сладкий, — статная пожилая женщина взяла его за руку. Рыжие крашеные волосы были уложены в модную прическу, в пальцах она держала мундштук, в котором дымилась сигарета. Из-под распахнутого манто сверкало блестками красное вечернее платье. — Пока твой папа отлучился пописать, можешь просить все. Что хочешь? — она стряхнула пепел на асфальт и поднесла мундштук к ярко накрашенным губам.

Гертруда Гарсиа только-только вышла из тюрьмы за примерное поведение. На самом деле она организовала бесперебойную подачу кокаина в застенки, подкупив охрану вплоть до начальства, которое получало до того хорошие проценты, что не хотело выпускать ее, когда пришло время. Ее освобождение вызвало множество недовольных воплей, поэтому она предпочла отправиться в длительный вояж, прихватив с собой сына и внука.

— Смотри, какой вертолет! — Мигель восторженно прилип к стеклу. — Давай купим?

— Да бабушка тебе такой настоящий приобретет! — фыркнула та. — Только попроси!

— Правда?! — глаза Мигеля восторженно загорелись.

— Неправда! — Игнасио, отдуваясь, пробирался сквозь толпу. — Мама, зачем ты обещаешь ребенку всякий хлам?

— По-твоему, военный вертолет — это хлам? Сразу видно, что в наркобизнесе ты ни черта не смыслишь, Игнасио!

— Ему десять! Какой, к чертям, наркобизнес?!

— Я думаю о его будущем! В отличие от тебя!

Мигель совершенно не слушал их ругани — такое случалось всякий раз, как бабуля Руди и папа оказывались на расстоянии десяти метров друг от друга. Он, как завороженный, топал все дальше и дальше, привлеченный яркими огнями, и сам не заметил, как оказался в каком-то переулке.

Все огни разом исчезли, вокруг высились только неприветливые стены домов. Снег тут совсем перемешался с дорожной грязью, в отличие от главной улицы, где он лежал красивыми белыми кучками. И здесь было заметно холоднее.

— Блин, — протянул Мигель. — Неужели заблудился?

Он завертелся на месте, пытаясь отыскать выход из злополучного переулка, но становилось все темнее, и он ничего не смог разглядеть. Заметив просвет между домами, он пошел туда в надежде хоть где-то выйти из этого лабиринта.