Огонь и вода

Ей не нравилось, что мальчик взялся развивать свой талант, а не погряз в рутине. Это её пугает.

Ян прекратил улыбаться, обнял кружку ладонями. Глазищи горгоны, и так большие и завораживающие, кажется, стали еще больше. У него от одной только попытки представить себя… Одним… Вот вообще одним, без родителей, без ба Наиши, без Салаши — той самой нагайночки, с которой они договорились на вынашивание детей — мурашки по спине шли. Конечно, есть Рил, но один только Рил… Страшно. Очень-очень страшно. Горгона вспомнил Сэтха — вечно спокойного, невозмутимого, чем-то напоминающего мастеру то ли скалу, то ли могучий поток великой реки. Наг был настолько целен, что буквально после пяти минут разговора с ним пирсинг и поставленные гребнем волосы воспринимались не как признак бунта, а просто… Частью образа. На скалах растут деревья, а тут вот пирсинг и ирокез. И Райс — резкий, порывистый, будто готовый каждую секунду бить на опережение… Янис зябко передернул плечами:

— Это неправильно — кроить ребенка под себя.

— Когда глупый боится — и не то сделает, — заметил Таруг. Рилонар кивнул и, поняв, что больше никто не хочет высказаться, продолжил:

— У мальчишки талант. Скорее всего, там все дети такие талантливые, бывает такое в подобных семьях. Мать давит их нещадно, саламандр ушел, едва став совершеннолетним. Парк — его пропуск в жизнь и жизнь для его братьев и сестер. Работать будет упорно и на износ, его нужно окорачивать. Наг пока с этим справляется, но в выходные был срыв: мать узнала обо всем.

Таруг задумчиво соединил кончики пальцев:

— Думаешь, они и дальше удержатся в тандеме?

Что именно хотел эльф, он уже понял, да тот и не скрывал особенно, говорил не по-эльфийски прямо. Не просто подкинуть старому знакомому работу по профилю и даже не свести пару талантливых мастеров с агентом, который сможет их талант поддержать и направить, как сам Хэлвирэт.

Таруг давно уже понял, что именно мастером не станет, максимум — крепким середнячком. Ремесленником. И предпочел уйти в администраторы, благо что всю творческую кухню успел неплохо изучить изнутри. Кира на его восприятие реальности повлияла немало, исподволь приучая супруга обращать внимание на тонкости и полутона. Ведьма все-таки есть ведьма, этого не забьешь и не изменишь. Еще один уровень добавил шаманизм, к которому у Таруга обнаружился неплохой талант — и на обучение которому опять же подтолкнула Кира. Поэтому сейчас орк легко читал то, чего хотел добиться старый друг.

Не просто работа. И не только рабочий тандем. Тому же нагу просто жизненно необходим даже не ориентир — пример. Саламандру, как любому огненному — стабильность. Уверенность, что можно будет гореть и дальше. А если эти двое и дальше станут работать вместе, то с вычислением безопасного баланса воды и огня лучше шамана и в самом деле никто не справится.

— Я навел справки в округе. В выходные шаманы учуяли мощный удар огня, который загасила именно вода, — Рилонар усмехнулся, отпил квасу, поневоле держа громадную кружку двумя руками. — Судя по тому, как наг гасил саламандра… Сработались.

— С ними-то после этого гашения все нормально? — на всякий случай уточнил Янис. В вопросах внутреннего огня, его тушения и вообще взаимодействия со стихиями таких рас, как саламандры, фениксы, ундины, сильфы и прочие горгона был слегка… Необразован.

— Повезло, — Рилонар вроде бы отвечал ему, но говорил скорее для внимательно слушавшего орка. — Саламандр доверял нагу настолько, что подпустил крайне… близко и при этом не превратил в обугленный труп.

Таруг молчал, размышляя. Молчание затягивалось, но Рилонар не торопил старого друга, зная, что тот, как и весь его народ, во многом нетороплив. Не тугодум — именно мыслит неспешно, взвешивая все за и против.

— Берусь, — массивная ладонь опустилась на стол. — Не нравится мне эта дурь, но берусь.

Ян, испуганно распахнувший глаза при упоминании обугленного трупа, снова широко улыбнулся. Это же Рил, у него не могло не получится то, что он запланировал.

Глава 10

Жизнь — странная штука. Выкинет что-то из ряда вон, покажет, что все не так просто и обыденно, как хотелось бы, а потом внезапно стихнет, будет течь, как ни в чем не бывало, будто так и надо.

Тишь да гладь, что на работе, что на учебе, что в личной жизни.

Райс помалкивал, делал свое дело, возился с малышней и старательно сдерживался, чтобы не побежать искать возможность поговорить со своими младшими. И в один прекрасный день оказался за это вознагражден: недоумевающий Сэтх притащил ему забытый на кухне планшет, на который шел вызов от незнакомого абонента. Саламандр тоже удивился, но вызов принял. Разговор вышел коротким — уползший наг вежливо не стал подслушивать и забеспокоился, когда Райс бросился одеваться и к двери.

— Что случилось? — наг подобрался, как пружина. — Что-то с твоими младшими?